являя противникам звериный оскал, что в очередной раз лишь подтвердило мое мнение. За короткие мгновения боя я успел понять, что Черный Вран прислал за нами необученных новичков, и их рыцарь, считавший себя неуязвимым в своей броне, упал первым, захлебываясь кровью. Второй гладиатор тоже достался мне, и мои парные легкие клинки оказались проворнее и смертоноснее тяжелого двуручного меча. В этом плане я предпочитаю любителей алебарды – пока идет замах, можно успеть исполосовать противника вдоль и поперек.
Один из магов попытался бежать, и Райвен кинулся ему наперерез, как самый стремительный из нас. В этот момент телепорт вновь засветился, выплевывая на холм вдвое больше врагов, среди которых, на наше несчастье, оказались и лучники. Не раздумывая, я влил в карателя исцеляющую магию, зная, что мой резерв восстановится в считанные мгновения. Сменив траекторию, шанар бросился к Вратам, до которых осталось меньше половины пути. Изо всех сил надеясь, что нам удастся укрыться вовремя, я последовал за ним, краем глаза заметив, что Кэдрин замешкалась. Она, судя по остаточной магии, плела заклинание неподвижности, способное хоть не надолго затормозить погоню. Увлеченная своим занятием, эльфийка не видела, как туго натянулась тетива, и длинная стрела сорвалась в стремительный полет, метя в сердце. Я замер, перестав дышать, думать, чувствовать.
Почему-то не возникло проблемы выбора – ее жизнь или моя. И ведь знал, каким-то внутренним чутьем был уверен – не промахнется. И ни единого мига не осталось на раздумья. Тело само бросилось к Кэдрин, сталкивая ее с траектории. Незавершенное заклинание расплескалось искрящимися брызгами, а сама эльфийка, не устояв на ногах, покатилась под ноги Райвену. Что-то ударило в спину, впиваясь острой, лишающей разума болью под лопатку. Я по инерции пролетел вперед и, вернув равновесие, помчался вперед, подгоняя друзей. С раной разберемся после, когда окажемся в безопасности. А если не окажемся – что ж, одной раной больше, одной меньше, роли это уже не сыграет.
Глава 31
Шаксас Варр-Вардр
«Жить буду» – успокоил на ходу карателя, почувствовавшего неладное. В гостеприимно раскрытую воронку телепорта мы влетели одновременно, и он мгновенно схлопнулся за нашими спинами, не иначе, Черный Вран был не самым желанным гостем в обители Богини Смерти. Кэдрин фурией подскочила ко мне и с силой толкнула в грудь, заставив зашипеть от разлившейся в спине боли.
– Что ты творишь, придурок? – ее глаза сверкнули яростью, когда она стащила с руки перчатку и сунула мне под нос окровавленную ладошку.
– До свадьбы заживет, – отмахнулся я, борясь с желанием прислониться к стене и хоть немного отдышаться. Райвен рывком развернул меня спиной к себе и присвистнул.
– Хорошо вошла, – и не понятно, то ли он мне сочувствует, то ли восхищается мастерством лучника. Скорее всего, и то, и другое.
– Так ты… – о, ради этого выражения растерянности на вмиг побледневшем личике стоило поймать стрелу. В прекрасных глазах пронеслась целая гамма сменяющих друг друга эмоций, от сожаления до откровенного ужаса. И чего, спрашивается, испугалась? Сейчас пернатый стрелу выдернет, и буду как новенький. У нас есть забота поважнее. Я краем глаза следил за каменной стеной, возле которой несколько минут назад погасло окно телепорта, но никаких признаков того, что он снова открывается, пока не наблюдалось.
Боль разливалась по спине горячими волнами, и каждый вдох давался все с большим трудом, как будто легкие залили кипящей смолой. Райвен одним рывком выдернул стрелу, и я, ожидавший очередного язвительного комментария, невольно напрягся от воцарившейся тишины.
– Что? – обернулся к карателю, но тот с надеждой смотрел на эльфийку, кончики пальцев которой уже светились от готового сорваться с них заклинания.
– Кровь совсем черная, – еле слышно произнесла она. Я пожал плечами и тут же скривился от боли. Она меня лечить вообще собирается? Или уже похоронила? Черная кровь – верный признак смертельного яда, но я сильный, переборю заразу, и не такое переживали. Эльфийская магия заструилась по моей лопатке, вливаясь в рану, и я выдохнул, почувствовав, как боль отступает, сменяясь прохладным онемением. Поведя плечами, я убедился, что исцеление прошло успешно и подмигнул все еще бледной Кэдрин.
– Сегодня не умру, – пообещал я вслух, полностью уверенный в своих словах. Голова продолжала гудеть и кружиться, но я списал это на потерю крови. Надо поесть, и я полностью восстановлюсь. – Может, пойдем уже?
Райвен с сомнением покосился на меня, затем окинул взглядом огромный зал, в котором мы оказались.
– Туда? – спросил он, указав по-прежнему зажатой в руке стрелой на дверь в противоположном конце помещения.
Я кивнул.
– Что будем делать, когда окажемся внутри? – странно, я-то думал, Кэдрин точно знает, зачем и куда мы идем.
Поняв, что двигаться вперед никто не собирается, я прислонился к ближайшей стене и сполз на пол, чем вызвал очередную волну беспокойства со стороны карателя.
«Я в норме», – сообщил до того, как он начал беспокоиться вслух. Кажется, мне не поверили. Да ладно, и не из таких переделок выбирались. И кому, как не Райвену, лучше всех знать об этом? В половине самых, казалось бы, безвыходных ситуаций он оказывался рядом и, более того, чаще всего был виновником. И пусть продолжает смотреть на меня со скепсисом во взгляде, это ничего не меняет. Раньше, помнится, в нем не наблюдалось замашек матери-наседки. Однако, озвучивать свое наблюдение вслух, да еще и при Кэдрин, я не стал. Пернатые очень чувствительны к любым сравнениям их с курицами.
– Я чувствую, что там, за этими дверями, нет опасности, – так и не дождавшись ответа, тихо продолжила эльфийка. – Что-то очень знакомое.
– Так Алекс же, – Райвен уселся рядом со мной, аккуратно сложив крыло и разместив меч рядом с собой, но не выпустив из руки.
– И он тоже, – она покачала головой и о чем-то глубоко задумалась. Я невольно залюбовался ее профилем, полускрытым длинными прядками, выбившимися из высокого хвоста. Хотелось продлить это мгновение умиротворения. Но какое-то чувство внутри меня подсказывало, что надо идти. Однако, попытавшись встать, я понял, что ноги не держат. Что такое было на этой стреле, что никак не желает покидать мой организм? Не показывая виду, что что-то не в порядке, я продолжил сидеть. Если эльфийке так важно потрепаться в то время, как счет, возможно, идет на секунды, то кто я такой, чтобы ей препятствовать? С другой стороны, я здесь не
