ради того, чтобы осуществить планы ее брата. Мы с Райвеном здесь для того, чтобы забрать Рейн. А Кэдрин, похоже, просто тянет время.
Упрямо сжав зубы, я рывком поднялся на ноги и, преодолев головокружение, направился к двери, за которой нас ждала неизвестность.
– Шаксас, – окликнула меня заклинательница. Надо же, имя запомнила. Оборачиваться не стал. И без этого знаю, что каратель одним плавным движением поднялся и бесшумно следует за мной, а больше мне никто не нужен. Хочет, пусть остается. Что-то тихо процедив, Кэдрин пошла с нами, и цокот ее каблучков эхом отражался от далеких стен и высокого сводчатого потолка. Райвен опередил меня, и держа меч в одной руке, приготовился толкнуть двери. Однако, делать этого не пришлось. Когда до входа оставалась пара шагов, тяжелые створки бесшумно распахнулись, пропуская нас внутрь, в густую и липкую темноту.
Первой я увидел Рейн. Живой и вроде бы невредимой. И, судя по расслабленной позе, никакая опасность ей не грозила. Как и застывшему рядом Алексу. Они оба стояли у подножия лестницы, на которой был кто-то еще, и смотрели на двери. Увидев Райвена, Рейн шагнула ему навстречу, закрывая от кого-то. А я, наконец, смог разглядеть того, кто скрывался во тьме, и губы сами по себе растянулись в усмешке. Вот и он, забытый наставник. Сильно изменился с нашей последней встречи, отрастил еще одно крыло и как будто стал выше ростом, но эту наглую морду я бы ни с кем не спутал. Райвен, похоже, тоже признал того, кто едва не убил его в попытке отомстить за преступление, которое каратель чуть было не совершил. Такое странное стечение обстоятельств, не иначе, насмешка судьбы.
– Алекс! – Кэдрин бросилась на шею брату и щедро облила его слезами. Ну вот, все вокруг обнимаются. Рейн повисла на Райвене, присоединившись к списку осчастливленных темных эльфов. Я бросил быстрый взгляд на Клауда, и он ответил мне иронично вздернутой бровью. Ну уж нет.
Дождавшись, когда все обнимающиеся разлепятся, новоиспеченный носитель Кровавого Карателя решил объяснить, по какому поводу все собрались, и что нам теперь со всем этим делать. Я, если честно, слышал его с трудом, и чем дальше, тем хуже. В ушах шумело, глаза заволокло тьмой, сквозь которую практически ничего не было видно. Кажется, дальше они без меня. Мой бой окончен. Я не удивился, когда почувствовал, что куда-то лечу. А приземления, грозящего быть очень болезненным, так и не дождался.
Глава 32
Рейн Эльвин-Грим
Жаль, что пропала способность общаться мысленно. Я бы много чего хотела сказать Райвену, потому что его напряженный, полный тревоги взгляд буквально обжигал меня. Хотя, какого хаффа? Меня вычеркнули из клана, а не из его жизни. Подойдя к карателю, я молча прижалась к нему, обвив шею руками, и с радостью отметила, что он ответил в тот же миг, без промедления. Взъерошив мне волосы, он развернул меня спиной к себе и прижал к своей груди. Его дыхание щекотало затылок, и я ждала, что он скажет что-то едкое и насмешливое, но он лишь поцеловал меня в висок и застыл, крепко сжимая в руке мою ладошку.
Шаксас с Кэдрин стояли чуть в стороне, и тоже молчали. Орк подмигнул мне, а затем его внимание переключилось на Клауда. Он с любопытством рассматривал Кровавый Каратель, и, судя по выражению лица, какая-то головоломка в его голове сложилась. Так же, как у Кэдрин. Она дернулась было обнять пернатого, но что-то в его взгляде ее насторожило, заставив лишь смущенно улыбнуться.
Алекс косился на каменный трон, стоящий на возвышении. Думает, наверное, куда Клауд прятал крылья, когда сидел на нем, потому что в моей голове этот вопрос возник сразу же, как только я их увидела. Подозреваю, что это либо иллюзия, либо сродни боевой трансформации пернатых.
– Итак, – мой наставник обвел нас взглядом. – Полагаю, у вас накопилось множество вопросов, и я уполномочен на них ответить. Как я оказался здесь и что здесь делаю? Всем вам известный Тенелов приговорил меня к жертвоприношению, пробудив во мне кровь Древнего создания Саргатанаса, но перед тем, как умереть, я вырвал ему сердце. Поэтому, если кто-то хотел лично поквитаться с ним, прошу искренне меня извинить. Если это вас утешит, несколько секунд он все же помучился, и не столько от боли, сколько от осознания своего провала.
– А ты? – с молчаливого одобрения остальных я взяла на себя смелость задавать вопросы. Как ни крути, а все это заварилось вокруг меня, и именно из-за меня мы все здесь, включая, вероятно, и самого Клауда.
– А я не успел, – он усмехнулся. – У меня, как бы правильно выразиться, были определенные договоренности с Богиней. С Кровавым Карателем мне вполне по силам освободить ее, и она переместила меня сюда, сделав своим стражем.
– Почему ты не выпустил ее?
– Потому что ей не место в Алассаре. Мы поговорили и пришли к соглашению, что я остаюсь с ней, а она остается в темнице.
Шакс хмыкнул. Понимаю. Это что же, Клауд и Никса...?
По его взгляду я поняла, что моя догадка верна. Мой наставник действительно покорен Богиней Смерти и служит ей вовсе не по принуждению, а по зову сердца.
– Я охраняю ее темницу от искателей приключений, от последователей Артура Этиса, и от тебя, Рейн. Когда я еще был в Лексиане, я не знал, но тебе уготована роль разрушить оставшиеся замки. Никса ждет, что ты придешь и выполнишь свою миссию, но... Прости, этого я тебе позволить не могу.
Не очень-то и хотелось.
– Значит, она добровольно сидит в заточении, зная, что в твоих силах сломать печати и выпустить ее. Почему?
– Она обозлена на весь свет из-за случившейся с ней несправедливости и хочет уничтожить Алассар вместе со всеми его обитателями. Я не могу ей это позволить, и пока у меня есть доводы, чтобы убедить ее сдерживать свой гнев. К тому же, как только она окажется свободна, до нее доберется Одноликий Ашш. Хотя считается, что он вместе с Альвин отстранился от управления миром и навсегда удалился в Пандемониум, за дочерью он следит весьма пристально, и даже создал ключ.
Что ж, это многое объясняет, но одновременно запутывает еще больше.
– Почему я забыла тебя, Клауд? Как так вышло, что я помню весь Лексиан, а тебя как будто стерли из моей памяти?
Шанар к чему-то
