почти такая же священная корова, как Конституция), расценив наезд как посягательство на его автономию, послал «кормящее сословие» далеко и запредельно внятно. «Народный сговор» бил в колокола, общественность встала на дыбы, правительство оплевывали ежедневно, а вдобавок ко всему в события цигель-цигель включилось «просвещенное общечеловечество». Самые известные ученые, философы и властители дум Старого Мира резко осудили, пресса возвысила голос, Сорбонна, Кембридж, Оксфорд, Саламанка приняли резолюции «в поддержку», как бы сами собой возникли тучные «фонды зарплат», с резким протестом выступила дюжина правительств, — и выяснилось, что «крестьянским мессиям» не так уж пофиг всё, что дальше милой завалинки. Новеллу отозвали, и всем стало ясно, что чирикнула уже вторая ласточка.
ЧТОБЫ ЗНАЛ, ГОВНО, КОМУ КЛАНЯТЬСЯ...
Между тем межпартийные консультации, проводившиеся в сугубо камерной обстановке, при модерации интеллигентных, всеми уважаемых и в политике никак не запятнанных авторитетов, дали всходы. Как только стало понятно, что «земледельцы» с Университетом обломались, лидеры «старых» и «новых» партий — от демократов до меньшевиков — подписали протокол о создании «Конституционного блока» (КБ). Произошло это 6 июля 1922 года. Объединялись не навсегда, ясен пень, — только до решения общей для всех задачи: «восстановить попранную Конституцию путем организации мирных акций протеста».
По первому времени это событие «Александра Великого» не очень обеспокоило — не первый год крутясь в болгарской политике, он прекрасно знал нравы «тилихэнции» и ничуть не сомневался, что шарик лопнет через неделю-другую. Но недели шли, а лидеры КБ не только не разбегались, но даже и не спорили, их акции и агитационные мероприятия проходили на диво слаженно, их пресса работала в унисон, и по всему выходило так, что все ниточки происходящего держит в щепоти некая невидимая, но очень сильная и умелая рука.
И когда в прессе появились объявления о том, что 17 сентября «Конституционный блок» собирается созвать в Тырново всеобщий слет своих сторонников «в защиту Конституции и против сословного диктата», а от «слушателей» поступила информация, что соберется, скорее всего, не один десяток тысяч диссидентов, нервы у шефа дрогнули. Райко Даскалов, министр внутренних дел и командующий «оранжевой гвардией», получил указание «сделать хоть что-нибудь», а этому человеку растолковывать намеки не было никакой нужды. Он всё схватывал на лету. И...
17 сентября, когда ведущий митинга в Тырнове объявил о начале мероприятия, на собравшихся со всех сторон бросились сотни сельских хлопцев в стильных оранжевых шляпах, очень злых и под сильным хмельком. Охрану из студентов и отставных офицеров смяли сразу, при полном невмешательстве куда-то девшейся полиции. Били всех — дубинками, молотками, кнутами, бутылками, ногами, без поправок на пол и возраст, калеча и всячески измываясь. Лидеров же «Конституционного блока»...
Впрочем, фотографию вы видите сами, и на нее больно смотреть. Пожилых, уважаемых, достойных людей, тянувших на себе болгарскую политику четверть века, «оранжевая» гопота, потоптав, но не до смерти (было особое указание), поставила на колени, обоссала и взяла под «гражданский арест». После этого, отняв и разбив очки, почему-то больше всего раздражавшие активистов, ножницами для стрижки овец с гыгыканьем покромсали «дармоедам и подстрекателям» бороды и только потом, отвезя на вокзал, сдали полиции, которая увезла «предателей» в Софию.
На следующий день официозные СМИ сообщили всея Болгарии, что в Тырнове «совершена чудовищная провокация». С подробностями: дескать, «несколько тысяч nьяных городских бездельников, подстрекаемых бывшими министрами, обворовавшими народ и втянувшими Болгарию в две трагические войны, а теперь пытающимися свергнуть народную власть, напали на мирную крестьянскую молодежь, проводившую фольклорный фестиваль». Но полиция справилась, «анижедети» в безопасности, а негодяи (в списке числились все министры предыдущих правительств) будут примерно и жестоко наказаны.
Цинизм случившегося был очевиден всем, кроме разве что коммунистов, которых никто не трогал: их партийная пресса отреагировала на инфоповод ехидными фельетонами на тему «ворон ворону глаз клюет». А так возмутились все, даже представители Антанты, но их мнением на сей раз пренебрегли, заверив, правда, что «глубоко озабочены, но полиция во всем скрупулезно разберется». Вместе с тем властям было совершенно понятно, что после такого не «закрыть» «негодяев» просто нельзя, потому что теперь вокруг них начнут собираться уже не тысячи, но десятки тысяч.
Однако — как именно «закрыть»? Судить за «подстрекательство к беспорядкам»? Учитывая связи «бывших» в Европе, это даже не смешно. За злоупотребления и коррупцию? Хорошо бы, да вот беда: среди «старых» партий (об этом уже говорилось) лихоимствовали в основном «германофилы», и «земледельцы» в этом смысле тоже отличились (тот же Райко Даскалов сидел за взятки), а вот лидеры «Конституционного блока» — бывшие «русофилы» и «антантофилы» — в этом плане были чище слезы. Почему не знаю, но именно так. И что делать?
Но за что судить все-таки нашли. 15 ноября лично шеф объявил референдум по вопросу о «виновности всех предыдущих правительств в национальных Катастрофах», то есть в поражениях Болгарии во Второй Балканской и Великой войнах, а 19 ноября референдум уже и провели, по итогам — 60 процентов голосов — взяв «виновников» под арест. Бежать за границу успели немногие.
И начались суды, причем обвинение — лучшие юристы Райко Даскалова — не особо заморачивалось здравым смыслом. Ну да, Иван Гошев руководил кабинетом во время славной и победной Первой Балканской, а потом ушел в отставку. Ну да, профессор Данев не был уведомлен Фердинандом о начале войны, а когда узнал, велел немедленно прекращать. Ну да, Александр Малинов всю Великую войну просидел в оппозиции, а став премьером, тотчас начал переговоры о перемирии с Антантой. И что? Всё равно — «виновники двух Катастроф». Шеф сказал: «хорек» — значит, хорек. И ша.
«Гражданский арест» лидеров «Конституционного блока»
ДЕТСКАЯ БОЛЕЗНЬ ЛЕВИЗНЫ В ОРАНЖИЗМЕ
И в этот момент ранее монолитное руководство БЗНС дало трещину. Не роковую, еле заметную, но всё же. Появились «правые». Не те «правые», которые протестовали против «гомогенного» правительства, а новые, но с теми же опасениями. Дескать, это уже перебор, так нельзя, надо бы нажать на тормоза, как-то умерить аппетиты, по-честному разделив власть хоть с теми же меньшевиками, а еще лучше — и с кем-то из «умеренных правых». Ну да, чем-то придется поступиться, но зато ситуацию стабилизируем — и, кстати, представители Репарационной комиссии тоже так считают.
В общем, здраво. Умеренно, аккуратно, солидно и перспективно. Вот только совершенно без учета специфики времени и личностного фактора. Стамболийский, ярко выраженный харизматик с очевидным «комплексом мессии» и святой верой в безошибочность своей сверхидеи (в общем-то, в этом смысле клон Муссолини, да и не
