возьмем Бриттани на полдня, — незначительно сказал Виктор, потирая подбородок в своем стиле. При освещении ламп в гостинице его волосы выглядели фиолетовыми. — Кэл позаботится о ней в его особой манере — руки и верхняя часть спину. Нам не нужно, чтобы какие-то ее раны появились во время ультразвука.
Его особая манера.
Я не совсем понимала, что именно это значило, но очевидно оно было связано с физическими пытками. Что Каллум говорил до этого? Что-то вроде: порезать ее так, чтобы никто не видел.
— А потом? — спросил Хаэль, хрустя костяшками.
Он закурил сигарету рядом с дверью, на его футболке были пятна машинного масла. С тех пор как мы трахались на капоте Эльдорадо, он начал уделять работе над ей в два раза больше времени.
— Мы отпустим ее с дозой боли в качестве предупреждения, а затем отправим ее с информацией про «Банду грандиозных убийств». Она доставит ее папочке, VGTF приблизятся к цели, которую так долго преследовали, — сказал Оскар, вставая с кресла и приблизившись к обеденному столу, за которым сидели мы с Аароном.
Прошлой ночью я обнаружила Аарона на диване, просматривающего телефон его мамы. Она оставила его, когда ушла, а он заряжал его, чтобы смотреть детские фотографии с ним, его сестрой и его кузиной. Он заметил, что сейчас я смотрела на него и взъерошил свои каштановые волосы. Прошел месяц с тех пор, как он вернулся ко мне, но каждый раз, когда мы виделись друг с другом в коридоре школы или в ванной наверху, я снова ощущала прилив адреналина и облегчения.
Он спас мне жизнь.
Он пришел ради меня.
Нас никогда не смогут различить снова.
— Как мы сделаем это, чтобы нас не поймали? — спросил Аарон, его глаза устремлены в темноту моего экрана на телефоне.
Несомненно, мы оба думали сейчас про Оак Ривер. Оба думали про неизбежность отсылки наших сестер.
— Хаэль встретит Бриттани у входа в школу Фуллера. Чем лучше людей его там увидит, тем лучше, — Виктор встал прямо и засунул руки в карманы. — Каллум найдет способ залезть на заднее сиденье ее машины, пока она разговаривает с Хаэлем. Когда она уйдет, Хаэль останется. На самом деле, он позвонит на телефон Бернадетт, чтобы мы могли получить хороший сигнал от сотовой вышки поблизости, просто на тот случай, если Бриттани окажется настолько глупой, что расскажет кому-нибудь, что с ней случилось.
— Ты отвезешь ее в хижину? — уточнил Аарон, говоря про далеко находящуюся хижину, где парни бросили тело Дэнни Энсбрука в Хэллоуин, чтобы они могли быстро вернуться сюда, чтобы встретится с Тингом. Я еще не видела эту хижину. Черт, я даже не знала, где она. Вероятно, оно и к лучшему, что я не знала.
— На полдня, — сказал Виктор, кивнув очередной раз и посмотрев на Каллума. — Это все, что нам нужно. Затем мы бросим ее обратно у школы и будем ждать.
— Ты не беспокоишься об ответе «Банды грандиозных убийств»? — спросил Аарон, постукивая пальцем сломанной руки по столу.
Ему осталось ходит в этом чертом гипсе две недели. Я уже с нетерпением ждала почувствовать, как обе его руки скользили по моему обнаженному телу.
— Им не обязательно знать, откуда VGTF достали эту информацию. Бриттани скажет своему отцу, что услышала сплетню на вечеринке. Что бы там Офелия не делала с Тринити, это включает в себя Максвелла и Джеймса Баррассо. Не знаю, как, но включает. И как только они все поймут, что я не собираюсь на самом деле жениться на этой девчонке, они ответят в любом случае, — внимание Виктора обратилось к Хаэлю. — Если она не возражает, мы заберем ее малыша и отдадим его более стоящей паре. Потом закопаем ее в землю, — Вик снова посмотрел на Каллума. — Убедись, что она это поняла.
Он ушел в хозяйскую спальню, когда я бросила на Хаэля взгляд через плечо.
Для него это будет нелегко, но так нужно.
Хавоку грозила опасность. Спрингфилд находился под угрозой. Все, чего когда-либо хотели парни, ради чего работали, было так близко к тому, чтобы упасть и разбиться на миллионы кусочков.
Специальный отряд по борьбе с бандами. «Банда грандиозных убийств». Офелия.
Каждый из них был кусочком в сложной игре, к разгадке которой, я чувствовала, мы были очень близки.
Если у нас получится, это будет величайшая победа, которую когда-либо удавалось одержать кучке выродков из Прескотта.
Она будет настолько великой и исторической, что о ней можно будет написать книгу.
Сначала нам просто нужно пережить анархию.
Нам просто нужно выжить. Точка.
Хаэль Харбин
Бриттани не была удивлена, увидев меня, ждавшего ее перед главным входом в школу Фуллера. Как только она вышла и ступила в полумрак школьной аллеи, ее глаза нашли мои.
— О, Бриттани! — проворковал кто-то из ее друзей.
Полагаю, это одна из ее нянек, Дженнифер Лоуэлл или как-то так. Я когда-нибудь трахался с ней? подумал я, жуя конец сигареты. Дженнифер визжала и дергала Бриттани за руку, прыгая вверх-вниз, как будто она все еще носила подгузники. Боже, надеюсь, нет.
Опять-таки, я трахнул Бриттани и вот мы здесь, страдаем из-за этого.
Вся эта ебля делала тебя лучше твоего отца, Хаэль? подумал я про себя, но потом Бриттани направилась в мою в сторону, на ней было свободное платье, которое подхватывал ветерок и прижимал ткань к животу, демонстрируя округлившийся бугорок.
А ведь этого бугорок был почти моим.
Я сделал затяжку и выдохнул дым Бриттани в лицо. Вместо того, чтобы взбесится, она покраснела, словно действительно наслаждалась, когда к ней относились, как дерьму. Какое-то время между нами так все и было. Она поклонялась мне, а я обращался с ней, как с дрянью. У нас у обоих были проблемы из-за отцов, который проявлялись разными способами.
— Мы можем поговорить? — спросил я, но едва ли это был вопрос, и она
