нужно сесть и обсудить, что мы будем делать, — сказал я с длинным вздохом, словно я очередной придурок из Фуллера, который совершил ошибку и обнаружил себя с будущим ребенком. Это, должно быть, кажется концом света тем, кто никогда не видел его своими глазами. — Может мы смогли встретиться и поговорить?
— Когда? — спросила она, оглядываясь, словно хотела убедиться, что никто нас не подслушивал.
Если бы я был на ее месте, я бы сделал с точностью наоборот, чтобы убедиться, что все вокруг меня знали, куда я направляюсь. Просто на случай исчезновения. Но, как я и сказал, она просто не думала об этом в таком ключе.
— Скоро, — выдохнул я, позволяя плечам резко опуститься. Вмешиваться в дела Бриттани будет опасно. Если у этого лысого мудака, которого она называла отцом, закроется хоть тень подозрения на то, что с его малышкой что-то не так, я буду первым человеком, за которым он придет. — Я напишу тебе и дам знать.
Чтобы сохранить контроль, необходимо придерживаться жестких правил. Это единственный способ, как мы может столкнуть «Банду грандиозных убийств» и удержать этот город. И поверьте мне: Спрингфилду от этого только лучше.
— О, то есть ты напишешь мне и ожидаешь, что я буду тут же в твоем распоряжение? — огрызнулась она, заставив меня снова вспомнить, почему она мне так сильно не нравилась.
Избалованная, прогнившаяпринцесса подумал я, стиснув зубы. Мне нужно лишь задержать ее здесь еще на несколько минут, чтобы убедиться, что у Кэла было время вломиться в ее машину и спрятаться на заднем сидении.
— Мое расписание немного разбросано по разным местам, — огрызнулся я в ответ, зная, что должен сдерживать свой характер, но, тем не менее, борясь с этим. — В городе дела плохи. Не знаю, заметила ли ты это, будучи запертой в замке на холме, который ты называешь домом.
Бриттани лишь прищурила взгляд.
— Я заметила, — сказала она, а потом покачала головой. — Но ты должен признать, ты и твоя идиотская банда частично ответственны за это, — я вздохнул, но, что я мог сделать? Она не такая уж и тупая, как я думал. В ее взгляде цвета кофе блеснуло подозрение. — Послушай, я дам тебе две недели, чтобы разобраться в своем дерьме, а потом расскажу моему отцу, что ты соврал о нашем ребенке.
От того, как взялась за живот, мне стало плохо. Еще раз, чьего ребенка она носила? Какого-то футболиста? Я уже позабыл.
Я просто испытал гребанное облегчение, что на самом деле он не мой.
Не, единственная девушка, с которой я хочу завести ребенка, — Бернадетт. Думаю, у нее будет по одному ребенку для каждого из нас, так что у нас будет около пятерых детей. Пять детей, пять отцов, одна мама. Многие парни в нашей команде не понимали этого соглашения. Они бы предпочли, чтобы они были одни с пятью женщинами подле них. Дело в том, что, когда вы находите правильную женщину, то понимаете это. А когда эта женщина является тем же человеком, в которого влюблены твои братья, то все сливается воедино.
Семья.
Мы просто одна, большая, извращенная семья.
Мне нравится вот так, какой я всегда хотел, чтобы она была.
Волосы Бриттани ударили меня по лицу, когда она направлялась к отвратительно розовому БМВ, который ей купил папочка. В последнюю минуту, она обернулась и побежала обратно ко мне, обнимая меня за шею и прижимаясь губами к моим.
Во мне вспыхнула мгновения реакция отвращения и жестокого дискомфорта, но я постарался держать себя в руках, осторожно отстраняясь от нее и отталкивая назад. Ненавижу, когда меня касаются без разрешения. Может, поэтому я стал такой шлюхой? Потому что тогда я мог просто продолжать разрешать и мне не нужно было беспокоиться, что кто-то берет то, что я не хотел давать.
— Не радуйся так быстро, — я оттолкнул Бриттани на шаг, и мой взгляд задержался на ее нахмуренном лице. Черт, черт, черт. Даже сейчас, несмотря на то что я ненавидел ее так же сильно, как не хотел, чтобы меня касались, мне было ее жалко. — Я не решил сойдемся ли мы или нет.
Господи, это ложь обжигала мой язык, когда была произнесена.
— Из-за той девушки, Бернадетт Блэкберд, — выплюнула Бриттани, и я свободно пожал плечами. — Ее отчим был ручным копом «Банды грандиозных убийств», ты же знаешь это, не так ли?
Она посмотрела на меня, когда я вскинул обе брови. Блять. Вообще-то, я этого не знал. То есть, мы подозревали, но не знали.
Полагаю, теперь знаем.
Интересно, какую еще информацию сможет предоставить нам Бриттани Бер?
— Знаю, — осторожно ответил я, убирая волосы Бриттани с ее лица и желая, не притворяться. Единственную девушку, которую я хотел касаться, — это маленькая задира, которой удалось десятилетиями удерживать на себе мое внимание. Блэкберд. — Теперь, беги домой и разболтай обо мне все своим маленьким друзьям. Вперед, я знаю, это то, что вы делаете.
Бриттани улыбнулась мне, что, предполагаю, должно было быть соблазнительной улыбкой. Я ответил взглядом, продолжая думать о Бернадетт, чтобы все вышло, как положено.
Как только Бриттани уехала, я набрал Бернадетт. Я подумывал внести немного поправок в наш план.
— Привет, малыш, — промурылкала Берни, и я представил, как она закатывала глаза, произнося эти слова. Я ухмыльнулся. — Все идет хорошо?
— Новый план, — сказал я, облизывая губы, пока смотрел, как Бриттани садится в машину и уезжает с парковки. — Скажи Каллуму не дает ей увидеть его лицо, а затем приведите некоторых парней разобраться с Бриттани вместо него. Если мы разыграем все правильно, то сможем убедить ее, что ее захватила «Банда грандиозных убийств».
Последовала пауза, в течение которой Берни передавала информацию Вику.
Я знал, почему он не хотел делать так с самого начала: Бриттани должна знать, что она была наказана Хавоком. Весь город должен был это знать.
Но еще он не настолько глуп, чтобы не разглядеть пользы от нее в качестве пешки.
— Почему? — темный голос Виктора прозвучал в телефонном
