Нет, не отвечайте! — неожиданно замотала головой Мун Хи. — В нынешней ситуации мне, по сути, все равно! Я знаю твердо, что вы не из противоположного… клана. Иначе ни за что не пришли бы мне на выручку тогда, в переулке — и сейчас мы бы с вами уже не разговаривали. А если вы и теперь хоть как-то способны мне помочь, любой другой вариант меня уже устраивает! Наверное, даже окажись вы сеульским шпионом… Хотя вот это как раз невозможно: при поступлении в Пэктусан вас тщательно проверяли, а затем я еще и сама перепроверила по своим каналам. Разве что у сержанта Чона имелся брат-близнец, занявший его место — как в том русском фильме про подводников… Но у вас не было ни братьев, ни сестер…
— Не было, — кивнул я. — И я не шпион с Юга. И не работаю на другой клан.
— Сейчас этого с меня довольно. Чон, вы умны, а значит, понимаете, насколько все плохо — раз я так говорю! Положение товарища Кана критическое, и многие былые соратники спешат от него отмежеваться. Клан, по сути, разгромлен изнутри — люди бегут, пока не поздно, в надежде спастись. Наивные: после им так или иначе все припомнят! Единственный настоящий шанс — пойти до конца и вместе победить. И я намерена поступить именно так. Но если в итоге мы проиграем — а пока все идет именно к этому — с той высоты, на которую успела взобраться, рухну так, что вряд ли уже поднимусь. И даже думать не хочу, что при этом будет с Хи Рен! Скорее всего, ее заберут в интернат… Это, конечно, не трудовой лагерь, но далеко и не Первая школа…
Так-так, и что это у нас? Очередная попытка грубой манипуляции? Типа, не хотите помогать мне — тогда рискните ради моей несчастной тонсен?
Или я снова додумываю, а собеседница лишь честно говорит о том, что реально ее волнует?
— Не знаю, Чон, кто вас мне послал — Небо или Князь демонов — и не желаю знать! Больше сейчас опереться мне все равно не на кого. А сама я не вытяну — наверное, впервые в жизни…
Ну в самом деле, не сговорились же они с Хи Рен! Вполне допускаю, что Мун Хи способна юлить даже теперь, но вот ее младшая сестра — точно нет!
— Вы поможете мне, Чон — кем бы вы ни были? — будто бы из последних сил выдохнула между тем Джу.
— Сделаю, что смогу, — сказал я ей так же, как накануне пообещал Хи Рен.
— Тогда — к делу, — как сумела, подобралась моя собеседница — и отчасти в этом даже преуспела. — Верно я понимаю, что никакого намека на потенциальный прорыв в нашей несчастной папке нет? — кивнула она на экран ноута.
— Совершенно верно, — подтвердил я. — Еще, правда, что-то на японском было…
— Нет, там вообще не то, — не дослушав, отмахнулась она. — А вот что скажете насчет этого документа? — Мун Хи открыла файл, висевший у нее прямо на «рабочем столе». — Его не было среди тех, что я вам давала.
Я глянул на экран… И буквально выпал в осадок.
Этот текст на английском я уже видел. Вернее, видел исходник, а не беспорядочно надерганные из него фрагменты, как у Джу. Из-за него-то, в значительной мере, и начались мои неприятности «в прошлой жизни».
Да, выражаясь словами начальницы Управления, это определенно была заявка на прорыв! Если, конечно, иметь в виду оригинальный документ целиком, или хотя бы существенный его кусок без купюр.
— Тут точно должно содержаться что-то важное, — прокомментировала тем временем открытый файл Мун Хи. — Когда я упоминала, что, мол, агенты военной разведки серьезно рисковали, добывая информацию, речь в первую очередь шла именно о данном файле. Трое наших офицеров отдали свои жизни для того, чтобы мы с вами сейчас это читали… Но то ли моего английского не хватает, то ли голова уже совершенно не соображает… Какая-то бессвязная околесица! Или, может, тут код, шифровка… Не понимаю. Но если это не то, что я ищу — тогда все пропало…
— Это и то, и не то, — помедлив, покачал головой я. — Тут в наличии лишь где-то каждый второй-третий абзац, — пояснил уже без утайки. Затем промотал файл до конца и заметил: — А заключение опущено вовсе… Да, Мун Хи, — имя выскочило у меня абсолютно естественно — я будто сбросил маску Чон Сун Бока и заговорил как Владимир Юрьевич Григорьев, общающийся с молодой неопытной сотрудницей, — здесь то, что вы ищете. Но — кусочками. В таком виде это и впрямь бессмыслица.
— Тут все, что у меня есть, — развела руками Джу, без колебаний признав мое право на фамильярность.
— Этого недостаточно…
— Я уже поняла…
— Но я знаю, где можно добыть полный текст, — все же снова помедлив — напоследок — выговорил я.
Что уж поделать, обещал — исполняй. Тем более, раз уж все тут так запущено…
— Где? — вздернула брови моя собеседница. — Как⁈
— Мне нужен компьютер с доступом в сеть, — заявил я. — Не в «Кванмён» — а в настоящий Интернет. Дайте мне такой — и через полтора часа у вас будет первая половина документа. А в воскресенье — другая половина.
— В воскресенье может оказаться уже поздно, — обронила Мун Хи. В части, касающейся Интернета, никаких возражений у нее не возникло.
— Либо так — либо никак, — пожал плечами я.
Схему придумал не я — сделать так мне подсказали. Когда окончательно было еще непонятно, насколько все серьезно с тем моим последним проектом, добытый в его рамках файл я спрятал среди мусора в одном совершенно «левом» на первый взгляд «облаке». Пароль от него считался принципиально невзламываемым, но я все же использовал дополнительную страховку. Документ разбил на две части — и скачать обе разом было невозможно, только с промежутком в трое суток. Если
