Комкор не отрываясь звонил по телефону в дивизии, к саперам, требуя усиления десанта. А мы все, взволнованные и подавленные, смотрели на реку, на плотики, скрывавшиеся за сплошным частоколом всплесков от мин. И вдруг видим из трех пунктов переправы вырвались лодки, загруженные людьми.
Начальник инженерных войск фронта А. И. Прошляков уставился на комкора: кто разрешил нарушать запрет? Командир корпуса лишь плечами передернул. Наблюдаем за движением лодок. По сравнению с плотиками они движутся стремительно. Вот уже достигли середины реки.
Напуганный враг переносит на них весь огонь.
Из лодок первого пункта переправы одна разбита прямым попаданием мины, другая расстреляна пулеметами с острова. Не достигли берега и лодки с третьего пункта переправы.
Со второго пункта переправы, несмотря на сосредоточенный огонь, одна из лодок все же дошла до цели. Но она была пуста! Пораженные, мы смотрим и смотрим в бинокли. И видим: вытолкнув лодку на отмель, вылез из воды голый человек. В руках у него трепетал алый флаг. Воткнув древко в песок, человек исчез.
Красный флаг развевался на западном берегу! Гитлеровцы обрушили на него весь огонь. Этот кусок кумача наводил на них панический страх. А в это время саперы лейтенанта Швеца одну за другой выводили лодки на стрежень реки. В каждой - взвод солдат. Они быстро достигали противоположного берега.
После выяснилось, что флаг водрузил сапер сержант Власов. Видя, что в лодке не уцелеть, он разделся, взял веревку и, то и дело ныряя, потащил за собой лодку. Так ему удалось преодолеть Днепр. Вспомнив, что на дне лодки лежит флаг, он поднял его на вражеской земле. А когда гитлеровцы перенесли огонь на знамя, сержант пополз в немецкую траншею. Три пулеметчика вели огонь, не замечая советского солдата. А тот, подобрав их же автомат, одной очередью прикончил весь расчет и повернул пулемет против второй вражеской траншеи. Это ошарашило гитлеровцев. Пусть недолгим было замешательство врага, но оно помогло десяткам наших лодок почти без потерь преодолеть реку. Доставленная ими пехота с ходу атаковала вражеские траншеи.
Блестяще осуществил десант батальон майора В. Ф. Нестерова, шедший севернее острова Ховренков. За подвиги при форсировании Днепра и удержании плацдарма 22 воина этого батальона удостоены звания Героя Советского Союза. В настоящее время В. Ф. Нестеров является преподавателем Военной академии имени М. В. Фрунзе.
Мы вытирали вспотевшие лица и молча пожимали руку комкору. Ф. М. Черокманов улыбнулся.
- Хорошо, что успел раньше поседеть, а то не миновать бы сегодня...
Второй рейс-расчет дивизии Фроленкова был высажен на остров Ховренков с тыла. Захвачено до роты пленных, а главное - ликвидированы огневые точки, и переправа оказалась вне воздействия ружейно-пулеметного огня. Тотчас саперные части потянули на паромах пушки. Первый рейс парома занял полчаса. Комкор обрушился на Нилова:
- Какого дьявола! С таким темпом всю технику перетопите.
- На выгребных идут. Сносит...
- Придумывай что-либо другое. Однако в докладе Черокманов с большой теплотой говорил о 170-м саперном батальоне:
- Из над каждому надо дать Героя. За два часа в полном состав(R) стрелковый батальон переправили.
- Кто особо отличился?
- Взвод лейтенанта Швеца.
- Пришли его ко мне на НП в тринадцать ноль-ноль.
- Пришлю, товарищ командующий, если жив будет. Сейчас канат через реку перетягивают. Огня там хватает...
Бросок через Днепр удался. К 10.00 мы могли доложить во фронт, что на западном берегу закрепились четыре батальона. О первых успехах не докладывали, ожидая, когда прочно встанем на прибрежных высотах. Но К. К. Рокоссовский узнал стороной и ранним утром разыграл по телефону своего начальника штаба, зная его слабую струнтку.
- Михаил Сергеевич, что в шестьдесят пятой?
- Обстановку мне еще не докладывали, но, наверно, все еще топчется.
- Ну тогда поспи... А шестьдесят пятая-то уже на той стороне! - и весело рассмеялся.
...Из штаба фронта звонок И. С. Глебову:
- Где ваша армия?
- На месте, товарищ Малинин...
- Не дурите мне голову. Сколько батальонов на той стороне?
- Третий переправляем.
- Передайте мои поздравления, но докладывать нужно. Взыщу за такое безобразие!
Василий Швец прибыл на армейский НП, как было приказано, " 13.00, когда движение через реку прекратили во избежание неоправданных потерь. Это был крепкий, среднего роста молодой офицер, видно, недюжинной физической силы. Командир 14-й инженерно-саперной бригады подполковник М. М. Виньков представил его:
- Наш первый кандидат на звание Героя!
- Генерал Черокманов лестно отзывается о вашем взводе, товарищ лейтенант. Доложите, как действовали.
- Взвод задачу выполнил, товарищ командующий. За два часа на тот берег доставлен стрелковый батальон сто девяносто третьей дивизии.
- Кто особо отличился?
- Старшие десантных лодок сержант Рогозин, ефрейтор Макаров, рядовые Власов и Кононенко, еще сержант Тарасенко...
- Тарасенко? Это он на озере учил солдат плавать?
- Он самый. Та тренировка сегодня еще как сказалась!." На первых порах было хорошо, все восемь лодок вышли бесшумно, немцы не заметили. До берега осталось метров тридцать. Тут нас накрыли огнем. Пули пробивали лодки насквозь. Затыкаем пробоины, гребем. Вижу - тонет лодка Рогозина. У Тарасенко тоже. Не иначе придется нырять! Старшие командуют: "За мной, вперед!" - и в воду. Все доплыли. Три уцелевшие лодки пристали. Оставил у них по саперу, остальные вместе со стрелками атаковали первую траншею...
Скованность у лейтенанта прошла, и он докладывал свободно, отдаваясь живому впечатлению недавнего боя, С каждым словом доклада на фоне геройских действий саперного взвода все ярче обрисовывалась одна фигура - сержанта Рогозина. Он первым доплыл до берег". В траншее схватился с немцами врукопашную. Швец говорил, что видел, как к сержанту бросилось несколько немецких солдат. Он исчез в куче борющихся тел, но вот поднялся, действуя автоматом, как дубиной.
После боя за первую траншею Швец отозвал своих людей на берег. Стрелки дрались во второй траншее, но саперы должны были делать свое дело. Часть их обезвреживала мины. Другие повели лодки обратно. Отделение Рогозина погрузило раненых и второй раз пересекло Днепр, лавируя между разрывами снарядов, пулеметными трассами с острова Ховренков.
Правее, непосредственно против Каменки, десантная переправа не удалась. Почти вся передовая группа была расстреляна из автоматов и пулеметов. Все лодки оттуда перебросили на переправу Швеца. В третий раз Рогозин повез солдат через реку, снова вернулся с ранеными. Прибежал капитан Нилов. Взвод саперов получил новую задачу: паром на веслах движется медленно, нужно перетянуть канат - быстрее, десантники ждут пушки. Швец оглянулся, прикидывая, кто способен на это. "Перетянем!" - ответил на взгляд командира Рогозин. Лодка пошла. Со 100 метров вернулась: канат перебило осколком. Потянули запасной. На середине Днепра снаряд разорвался очень близко. Семеро саперов убито. Рогозин ранен. Лицо - кровавая маска. Выбит глаз. Но он командует теми, кто остался в живых. Полкилометра каната при быстром течении - это тяжесть. Берег уже близко, но стрела выгиба большая. Не хватает. Саперы со своим командиром прыгнули в воду, с помощью подоспевших стрелков дотянули канат и закрепили. Рогозин приказал грузить раненых.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
