наверное, нашел. Я там передохнуть легла. Вещей при мне никаких не было?
– Я особо не разглядывал. Можем по пути проверить, – пожал плечами лекарь, который уже смирился с тем, что придется путешествовать с этой шумной молодой сурии. Хотя все лучше, чем быть одному.
– А еды у тебя нет? Я хотела предложить зажарить того волчака, но ты почему-то решил его вылечить.
– Есть животное, измененное дэ? Ты настолько глупа или это была шутка? – Нуска только брови приподнял, будучи не в силах понять ход мыслей этой странной девчонки.
– Да шучу я! Шучу! Дай-ка… – Ив выхватила у Нуски суму, которую он уже повесил себе за спину. – Ага! Я даже и этот сухарь сжую сейчас – ничего!
– Ты что, отправилась в лес и даже не запаслась провизией?
Лекарю было не особо интересно, как Ив тут оказалась, но каждое ее слово просто выбивало у него почву из-под ног. Нуска думал, что он довольно несобранный и часто допускает ошибки, забывает о важных вещах, но эта сифа… это просто что-то с чем-то.
– Да по карте казалось, что до обители рукой подать. А как пошла, так и застряла в этих лесах на целую неделю. Еще и живности никакой почти не водится – видимо, эти волчаки всех здесь пережрали.
Нуска лишь глаза закатил. А затем засыпал угли землей, вернул суму на нужное место и, сориентировавшись по звезде, медленно побрел дальше на север.
– Эй! Почему нельзя было нормально поесть?! Да и отдохнуть не помешало бы! – продолжила жаловаться девушка, но лекаря догнала и пошла подле.
– Потому что мы должны либо дойти до обители сегодня, либо найти безопасное место до наступления темноты. Неужели тебе не хватило того, что произошло этой ночью? – хмуро проговорил Нуска. Он боролся с головокружением и болью во всем теле, но упрямо брел вперед.
– Ну ты и дед, конечно! Я словно со стариком на прогулку отправилась… – пробурчала в ответ Ив и притихла, сложив на груди руки.
Нуска только задумался. Его характер так сильно испортился за эти несколько дней? Но разве сейчас время для веселых бесед и отдыха? Хотя, подумав, лекарь отчего-то пришел к выводу, что даже будь он в полной безопасности, то сейчас не захотел бы отправиться куда-нибудь в трактир и отвести душу за кружкой эля и набитой трубкой.
«У меня нет на это времени. Я должен поступить в школу и стать сильным сурии. И чем раньше это случится, тем лучше».
Нуска не мог понять, отчего так сильно этого желал. Точно не потому, что главные помощники настаивали на его скором уходе и обучении. Просто… он должен стать сильнее. Он должен научиться сражаться, защищать себя и стать наконец самостоятельным.
Впервые в жизни в нем разгоралось неистовое желание идти вперед. И потому он сейчас шел на север, то и дело спотыкаясь, но не желая останавливаться. У него была цель, которую нужно достичь во что бы то ни стало.
Глава 33
Северная обитель
– Эй, Леми, чем Нуска опять занимается?
– А ты не видишь? Снова в драку полез.
– Арх, бездна, уже месяц прошел – а он все еще ничему не научился. Он так никогда не найдет себе учителя, – заворчала Ив и присела рядом с Леми, который с безучастным видом вчитывался в учебник.
Они сидели на скамье посреди поляны, покрытой тонким слоем снега. Уже целую неделю весь север обуревали холода: листва с деревьев облетела, а каждую веточку облепил искрящийся на свету лед. Вдаль уходили укрытые снежным ковром поля.
Под холмом, на котором устроились Ив и Леми, прямо в снегу сцепились сразу несколько сурии: Нуска бился с тремя выпускниками. В отдалении от них на земле скрючился заплаканный Урри – видимо, он вновь оказался виновником ссоры. Маленького, но способного Урри постоянно задирали, а Нуска вечно влезал и строил из себя защитника. Хотя, скорее всего, делал он это не ради однокашника, а просто потому, что терпеть не мог зазнавшихся сынков аристократов.
Все драки Нуски заканчивались одинаково. Ив уже давно не пыталась разнимать драчунов – себе дороже. Еще и баллы снизят, без ужина оставят, домашнего задания надают… Потому молоденькая сифа просто сидела и со скучающим видом наблюдала.
Среди трех противников хаванца было два арцента и один карборец. Они, как истинные мужчины, пытались взять верх над Нуской с помощью рук: замахивались кулаками, старались поймать изворотливого юношу в захват, но вот незадача – Нуска дрался совсем иначе. В отличие от аристократов, он бился как животное, всем телом. Гибкий и подвижный, он замахивался ногами, использовал локти, а, когда требовалось, даже лоб. Стоило кому-то схватить его сзади, как лекарь начинал отбиваться ногами, затылком и вгрызался противнику зубами в руку. Задиры каждый раз отступали, встретившись с таким запалом. Не очень-то хотелось им разгуливать покусанными, исцарапанными и побитыми.
Нуска же ничего не стеснялся. Он делал подсечки, бил по голени и в живот, задирал ноги и метил коленом в челюсть даже самым высоким сурии. Еще и ускользал из захватов подобно ужу: если и ловить его, то только сразу втроем.
Вот и сейчас трое избитых и истекающих кровью аристократов отступили с хмурыми лицами. Нуска, извалявшийся в снегу, с растрепанными волосами и горящим ненавистью взглядом пригнулся, встав в подобие стойки. Только теперь он походил скорее на бродячую собаку, защищающую свой обед, чем на бойца.
Каждая драка заканчивалась одинаково. Сурии, понимая, что не смогут одолеть противника, который не стесняется пользоваться грязными приемчиками, разом обнажили оружие дэ. Против Нуски одновременно выставили секиру, рапиру и зубчатую саблю. Лекарь только усмехнулся и сплюнул на снег кровь.
– Что, даже оружие решили достать?! Не можете втроем одолеть одного хаванца?! – начал подтрунивать лекарь, закипая от злости.
– Кто бы говорил, мерзкий безранговый. Только животные кусаются и лягаются. Ты что, ездовой скир? – с надменной усмешкой проговорил один из арцентов.
Волосы всех троих достигали поясницы. Было понятно, что они с самого рождения воспитывались в знатных кругах и никогда не знали ни бедности, ни голода. Им было невдомек, что кто-то может всерьез драться, защищая свою жизнь. Для них драка была всего лишь демонстрацией силы.
– До сих пор рука болит! Бездна, Волиу, может, все-таки воспользуемся оружием? Мне теперь пару недель ходить покусанным! – пожаловался второй арцент, растирая руку.
– Только припугнем. Иначе нас могут исключить, – коротко прокомментировал карборец и нахмурился, наставляя рапиру на Нуску.
Арцент, которого звали Волиу, усмехнулся.
