— Погнали, — сказал Ви, шагая к черному ходу.
Только он заколотил в дверь, как она тут же открылась, словно это, а также многое другое, было спланировано заранее. Но, боже, не уж-то это его хозяйка? Стоявшая в дверном проеме женщина разоделась в длинное темное вечернее платье с вырезом аж до пупа, а еще на ней был бриллиантовый ободок вокруг шеи, размером с ошейник на добермана. Она была так надушена, что ему словно заехали в нос… и это притом, что он все еще находился снаружи.
— Я к вашим услугам, — сказала она низким, с хрипотцой, голосом.
Куин нахмурился и подумал, что даже во всей этой дизайнерской хрени цыпочка смахивала на шлюшку. Впрочем, не его дело.
Они заполнили помещение, и комната, в которую вошли, была чем-то вроде зимней оранжереи со всеми этими здоровенными зелеными хреновинами в горшках и роялью говорившей о многочисленных вечерах с гостями, пялившимися на какого-нибудь оперного певца, выводящего трели в углу.
Бр-р-р.
— Сюда, — объявила женщина, подкрепив приглашение манерным движением сверкающей руки.
Шлейф ее парфюма — может, в нем было больше одного вида духов, ну типа когда наложение слоев дает запах дерьма? — почти видимым облаком вился за ней, а ее бедра с каждым шагом проделывали двойную работу, словно она надеялась, что они все пялятся на ее зад и желают кусочек.
Не-а. Как и остальные, он обшаривал взглядом каждый закуток и щель, готовый сначала стрелять и только потом уже задавать вопросы, когда упадет тело.
Все было еще ничего, пока они не вышли в подсвеченный с потолка холл с живописью маслом, темно-красными восточными коврами, и…
Вот дерьмо, это зеркало точно такое же, как то, что висело в его родовом поместье. То же расположение, тот же размер от пола до потолка, те же причудливый узор из позолоченных листочков.
Ага, прям мороз по коже. Жуть.
Весь дом напоминал ему об особняке, в котором он вырос: все на своих местах, декор очень, очень, очень далек от среднего класса, однако не является чем-то безвкусным и кричащим. Не-а, это дерьмо было утонченной смесью старой роскоши и классического чувства стиля с которым можно только родиться, но никак научиться.
Его глаза выискивали Блэя.
Парень делал свою работу, стоял настороже, оценивал место.
Мать с отцом Блэя были далеко не так богаты. Но их дом во многих отношениях в тысячу раз был приятнее. Теплее… и это не было как-то связано с системой отопления, вентиляции и кондиционирования воздуха.
«Как там родители Блэя?» внезапно подумал Куин. Под крышей их дома он провел больше времени, чем под крышей собственного, и жутко по ним скучал. Последний раз он видел их… боже, как же давно это было. Возможно, в ночь нападений, когда отец Блэя из мистера-бухгалтер-в-костюме превратился в серьезного надирателя задниц. После этого, они переехали в безопасное убежище, и тогда же Куин и Блэй окончательно разбежались.
Он надеялся, что они в полном здравии…
В голову Куина просочилась картинка Блэя и Сакстона, стоящих, прижавшись грудью к груди, бедром к бедру.
Боже… проклятье… а это больно.
И черт, карма хорошо знала свое дело.
Вернувшись к реальности, Куин последовал за феноменально виляющим тазом и Братством в огромную столовую, соответствующую всем требованиям Тора: задрапированные шторами окна, выходящие на задние сады, створчатая дверь, которая, как понял Куин, вела на кухню, забаррикадирована тяжелым антикварным сервантом. Какой бы стол ни стоял в центре комнаты, его вынесли, и на месте его в ряд лицом к мраморному камину выстроились двадцать пять одинаковых стульев цвета красного дерева с обтянутыми красным шелком сиденьями.
Роф собирался встать перед камином, чтобы сделать свое обращение, и Куин перешел туда, проверив закрыта ли стальная вытяжная труба. Закрыта.
По обеим сторонам от очага располагались две двустворчатые филенчатые двери, открывающиеся в старомодную залу для приемов. Он, Джон Мэтью и Рэйдж произвели осмотр залы, закрыли двери и только после этого он занял позицию у двери слева, а Джон Мэтью сделал тоже самое справа.
— Надеюсь, вас все устраивает? — спросила женщина.
Рив перешел к очагу и повернулся лицом к пустующим стульям.
— Где твой хеллрен?
— Наверху.
— Давай-ка его сюда. И как можно скорее. А не то, если он будет шастать по дому, я не хочу нести ответственность если ему выстрелят в грудь.
Глаза женщины вспыхнули и, когда она поспешила наверх, на этот раз обошлось без чрезмерного вихляния бедрами и картинного перебрасывания волос за плечо. Очевидно, до нее дошло, что они здесь не хуйней занимаются, и она хотела, чтобы ее супруг, кем бы он там ни был, пережил эту ночь.
В последовавшем ожидании, Куин, сжимал ствол в ладони, его глаза обшаривали комнату, его слух настроился на все, что может отличается от нормы.
Ничего.
Значит их хозяин с хозяйкой последовали указам…
По позвоночнику Куина пробежало странное покалывание, заставившее его нахмуриться и перейти из режима повышенной концентрации в режим полной боевой готовности. Стоявший на противоположной стороне от камина Джон, казалось, тоже уловил подобное ощущение, поднял пистолет и прищурился.
А затем лодыжек Куина коснулся холодный туман.
— Я пригласил присоединиться к нам пару особых гостей, — сухо произнес Рив.
В этот момент на полу возникли две туманные колонны, беспокойное колебание воздушных молекул придало им формы… и Куин тут же узнал прибывших.
Ох, ни хуя ж себе.
Даже, несмотря на все боевое мастерство Братства, с отсутствием Пэйн, по какой-то причине, Куин чувствовал, словно у них небольшой недостаток в прикрытии. Но когда появились Трез и АйЭм, он сделал глубокий вдох.
Теперь у них в рукаве пара истинных убийц, которых вам навряд ли захочется иметь во врагах в схватке. Хорошая новость в том, что Ривендж долгое время находился с Тенями в союзе, а связь Рива с Братством и королем означала, что два брата прибыли, чтобы разыграть небольшое прикрытие.
Куин вышел вперед, чтобы поприветствовать братьев, здороваясь с ними за руку, быстрым притягиванием к себе и хлопком по спине.
— Здорово, парни…
— Как жизнь…
— Что нового…
Когда приветственная «здорово-как-сам» часть закончилась, Трез осмотрелся вокруг.
— Ладно, мы будем оставаться невидимыми, пока вам не потребуется наша помощь. Гарантирую, мы будем здесь.
После благодарственных речей от Братьев, Рив отошел на пару слов с Тенями… и затем эти двое исчезли — их фигуры превратились в заклубившийся у пола туман, и лишь холодный ветерок придавал уверенность.
