Стивен, тяжело дыша, взглянул, как по белой ткани стало расползаться темное пятно. Рана была неглубокой, но сильно кровоточила, и Стивен понял, что вскоре рука начнет неметь, а следовательно, шансы его противника увеличатся. Ему следовало либо усилить натиск, пока он не ослабеет, либо постараться занять оборонительную позицию, на что неторопливая тактика Джулиана не давала ему ни малейшего шанса. Он видел, как лорд, отсалютовав ему шпагой, вновь занял позицию, ожидая нападения.
И вновь скрещивались и звенели шпаги, мелькая с молниеносной быстротой. В какой-то миг Стивену послышался где-то вверху подозрительный, странный звук, но у него не было времени отвлечься. Лишь спустя мгновение, когда они, обходя друг друга, переводили дыхание, он заметил, что и его противник быстро взглянул в сторону, куда-то вверх, там, где над зубцами парапета слышалось какое-то странное прерывистое хрипение. Но, возможно, это был лишь обманный маневр, ибо Джулиан тут же сделал резкий выпад. Стивен отбил его и невольно застонал от резкой боли в кровоточащей руке. Он стал задыхаться.
Джулиан видел это, и по его губам скользнула торжествующая улыбка. Все, его время пришло, теперь можно покончить с совратителем Рэйчел. Но опять его что-то отвлекло, а Стивен успел занять оборону. В следующий миг Джулиан обрушил на него целый ряд быстрых, мастерских ударов, которые Стивен еле успевал отражать. Он уже понял, что проиграл. Стоило ему открыть хоть малейший просвет, как туда проникала шпага Джулиана, и нужно было, почти не глядя, отбивать атаку. Рука его совсем онемела, а. вскоре шпага противника скользнула по ребрам. Лишь чудом удар оказался скользящим. Боль обожгла бок. Стивен вскрикнул и, устало дыша, стал пятиться. Джулиан наступал.
— Ты хороший боец, полковник. Но я тебя убью.
Сознание Стивена словно раздвоилось. С одной стороны, он продолжал напряженно следить за клинком соперника, с другой — прислушиваться к чему-то. Что-то отвлекало его. Похоже, что и Джулиана тоже, — он вдруг сделал ошибку, парировал колющий удар Стивена столь широким полукругом, что лезвие Гаррисона скользнуло сквозь оборону. Теперь настала очередь вскрикнуть Джулиану, когда клинок Стивена поразил его в плечо. Он отскочил.
— Левое плечо! — Он улыбнулся, изящно вращая кистью правой руки со шпагой. И тут же кинулся вперед.
Вдруг он оступился.
В пылу боя они давно сошли с ровной площадки у стены и бились уже среди низкой поросли кустарников. Когда Джулиан вновь стал наступать, он зацепился носком ботфорта за корень и рухнул, едва успев перевернуться на спину, чтобы отразить удар.
Но Стивен почему-то не напал и даже не смотрел на поверженного противника. Снизу Джулиану было видно, как он напряженно замер, глядя куда-то вверх.
И тут он услышал это.
Громкое, зловещее ржание, перешедшее в ликующее повизгивание. Чем-то отдаленно это напоминало смех. Но смех был столь жутким, что даже привязанная в кустах лошадь Стивена забилась, стала испуганно фыркать.
— Господи Иисусе! — вырвалось у Стивена.
Джулиан резко сел и проследил за взглядом Гаррисона.
— О святые угодники!
В призрачном свете луны на стене, меж зубьев, сидело нечто. Огромное, лохматое существо, дьявольский паук, свесивший со стены свои длинные мускулистые лапы. Оно почувствовало, что его заметили, и стало подпрыгивать, не вставая с корточек, затем заухало. И вдруг, подняв к диску луны лицо, оскалилось, зашлось диким безумным смехом. Жутким смехом, перешедшим в протяжный вой.
Мужчины глядели на него, не отрываясь, и даже не слышали, как, ломая кустарник, сорвалась с привязи лошадь Стивена, уносясь прочь с диким ржанием. Существо на стене это как будто позабавило: оно стало лопотать, порыкивать и вдруг, спрятавшись за зубья, исчезло. До них донеслись лишь его подвывания, которые стремительно удалялись.
Они наконец смогли переглянуться.
— Что это?.. Кто это был? — почти заикаясь, спросил Джулиан.
Стивен перевел дыхание:
— Я не знаю.
Они словно начисто забыли, зачем пришли сюда, и стояли какое-то время, глядя друг на друга. Но когда у угловой башенки опять возник странный призрак, оба, словно не сговариваясь, сжали шпаги и кинулись следом.
Стивен выкрикнул на бегу:
— Там у башенки люк в пустое помещение. Если оно…
Он не договорил.
Бегом они обогнули угол, толкнули дверь. Мрак на лестнице ошеломил их, но где-то там, наверху, вновь послышались тяжелые шаги и скачки. Они бегом понеслись по лестнице.
На повороте Джулиан задел Стивена; тот ударился раненой рукой о стену и застонал. Но Джулиан не заметил этого, в нем проснулся охотничий азарт. Страха не было, было лишь желание догнать.
— Оно там, на выходе в галерею. Слышите, стукнула дверь.
Стивен с трудом догонял его. Это было заброшенное пустующее крыло замка. Тишина здесь казалась гнетущей. Толкнув створки двери, они оказались в лишенной мебели галерее. Какое-то движение угадывалось в ее конце, но разглядеть что-либо было невозможно. Лунный свет еле проникал сюда, так как разросшийся в этой части замка плюш почти совсем закрывал узкие решетчатые окна.
Джулиан и Стивен стояли в дверях, слыша собственное тяжелое дыхание.
— Оно там, — выдохнул Джулиан.
Он не замечал, что улыбается какой-то кривой, нервной улыбкой. Почти машинально Джулиан переложил эфес в левую руку, а правой сделал крестное знамение. Стивен почему-то заметил это, и у него мелькнула нелепая сейчас мысль, что лорд Грэнтэм католик. Но это открытие оставило его равнодушным, он думал о том, кто таился во мраке уходящей вдаль таинственной галереи. Стивен машинально сжал кровоточащую руку, и боль несколько остудила его пыл.
— Если дверь в конце открыта, оно может попасть в жилые помещения.
— Что ж, тогда поспешим. Ату его! — почти прокричал Джулиан.
Ответом ему послужил жуткий демонический взрыв смеха в дальнем конце, а затем стук распахнувшейся и захлопнувшейся двери.
— Вперед! — скомандовал лорд, бросаясь во мрак.
Грохоча ботфортами, они пронеслись по темной галерее, миновали несколько пустующих помещений, где хранилась старая мебель, тюки, рамы от картин. Во мраке они то и дело налетали на них, спотыкались. А оно то повизгивало, то хохотало впереди.
— Веселенький призрак! — вдруг тоже захохотал Джулиан, и Стивену не понравился его смех.
— Стойте! Мы сами гоним его в жилое крыло. Остановитесь, ради Бога! Нам надо быть осторожнее.
— К дьяволу! — Джулиан толкнул очередную дверь и гневно оглянулся на удержавшего его полковника.
— Погодите! Мы не должны просто так гнать его.
Оно выло и бесновалось где-то на уводящей вверх деревянной лестнице. Сверху посыпалась пыль и известка.
