…Как-то раз, во времена моего лжеадептства, мне довелось увидеть настоящий хаотический портал. Он располагался в лесу, чуть севернее Изгарда, и третьекурсников водили туда на экскурсию, чтобы те поняли, что собой представляет концентрированная энергия. Портал можно было сравнить с выходом золотой жилы, большая часть которой скрыта под толщей бесполезных пород, только в случае с магией эта прослойка защищала людей от силы, бушующей под нею, так что бесполезной ее называть было бы ошибочно.
Там, где эта жила соприкасается с реальностью, мир чуть-чуть не такой, как везде. Это словно дыра в ткани реальности, из которой хлещет неуправляемый поток силы. Под ее влиянием меняется ход времени, искажается пространство и появляются на свет самые странные существа, любящие подшутить над человеком — и чаще всего далеко не по-доброму. Поэтому простые люди обходят эти дурные места десятой дорогой и никогда не селятся рядом с ними, а адептам разрешено приближаться к ним только в присутствии опытных магов, что, впрочем, не гарантирует благополучного исхода таких экскурсий. Большая часть адептов отказывалась от такой возможности напрочь, и лишь самые глупые — то есть те, что считали себя самыми храбрыми, — соглашались отправиться к изгардскому хаотическому порталу.
Оставим в покое причины, побудившие меня присоединиться к очередной группе идиотов, желающих поглазеть на магию, которая им не по зубам, потому что я хочу рассказать о том, что я почувствовала, когда мы приблизились к полуразрушенной каменной арке, увитой плющом.
Она возвышалась над зарослями ежевики и шиповника, и чем ближе к ней я подходила, тем труднее было понять, где я нахожусь — то ли среди зеленого, цветущего леса, то ли среди вересковой пустоши, где арка была частью огромного, мрачного каменного здания. Слышалась какая-то странная, печальная музыка, и среди знойного лета по лицу вдруг пробежал холодный ветерок. Остальные адепты тоже притихли, так что, полагаю, они видели столь же неприятное зрелище.
А затем я почувствовала энергию, которая бурлит вокруг меня, как крутой кипяток в чайнике. Начало спирать дыхание, но одновременно с этим ощущения были необычайно приятными, сродни радостному возбуждению. Исчезала усталость и боль в ногах, и казалось, что сила переполняет твое тело. Потом нам объяснили, что у простых людей вблизи порталов начинается эйфория, которая заставляет их терять голову, плясать и распевать песни, даже если к этому у них ранее не было никакой склонности. А маги все же умеют немного управлять магической энергией и могут удержаться в рамках приличия, если у них есть такое желание, разумеется.
Так вот, к чему я вдруг вспомнила про этот случай: именно эти же ощущения, которые невозможно спутать ни с чем, я ощутила в доме Виктредиса, который — уж мне ли не знать — стоял на самом обычном холме, где энергии хватило разве что на то, чтобы не объявить это место новой Армарикой. Я запнулась, остановилась, хватая ртом воздух, и уставилась на миску, над которой сгущалась лилово-серая мгла. Силясь собраться с мыслями, я оглянулась на своего ученика и в ужасе выронила книгу: он, прикрыв глаза, вдохновенно повторял себе под нос слова формулы, явно наслушавшись моего бормотания.
— Констан! — завопила я, пытаясь сообразить, что же нужно сделать прямо сейчас, пока еще не поздно.
— А? — Он уставился на меня и, хвала богам, умолк, пораженно глядя на последствия своей деятельности.
Я усилием воли заставила себя не думать о растущей посреди кабинета тучке, которая вся искрилась от разрядов, и вспомнила о том, что в гостиной сейчас находится чародей, который куда лучше чует всплески магической энергии. Сейчас он, должно быть, чувствует себя так, будто его обухом топора по лбу стукнули, а потом еще и влили насильно полбочки эля. И первым делом нужно было озаботиться тем, чтобы он не сообразил, кто виноват в происшедшем.
— Быстро выметайся отсюда! — скомандовала я и пихнула парня к окну, которое, к счастью, было приоткрыто по случаю хорошей погоды.
Ошалевший Констан без возражений перемахнул через подоконник. И вовремя. Дверь кабинета распахнулась, появился Теннонт, взъерошенный и несколько растерянный. Вид у него был такой, словно его привязали к крылу мельницы в ветреную погоду и оставили в таком сложном положении на пару часов. Клубящийся лиловый сгусток впечатлил его в такой мере, что Теннонт издал совершенно нехарактерный для столь солидного господина тонкий короткий возглас «у-уй!».
Тучка между тем принялась менять форму, собираясь, по всей видимости, превратиться в смерч, и последовала за своим создателем в окно, попутно поджегши молнией занавеску.
— Это что еще такое?.. — начал Теннонт, но его слова заглушил нарастающий гул.
Я бросилась к окну, торопливо забила разгорающееся пламя первой попавшейся книгой со стола и увидела, что небо стремительно темнеет, а верхушки деревьев тяжело качнулись от первого порыва крепчающего ветра.
— Глазам своим не верю! — донеслось до меня восклицание Теннонта, и, оглянувшись, я увидела, что маг выбежал из кабинета.
Раздались взволнованные вскрики дам в гостиной, после чего голос лжечиновника нервно, громко и торопливо произнес: «Рад был всех видеть, но теперь позвольте проводить вас до двери!»
Дом затрещал, и пол под ногами ощутимо качнулся.
Я схватилась за голову, издала громкий беспомощный стон, после чего тоже выбежала из кабинета.
ГЛАВА 31,
в которой в небесах и на земле разыгрывается буря, окончательно сгубившая все надежды Каррен.
Никогда я не думала, что увижу когда-нибудь чары такой силы, и уж тем более не предполагала, кто станет их создателем. Дом скрипел так, что казалось, вот-вот рассыплется на части, а вечерние сумерки превратились в непроглядную ревущую ночь. Гостиная опустела, и оставалось только догадываться, как бедные дамы доберутся до дома в такую непогоду. Впрочем, с каждой минутой буря усиливалась, так что им стоило возблагодарить Теннонта за то, как невежливо и торопливо он их выпроводил.
В окне я увидела, что лжечиновник и Виро стоят в саду, сгибаясь от порывов ветра. Они безотрывно смотрели в небо, где лилово-багровым крестом расцветало некое знамение, медленно сворачиваясь в спираль и становясь все ярче. Куда подевался человек, сотворивший его, оставалось только догадываться. Скорее всего, трясся от страха где-то в погребе. Я бы, по крайней мере, поступила именно так, если бы мне представилась подобная возможность.
Тут я вдруг осознала, что уже несколько минут непрерывно смеюсь. Скорее всего, это было следствием огромного выброса магической энергии, и, пока я это понимала, следовало взять себя в руки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
