рамки фотографию, человек, опередивший нас, но знавший, что мы придем следом, и нарочно оставивший этот знак! Это был, увы, Клод Даррелл, или Номер Четвертый!
Глава 15
ЧУДОВИЩНАЯ КАТАСТРОФА
Именно после трагической смерти мисс Флосси Монро я начал замечать в Пуаро некоторые перемены. До этого времени его самоуверенность оставалась неколебимой. Однако в конце концов, похоже, начало сказываться длительное напряжение. Пуаро стал мрачным и задумчивым, его нервы были на пределе. В эти дни он стал настороженным, как кошка. Он всеми силами избегал разговоров о Большой Четверке и вроде бы даже взялся за обычную работу почти с прежним рвением. Тем не менее я знал, что он по-прежнему втайне занят этим большим делом. К нему то и дело приходили какие-то странного, отталкивающего вида славяне, и хотя он не удостаивал меня разъяснений по поводу своих таинственных действий, я понимал, что он готовит новую атаку или создает новое оружие с помощью этих отвратительных типов. Однажды, совершенно случайно, мне удалось заглянуть в его чековую книжку (он попросил меня проверить один маленький счет), и я заметил, что он выплатил огромную сумму – огромную даже для Пуаро, в последнее время сорившего деньгами, – некоему русскому, фамилия которого, похоже, включала в себя все до единой буквы алфавита.
Но Пуаро не находил нужных ему зацепок. И лишь чаще и чаще повторял одну и ту же фразу:
– Самая большая ошибка – недооценивать своего противника. Помните об этом, mon ami!
Я понял, что он боится новых ловушек и стремится избежать их любой ценой.
Так шли наши дела до конца марта, а затем однажды утром Пуаро сказал нечто весьма поразившее меня.
– Сегодня, друг мой, я бы посоветовал вам надеть ваш лучший костюм. Мы отправляемся с визитом к министру внутренних дел.
– В самом деле? Это замечательно! Он вам звонил, просит что-то расследовать?
– Не совсем так. Встреча состоится по моей инициативе. Вы, может быть, помните, я говорил однажды, что как-то мне довелось оказать ему небольшую услугу. Он был в восторге и чрезвычайно высоко оценил мои способности, а теперь я хочу этим воспользоваться. Как вам известно, французский премьер мосье Дежардо сейчас в Лондоне, и по моей просьбе министр устроил так, что он будет присутствовать сегодня на нашем маленьком совещании.
Достопочтенный Сидней Кроутер, министр внутренних дел Его Величества, был фигурой известной и популярной. Это был человек лет пятидесяти, с насмешливым выражением лица и проницательными серыми глазами; он встретил нас с добродушным дружелюбием, являвшимся одной из главных черт его характера.
В кабинете, спиной к камину, стоял высокий худощавый человек с остроконечной черной бородкой и выразительным лицом.
– Мосье Дежардо, – сказал Кроутер, – позвольте мне представить вам мосье Эркюля Пуаро, о котором вы, возможно, уже слышали.
Француз поклонился и взмахнул рукой.
– Разумеется, я слышал о мосье Пуаро, – вежливо произнес он. – А кто о нем не слышал?
– Вы очень любезны, мосье, – сказал Пуаро, кланяясь, но его лицо порозовело от удовольствия.
– Найдется ли у вас словечко и для старого друга? – послышался тихий голос из угла кабинета, и из-за высокого книжного шкафа вышел еще один человек.
Это был наш давний знакомый, мистер Инглз.
Пуаро с жаром пожал его руку.
– А теперь, мосье Пуаро, – сказал Кроутер, – мы все к вашим услугам. Насколько я понял из нашего разговора по телефону, у вас есть некое чрезвычайно важное сообщение?
– Да, мосье, это так. В мире в наши дни существует некая обширная организация – преступная организация. Ею руководят четыре человека, которых называют обычно Большой Четверкой. Номер Первый – это некий китаец по имени Ли Чанг Йен. Номер Второй – американский мультимиллионер Эйб Райланд. Номер Третий – некая француженка. Номер Четвертый... ну, у меня есть все основания полагать, что это английский актер Клод Даррелл. Эти четверо объединились с целью разрушить существующий социальный порядок и заменить его анархией, чтобы стать диктаторами при новом строе.
– Невероятно! – пробормотал француз. – Райланд ввязался в подобное дело? По-моему, идея слишком фантастична.
– Потрудитесь выслушать, мосье. Я перечислю вам некоторые из деяний этой самой Большой Четверки.
Излагаемые Пуаро факты захватили всеобщее внимание. Мне они были знакомы в деталях, и я заново вспомнил все наши пугающие приключения, слушая сухо звучащий голос Пуаро.
Когда Пуаро умолк, мосье Дежардо молча посмотрел на мистера Кроутера. Тот ответил на его взгляд словами:
– Да, мосье Дежардо, я думаю, мы должны признать существование «Большой Четверки». Скотленд-Ярд поначалу склонен был отнестись к идее с насмешкой, но им пришлось убедиться, что мосье Пуаро прав в большинстве своих утверждений. Вот только вопрос об их целях остается открытым. Я не могу отделаться от ощущения, что мосье Пуаро... э-э... несколько преувеличивает.
В качестве ответа Пуаро привел десяток ярких примеров. Меня просили не публиковать их даже теперь, и потому я промолчу, скажу лишь, что речь шла о невероятных катастрофах на подводных лодках, случившихся в определенное время, и о серии авиационных катастроф и вынужденных посадок. Пуаро утверждал, что это дело рук Большой Четверки, и в доказательство привел письменные показания нескольких ученых, из которых следовало, что для организации подобных диверсий Большая Четверка должна владеть научными секретами, неизвестными остальному миру.
Это привело нас к тому самому вопросу, которого я и ждал от французского премьера.
– Вы сказали, что третий член преступной организации – француженка. Вам известно ее имя?
– Это имя всем хорошо известно, мосье. Номер Третий – не кто иной, как прославленная мадам Оливер.
При упоминании знаменитой ученой дамы, преемницы мадам Кюри, мосье Дежардо чуть
