ответ, а после лидер свободного Кого, наконец, покинул нас.
- Каждая собака в курсе нашего плана, - выдал Миллер, как только мы убедились, что небольшой кортеж, состоявший из бронированного вездехода самого Жозефа и пары броневиков сопровождения, отъехал от здания штаба, - держу пари, о нём знают и по ту сторону.
- Конечно, - кивнул я, - знают, на это и был расчёт. Ты думаешь я совсем хватку потерял, раз начал обсуждать план кампании в кафе «У Рика», где проходу нет от наушников и информаторов?
Судя по взгляду, что он бросил на меня, именно так оно и было. Конечно, потеря памяти и отрыв от дел могли сказаться на мне не лучшим образом, однако совсем уж законченным идиотом я не стал.
- Когда прибудешь на передовую с основными силами, - сообщил я Миллеру, - готовь людей к обороне.
- К обороне?
- Именно, - кивнул я. – Уверен, Наварр вынудит веспанского генерала, как там его назвал Жозеф, да не важно… В общем, Наварр вынудит его атаковать нас, как только узнает о моих планах.
- С чего ты взял?
- Будь на его месте кто угодно, я бы не стал рисковать, но с Наварром уверен на все сто. Он спит и видит отомстить нам за разгром на востоке, тот ведь стоил ему репутации и карьеры. Он хочет лишь одного – поквитаться с «Солдатами без границ», а уж теперь, когда все знают, что я, террорист номер один, здесь, в Кого, розалю обязательно сорвётся. И веспанца за собой потащит, можешь не сомневаться.
Миллер потёр подбородок затянутыми в перчатку пальцами. Даже в жуткой влажной жаре, что царила сейчас в Домабланке, он не изменил привычке носить длинный плащ, скрывающий его увечья и перчатку на здоровой руке, такую же как на протезе потерянной под Недревом.
- Тут ты прав, командир, - согласился Миллер. – Наварр потащит людей через зелёное чудовище и потеряет хорошо если половину. Он будет рассчитывать на встречный бой где-то на полпути, а придётся пройти всю дорогу, а после атаковать наши хорошо подготовленные позиции.
- Нам тоже придётся вести людей через джунгли, - пожал плечами я. – Ты считаешь наши потери будут такими же?
- Мы пойдём осторожно, выжигая всё на своём пути, - покачал головой Миллер, - никуда не торопясь. Я уже сформировал отряды огнемётчиков, они пойдут первыми, выжигая джунгли, за ними – остальные. Огонь и чудовищ отпугнёт. Наварр, если ты прав, будет гнать людей, чтобы опередить нас, ударить первым навстречу, и вряд ли станет готовиться настолько основательно. К тому же, у нас попросту больше времени.
- Времени у нас не так много, - возразил я, - если я не пойму, как именно Онслоу решил уничтожить нас, то «Солдаты без границ» должны покинуть город как можно скорее. Здесь у нас нет безопасного тыла.
- С чего ты взял, что Онслоу ударит нам в спину? – возмутился Миллер. – Сам же говорил, после дела с Огано, что решил вопрос с оружейником.
- Потому что я был самонадеянным, надутым болваном, вот почему, - ответил я. – Онслоу не из тех, кто прекращает вендетту, да ещё и получив такой ощутимый щелчок по носу. Бомон заставил его поплясать, я лично прикончил Огано и угрожал самому Онслоу через его человека. Он не мог оставить это безнаказанным, слишком велик урон для репутации. Ну а теперь идеальный момент, чтобы разделаться с «Солдатами без границ» окончательно. Мы слабы как никогда, разве что в самом начале, когда нас ещё никто не знал, мы были слабее. Нас можно прихлопнуть всех вместе. Такие как Онслоу умеют ждать, и наносят удар тогда, когда это им выгоднее всего.
- Значит, после того, как вырвемся из Афры, придётся убрать Онслоу, - решительно заявил Миллер.
- Было бы это так просто, - усмехнулся я. – Пока придётся поработать на его главного конкурента, он прикроет нас.
- Дожили, - протянул Миллер. – Нас теперь нужно от кого-то прикрывать.
Мне ему нечего было сказать в ответ. Чувства я испытывал по этому поводу весьма схожие.
- Как думаешь, - чтобы сменить тему, задал я вопрос, - Жозеф даст нам хоть кого-то?
- Скорее всего, - кивнул Миллер. – Он вполне серьёзно говорил насчёт заговора, долго отсутствовать в Моанде, он не может, там тут же начинают за его спиной плести интриги. Вот тех, кому не повезёт оказаться втянутыми в этот заговор и пережить это, он нам и пришлёт. Скорее всего, это будут пламенные идеалисты-революционеры, которым Нгбенду как кость в горле.
- Почему же как кость в горле? – удивился я. – Он же вроде как борется против колонизаторов.
- Ты пойми Нгбенду получил отличное образование в Веспане, в Илиберийском королевском университете, а туда даже с деньгами его семьи попасть очень сложно. Он учился с детьми грандов и первых лиц Веспаны. И когда вернулся на родину должен был по замыслу его родителей встать во главе колонии, чтобы немного сгладить начинающиеся трения между местным населением и веспанским команданте. Однако наш друг Жозеф пошёл несколько дальше, вернувшись домой, он вспомнил, что его зовут Нгбенду, собрал вокруг себя революционеров всех мастей и пригласил «Диких гусей», с их помощью сверг команданте и провозгласил свободу Кого. Вот только для большей части народа ничего не изменилось, они пашут от зари до зари, получая всё те же гроши. А ты отлично знаешь пламенных революционеров вроде наших приятелей Чунчо или Святого, их хлебом не корми, а дай побороться за простой народ. Именно поэтому они что ни день строят заговоры против Нгбенду. Сам Нгбенду понимает, что без поддержки ему не выжить, съедят и, как он сказал, возможно, в прямом смысле. Устроить у себя что-то вроде ДИСА, как наш старый приятель доктор Гриссо, он не может, не в том он положении, чтобы заводить тайную полицию, не настолько сильны его позиции. Он смог исправить ситуацию, сменив хозяина, альбийцы имеют привычку выжимать из таких, как Нгбенду все соки, контролируя их с помощью частных армий, вроде тех же «Диких гусей». Тогда он переметнулся к Имперским колониям, и те наняли нас. Положение несколько улучшилось, но не так, как хотят революционеры, и потому в Моанде, которую мы вместе с Бананой уступили Нгбенду, за его спиной плетутся заговоры. И никакие покровители ему не помогут – они просто будут иметь дело с
