Читаем без скачивания Адептус Астартес: Омнибус. Том I - Энди Смайли

К тому времени все они уже понимали, что Грейвенхолд возвели над руинами древних городов, но никто не ожидал, что нечто подобное могло сохраниться невредимым. И тем не менее — сохранилось, а то, что произошло в Грейвенхолде, стало понемногу проясняться.

Пещера не была природной. Это оказалась изящная фестончатая полусфера, украшенная крупными, утонченными геометрическими узорами. Темный камень свода контрастировал с белыми изогнутыми колоннами, поддерживавшими его на такой высоте, что потолок казался темно-серым небом.

— Они должны были знать, — прошептал Паллас, когда его десантники прошли через проход, образованный обвалившимся сводом коллектора. — Кто бы здесь ни жил до прихода Империума, они построили это помещение именно так, потому что знали: оно будет погребено. Они сделали все, чтобы выжить.

— Или же это гробница, — откликнулся Грэвус. Он все еще сжимал в не подвергшейся мутации руке знамя Второй боевой роты Багровых Кулаков, накрученное вокруг древка. Сержант потерял трех десантников в здании биржи, а остальных его людей, как и его самого, сильно потрепало.

Представший перед ними дворец был еще более изумителен, чем укрывшая его пещера. Его окружали роскошные каменные сады, где из мрамора и нефрита были вырезаны деревья и цветы — холодные, но настолько похожие на живые, что казалось, будто это настоящий сад вдруг окаменел. Мраморные фонтаны били стеклянными струями. Среди изумрудных лужаек росли черно-каменные деревья с нефритовой листвой.

Само строение было воздвигнуто из темно-зеленого, в прожилках камня, влажно поблескивающего и словно поглощающего свет люминесцентных сфер, свисавших с ветвей неподвижных деревьев подобно сочным плодам. Дворец казался причудливой игрушкой — с зубчатыми стенами цвета слоновой кости, с высокими, точно вышедшими из сказки, башенками и массивными золотыми воротами, отполированными до зеркального блеска. У подножия внешней стены пролег широкий ров, до краев заполненный кипящей и бурлящей жидкостью, больше всего похожей на ртуть. Дворец построили в форме замка, и хотя он имел скорее декоративное назначение, взгляд Испивающих Души отмечал узкие бойницы и надежные укрепления на стенах. Угловые башенки выдавались вперед, чтобы те, кто попытается штурмовать здание, попали в зоны перекрестного огня. Проще всего было преодолеть ров. Обернись дело плохо, дворец мог превратиться в практически неприступную крепость, особенно если учесть те силы, которые способны были выставить чужаки.

Ксенос, сопровождаемый кружащими вокруг него мандрагорами, шагал впереди, указывая путь. Когда ослепительный свет, излучаемый Скамандром, угас, их очертания стали сливаться с тенью под деревьями и фонтанами — эльдары постоянно то появлялись, то вновь исчезали из виду. Главная дорога, ведущая к дворцу, пролегла мимо статуй, в странно стилизованном виде изображавших древнейших обитателей Грейвенхолда, и те явно не были людьми.

Решетка золотых врат ушла в землю, открывая проход, а вместо нее выдвинулся мост через ров. Внутренний двор дворца лежал в полумраке, освещаясь только синеватым, недружелюбным тусклым свечением, пробивающимся откуда-то извне. Следом за чужаками Испивающие Души прошли по мосту и миновали внешнюю стену. Воздух был холодным, точно в склепе, а от сырых каменных стен отражалось гулкое эхо тяжелых шагов облаченных в доспехи десантников.

Во дворе, на хрустальной лужайке, окружающей внутреннюю башню замка, сотни эльдаров выстроились точно на параде. Они были облачены в матово-черные доспехи, а оружие их варьировало от кристаллических винтовок до длинных шипастых хлыстов и изогнутых зазубренных мечей, мерцавших ядовитым блеском. Позади первых рядов воинов стояли эльдары в глухих шлемах, в более прочной и богато изукрашенной тяжелой броне, сжимающие в руках массивные алебарды с энергетическими лезвиями. Наверху, среди настенных укреплений, во тьме скользили дрожащие силуэты — еще больше мандрагор, а с ними и тяжеловооруженные эльдарские воины, снабженные длинноствольными ружьями из какого-то черного блестящего материала, многоствольными вариациями кристальных винтовок и еще чем-то странной формы.

Племя эльдаров всегда состояло из налетчиков и разбойников, редко собиравшихся в большие армии и предпочитавших им малые, слаженно действующие банды. Не часто можно было увидеть их в таком количестве, не говоря уж о том, чтобы это случилось в присутствии армий Империума. Мрачные, наводящие ужас эльдары застыли в напряженном молчании. Боевая мощь этого воинства не вызывала сомнений, и к тому же оно могло оказаться только малой частью собранных под Грейвенхолдом сил.

Чужак, сопровождавший Испивающих Души, произнес несколько фраз на присвистывающем языке эльдаров, и собравшиеся во дворе воины расступились, образовав проход к чернокаменным воротам главной башни. Двери распахнулись, и ксенос повел десантников внутрь.

Там перед ними открыли еще одни огромные ворота, ведущие в невероятно просторный тронный зал. Сотни грейвенхолдцев лежали, распростершись ниц, головами к возвышению, прижавшись лицами к холодному камню и скорчившись в благоговейном трепете перед фигурой на троне из зеленого мрамора.

Даже сидя, принц выделялся своим ростом, а длинная алебарда, прислоненная к высокому трону, явно имела далеко не декоративное назначение. Его доспехи были еще более богато украшены, чем у элитных воинов, — наплечники настолько загибались вверх, что образовывали полумесяц за головой, темно-красные шелка, вышитые серебряной нитью, ниспадали поверх перекрывающихся пластин брони. В центре кирасы сверкал ярко-зеленый драгоценный камень, подсвечивая снизу лицо сидящего и подчеркивая его удлиненные безжалостные черты. Кожа принца была бледна, а гладко выбритую голову покрывали запутанные татуировки, вписанные в которые многочисленные символы эльдарского языка, скорее всего, повествовали о многочисленных злодеяниях ксеноса.

Позади трона стояли воины из личной гвардии принца. Они резко контрастировали с эльдарами во дворе, поскольку были по сравнению с ними разве что не обнажены. Основной задачей их одеяний было подчеркнуть змеящиеся мышцы и гладкую алебастровую кожу телохранителей, но не защитить от удара. Причина столь полного отказа от доспехов вскоре стала ясна. Повинуясь практически неуловимому сигналу принца, один из этих воинов спрыгнул с возвышения и помчался к Испивающим Души со скоростью молнии и невероятным изяществом, настолько легко минуя распростершихся на полу грейвенхолдцев, словно их там и не было.

Этот проворный эльдар обменялся парой слов с проводником десантников, после чего тот обернулся к ближайшему Испивающему Души, которым оказался Люко.

— Каргедрос, принц пиратов кабала Горящей Чешуи, лорд Змеиной Бездны, победитель Войн Отмщения, первенец Комморага и любимец Той-Что-Жаждет, приветствует своих союзников, Вкушающих Души, изгнанников Звериного Народа, преданных принцу и его делу.

— Это великая честь, — неуверенно откликнулся Люко.

— Какой дар вы поднесете принцу, чтобы он мог понять путь, которым следует ваш дух?

Десантники обменялись смущенными взглядами. О подарках им никто ничего не говорил. Космодесантники плохо подходили на роль дипломатов, да и Сарпедона, руководившего Орденом, с ними сейчас не было.

Взяв знамя из руки Грэвуса, вперед вышел Евмен.

— Вот, — сказал командир скаутов, передавая штандарт проводнику. — Мы принесли это. Враги принца — наши враги.

Принц поднялся с трона, с царственным видом пересек помещение, пройдя мимо распростертых грейвенхолдцев настолько широкими шагами, что даже самый рослый десантник не смог бы так шагнуть, и принял знамя из рук проводника. Когда он развернул стяг, взглядам собравшихся открылся окровавленный, опаленный и посеченный пулями герб Второй боевой роты Багровых Кулаков. Изображение красной латной перчатки, сжимающей свиток, где перечислялись сотни сражений Второй роты, — свиток, в который должно было добавиться и название Грейвенхолда.

Несколько долгих секунд принц пиратов Каргедрос разглядывал знамя.

— Похоже, — произнес он на безукоризненном имперском готике, — что мои недруги спят и видят, как бы уничтожить вас за то, что вы отняли у них это. Ненавидя вас, они ненавидят и меня. А я — ненавижу их. Это делает нас союзниками. Пусть ваши воины соберутся в моем дворце, нам есть что обсудить.

— Молодец, парень, — с явным облегчением произнес Люко, обернувшись к Евмену, а затем щелкнул воксом. — Сарпедон, ты нам здесь скоро потребуешься. Собирай всех.

Глава восьмая

Было неплохо, что полковник Савенниан хотя бы ответил, когда Ксарий потребовал явиться к нему. И что еще важнее, приземлившийся на космодроме шаттл, украшенный знаком аквилы, вместе с ним доставил лейтенанта Эльтаниона. Пока челнок летел от юго-западных ворот, город, как и его тлетворное влияние, изрядно оживился. Учитывая уже собравшихся Трельнана — полковника селевкийцев, Винмайера — полковника Янычар Алгората и консула Кельченко, успешно командовавшего Четвертым королевским артиллерийским полком Карвельнана, появление Савенниана полностью свело всех командующих офицеров в ставке лорд-генерала Ксария. Пожилой полководец вышел встречать заходящий на посадку шаттл. Форма Эльтаниона все еще слегка дымилась, лейтенант пропах пороховой гарью и потом — настоящий бывалый солдат, разительно отличающийся от выглядящего как кукла Савенниана — стареющего аристократа, постепенно уступающего возрасту и все более становящегося похожим на полковой талисман, изображенный на его форме.