— Где же у вас огромные города? — продолжил Василий, — промышленные концерны, производственные центры? В своём развитии вы уже ускакали на тысячи, если не на десятки или даже сотни тысяч лет вперёд нас, а ваша планета выглядит так… я извиняюсь, но она выглядит так, словно здесь ещё нет разумной цивилизации.
— Подожди делать такие выводы, может встретим ещё, — остудил его пыл Юрий. Стоя по пояс голый, он намазал свою бороду тёмно-зелёной жидкостью, что валмийцы использовали как напиток, и при помощи катаны аккуратно подбривал её. Взгляд его перемещался то в иллюминатор, то на гладкую металлическую поверхность, которую он использовал как зеркало.
— Нет, Василий прав, — сказал Фирсен, — почти вся планета выглядит так. Крупных городов, которых вы ожидаете увидеть, нет. По крайней мере, не в таком виде, в каком их представляет типичный землянин. Они будут выглядеть скорее как очень большие деревни. А что касается промышленного производства, так оно уже давным давно почти полностью перенесено в космос. На орбитальные и межпланетные станции. На планете осталась только одна отрасль. Угадайте какая.
— Добыча полезных ископаемых? — с сомнением в голосе произнёс Юрий.
Лишь землянин договорил фразу, Фирсен недоумённо взглянул на него. Большие глаза выкатились ещё дальше, а спина напряжённо подалась вперёд:
— Повтори ещё раз, пожалуйста, — неуверенно выдавил из себя капитан, — может быть, я плохо расслышал. Как ты сказал?
— Добыча полезных ископаемых, — исполнил просьбу инопланетного друга Юрий.
Фирсен вновь опустился в кресло, глядя пустым взглядом куда-то в сторону:
— А что это такое? — с растущим недоумением спросил он.
— Как?! — хором воскликнули земляне, — ты не…
— Нет, не знаю. Иначе бы не интересовался.
Юрий и Василий переглянулись. В этот момент было непонятно, кто удивлён больше – они или Фирсен.
— Из недр Земли мы достаём различные вещества, — взял на себя роль просветителя Юрий, — руды, самородки, горючее. Для этого роются шахты, скважины. По мере добычи приходится уходить всё глубже и глубже…
— То есть, ты хочешь сказать, — прервал его Фирсен, — что вы используете в качестве источника материалов свою собственную планету и сами же высасываете из неё все соки?
— Ну… — задумался Юрий, — всё, что есть в её недрах, мы ещё долго не высосем, если уж использовать такое слово.
— Что это за нелепица такая?! — всплеснул руками Фирсен, — вам что там, на Земле, делать больше нечего, кроме того, как вредить собственной планете, да ещё и самим жизнь себе усложнять? Вам разве не известно про атомный синтез? — Фирсен сделал паузу, но, увидев, что землянам нечего отвечать, продолжил, — не проще ли создать искусственную звезду для этих целей и синтезировать в ней необходимый материал?
— Не проще, — ответил Юрий, — мы ещё не знаем об этом.
— Ребята! — воскликнул Фирсен, — да вступление в Айсерию вам сейчас необходимо как воздух! Нет, кому рассказать – не поверят же! Так небрежно и безрассудно относиться к родной планете! Ну ничего. Когда мы поделимся с вами технологией атомного синтеза, это безобразие прекратится раз и навсегда. Можете быть уверены, товарищи земляне.
Юрий и Василий грустно смотрели в пол. Первый раз технологическая развитость айсерийцев вызвала у них стыд за свою цивилизацию. Видя это, Фирсен решил приободрить их:
— Ну что вы, товарищи! Выше нос! Ведь вы же не хотите стоять на месте в своём развитии!
— Нет, — одновременно ответили земляне, подняв взгляд.
— Это – самое главное. Так вернёмся к тому, с чего начали. Какая, по-вашему, отрасль производства, осталась на планете?
— Сельское хозяйство, — вновь предположил Юрий.
— Верно! — одобрительно кивнул Фирсен, — вот, можете же, когда захотите! А теперь советую вам внимательнее смотреть вниз.
Отложив катану в сторону, Юрий сам устремил свой взгляд в иллюминатор. Под кораблём простиралось поле, усаженное длинными рядами мелких деревьев. Рядом с ними работало множество агрегатов. Каждый из них представлял собой тело, стоящее на двух колёсах. Из корпуса выходили щупальца и манипуляторы, которых было так много, что, казалось, они вот-вот запутаются. Однако, все они работали чётко, плавно и размеренно. Из одних на землю лилась напоминающая воду жидкость, другие копошились в почве, третьи и вовсе принимались за соседнее растение. Как ни странно, но у роботов не было даже подобия головы с чем-нибудь напоминающим глаза и уши, но, несмотря на это, они прекрасно ориентировались в пространстве и так же безупречно делали свою работу. Массивный корпус с щупальцами в свою очередь так же уверенно держался на тонкой оси с двумя колёсами и даже не думал опрокидываться. Среди роботов земляне еле разглядели две столь знакомые им фигуры коричневых шестируких людей. Но они лишь стояли и наблюдали за работой агрегатов.
— Вот значит как? — улыбнулся Василий, — весь тяжёлый труд доверили роботам. Умно!
— А я думал, почему же вы их не используете в бою… — отойдя от иллюминатора, Юрий подошёл к широкой раковине, которая напоминала скорее маленькую ванну, и из отверстия в стене в неё тут же полилась вода. Она струилась так тихо, что даже не заглушила ответ Фирсена:
— Роботы, как и любые другие автоматические машины, были созданы нами для работы, которую можно описать каким-нибудь чётким и однозначным алгоритмом. Поэтому у нас уже давно нет тех профессий, которые вы называете словами "рабочий" и "крестьянин". На нашем производстве из живых существ только инженеры. Те, кому приходится мыслить творчески, чтобы решить какую-нибудь проблему. Компьютер на это, увы, не способен. И не может быть способен.
— Извини, ты не ответил на мой вопрос. Почему бы их не использовать в бою? Меньше риска и потерь. Пожертвовать машиной, наверное, гораздо проще, чем чьей-либо жизнью, не так ли? — Юрий отошёл от раковины и начал надевать рубаху.
— Да, это так. Но они не способны воевать эффективно. Роботы думают очень быстро, да, но это нисколько не компенсирует узость и прямолинейность их мысли. Война – это искусство, а искусство точными формулами не объяснить. И практика показала полную правоту теории. Во всех учебных боях роботы оказывались намного хуже живых существ. И всё по одной причине, — пальцем правой средней руки Фирсен легонько постучал себе по лбу, — компьютеру я могу доверить, например, посадку корабля, как сейчас. А такие вещи, как наведение фотонных ракет и лучей, которых мы на своём жаргоне называем управляемыми и прямыми фотонами, могут делать только солдаты.
— Почему же? — вопросы Юрия множились с каждой секундой, — неужели нельзя доверить вычисление траекторий полёта вражеских кораблей бортовому компьютеру?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
