Сражение продолжалось. Орда вражеских солдат с оглушительными воплями со всех ног беспорядочно неслась вперед, чтобы укрыться за установленными на краю рва заграждениями. Там они переводили дух, перестраивались в боевые порядки и накатывались на городские стены, чтобы попытаться снова установить лестницы.
Накатывались и откатывались обратно, как волна, разбивающаяся о несокрушимую твердь каменного утеса. В большинстве случаев так и происходило. Но не всегда.
В некоторых местах им все-таки удалось прорваться на стены, где тотчас же закипели ожесточенные схватки. Крики смешивались со звоном оружия. Часто в горячке битвы один из сражающихся срывался со стены, иногда они падали сразу вместе, даже на лету продолжая размахивать мечами. Сорвавшиеся с лязганьем доспехов падали на землю и никто из них больше уже не поднимался.
- Ваше Величество! Ваше Величество!
Запыхавшийся посыльный вытер со лба крупные капли пота.
- Ваше Величество, на южной стене около ворот икленцы захватили часть стены и одну из башен! Никак не получается выбить их оттуда. Мы сражаемся как бешеные, но опрокинуть их ряды никак не удается. Они вот-вот захватят южные ворота.
Радан недовольно прошипел несколько самых грязных ругательств. Если икленцы откроют одни из ворот, то бой будет проходить уже на улицах города, где враг в полной мере сможет использовать свое численное преимущество. И даже если город удастся отстоять, то при этом половина домов превратятся в обугленные развалины. Радан неоднократно видел последствия боев на улицах города и не имел никакого желания повторить подобное в своей собственной столице. Да после такого Тулсак десять лет придется отстраивать!
- Кто командует на южной стене?
- Генерал Фавст погиб, Ваше Величество. Я не знаю. Наверно, кто-нибудь из его капитанов.
- Проклятье! Прикажи резервным тысячам немедленно выдвинуться к южным воротам... Хотя нет. Идем. Я сам встану в строй и покажу вам как надо драться!
- Но, Ваше Величество, Вы же не можете лично участвовать в бою...
- А кто это сказал?
- Но ведь короли никогда не сражаются в строю, они только руководят битвами.
- Ну, значит пришло время изменить эти традиции.
С тихим шипением возникшее облачко магии сгустилось в призрачно мерцающее острие копья.
На южной стене бушевала отчаянная битва. Сотни и тысячи ожесточенно рубящихся солдат смешались в единое кровавое месиво. Густо покрытые кровью мечи и копья раз за разом вздымались и опускались, унося на своих остриях жизни врагов. У воинов Тулсака пока еще сохранялось численное преимущество, но оно быстро таяло под напором все новых и новых врагов, поспешно карабкавшихся на стены по десятку приставленных лестниц.
Бой шел уже около самых ворот.
С громким криком Радан взмахнул своим магическим копьем и ринулся в самую гущу битвы. Пришедшие вместе с ним солдаты из резервных отрядов дружно ринулись за своим королем.
- Король! Король Радан! Да здравствует король!! Здесь король!
Ободренные тем, что их собственный правитель в трудную минуту лично пришел к ним на помощь, тулсакцы с удвоенной яростью ринулись вперед, вынуждая противника временно отступить. И без того беспорядочная битва быстро превратилась во всеобщую свалку. Немного в стороне громко орал и размахивал руками какой-то усатый воин с капитанским гребнем на шлеме. Он отчаянно пытался превратить разорванные и смешавшиеся ряды солдат в какое-то подобие строя. Но тщетно.
- Король! Здесь король!!
А Радан не обратил на эти крики ни малейшего внимания, с головой погрузившись в битву.
Могучий замах. Внезапно выскочивший перед ним икленец мгновенно распался надвое, разрубленный от горла до паха, и никакие латы не смогли спасти его от длинного наконечника магического копья. Кровь! Скрежет стали по полированной поверхности щита. Ответный выпад, и магическое острие показалось из спины врага, пронзив и щит, и доспех, и его самого. Как необычно сражаться таким легким копьем. Удар. Еще один икленец упал на землю. Брызги крови окропили шлем короля. Радан разил не раздумывая. Древнее оружие с легкостью резало и сталь мечей, которыми враги пытались парировать удар, и железо щитов, которыми они прикрывались. Каждый удар неизбежно заканчивался смертью человека. Магия рубила все: железо, плоть, камень. Жаль, что у меня нет сотни таких копий. Мы могли бы с легкостью разбить всех икленцев, всего лишь выйдя за ворота...
Сзади! Только извернувшись всем телом, Радан успел отразить коварный выпад и краем острия чиркнуть врага по горлу. Икленец упал, захлебываясь кровью. Кровь! Но где же мои подданные? Где мои верные солдаты? Но они отстали, не способные пробиваться сквозь строй врагов с такой легкостью, как их король. Ведь у них нет волшебного оружия древних.
Радан прислонился спиной к холодной каменной стене и бешено закрутил перед собой смертельный вихрь магии. Мерцающее острие со сказочной легкостью резало, прокалывало и рассекало все на своем пути.
Что это? Почему рука вдруг стала такой тяжелой? Кровь. Рассеченный кольчужный рукав. Зацепили!
Еще несколько икленцев скатились к ногам короля и навеки замерли в неподвижности.
Еще рана! Дрогнувшая рука пропустила нужный момент, и левая нога вдруг вспыхнула ослепительной болью. А воины тулсакских легионов еще так далеко. Все... Пора умирать! Радан с кривой ухмылкой воздел свое окровавленное оружие над головой и приготовился дорого продать свою жизнь.
- Прекрати... Болван, еще не время... - Чуждый голос снова вспыхнул в его голове, колоколом отдаваясь в ушах и на миг перекрыв даже оглушающий звук боя. Но не тот голос, с которым Радан был уже знаком. Какой-то... другой. Другой чужой голос...
Громовой нечеловеческий хохот короля заставил замахнувшихся было мечами икленцев нервно попятиться. Другой чужой голос! Ощутив, как исчезает боль в его ранах, а руки наполняет чудовищная исполинская сила, Радан снова засмеялся прямо в лицо врагам и, воздев над головой ужасающее порождение древних эпох, ринулся вперед. Его движения приобрели какую-то нечеловеческую легкость, а глаза теперь ясно видели каждую черточку и щербинку на вражеских доспехах. Время многократно замедлило свой бег.
Как медленно шевелятся эти глупцы. Радан одним молниеносным движением смахнул головы сразу двум икленцам и, прежде чем оба трупа упали на землю, располосовал надвое еще одного. Ничтожные людишки... Смертные... Я отомщу вам за все...
Где враги? Убить!.. Уничтожить!.. Смять!.. Где они!? Все вокруг захлестнула волна тулсакских рыцарей в сверкающих латах. На стене уже несколько солдат с энтузиазмом опрокидывали установленные лестницы.
Задыхаясь, Радан трясущимися руками распутал ремешок и стащил с головы шлем. По его искаженному лицу катились крупные капли кровавого пота, а в глазах медленно таяли следы какого-то чуждого нечеловеческого присутствия. Мрак нехотя отступал, чтобы укрыться в самых темных уголках его разума.
- Ваше Величество! - Подскочивший к нему молодой лейтенант даже не пытался скрыть своего восхищения. - Ваше Величество, Вы бились как бог! Никогда я еще не видел ничего подобного. Вы практически в одиночку обратили их в бегство! Никогда не думал, что человек может за считанные мгновения вырезать целую сотню вражеских панцирников!
Подошедший капитан в помятых латах согласно кивнул:
- Вы двигались так быстро, что Ваши очертания было просто невозможно рассмотреть. И никакие доспехи не были преградой вашему чудесному копью. Вы пластали этих проклятых икленцев вместе с латами как свиное сало!
Радан неуверенно обернулся и удивленно моргнул.
Позади него около стены громоздилась целая гора тел. Человек шестьдесят-семьдесят с безобразными уродливыми ранами и в изрубленных доспехах лежали беспорядочными грудами.
Король с трудом подошел к стене и привалился к ней. Ноги его дрожали.
