Тамплиеры возвращались на Лох-О тем же путем.
– Господа, возможно, мне кажется, но на камне с перевернутой луной появилось две чаши, одна с водой, другая по внешнему виду, с творогом, – заметил Монпелье.
Де Брисак перекрестился на всякий случай. Шевалье задумчиво посмотрел на Гримпианы:
– Да, виконт де Монпелье, что и говорить, таинственный языческий край – горная Шотландия. Вероятно, языческие приношения привиделись нам, всем троим одновременно. Как знать, с чем здесь еще придется встретиться. Меня, дорогие друзья, преследует ощущение, словно, я вырван из привычного мира и отправлен на службу миссионером в далекие неизвестные земли к язычникам. Думаю, мы станем свидетелями еще и не таких мистических проявлений.
* * *
Скупив все кирки у рыбаков в округе, тамплиеры занялись добычей камня. В первую очередь к работам привлекли оруженосцев и лучников, а их насчитывалось восемнадцать человек. Оруженосцы, крепкие ребята, лихо орудовали кирками. Лучники отваливали камень и с помощью рыцарей перевозили на Лох-О.
Вопрос еды решили просто, по-походному: каждый день в лагере оставались четверо, которые ловили рыбу, охотились, готовили пищу и с освободившимися от камня повозками отправлялись в горы за новым грузом. Неделя пронеслась мгновенно, в Килмартине, на берегу озера выросла огромная гора камня.
Согласно договоренности в Обане, пришли каменщики. Граф Безье и виконт Каркасонский, как самые опытные, организовывали процесс работы. Часть людей добывали камень, оставшиеся помогали каменщикам на озере, как могли, все хотели успеть до холодов.
Шотландия – не Лимасол, на земле осенью не поспишь, замерзнешь, и палатки не спасут. За два месяца изнурительных работ построили почти все. В конце сентября тамплиеры заселились в новые постройки. Получилось двадцать домов – по одному на каждом острове, то есть у всех рыцарей появился собственный дом. Все разрозненные острова, в соответствии с принятым планом, соединили между собой дамбами. На самом большом острове Иннис Шилд еще продолжались работы, резиденция пока не была закончена.
Каменщики прекрасно справлялись со своей работой, честно отрабатывая золотые флорины. Тамплиеры, наконец, занялись обустройством быта.
* * *
Стоял конец сентября, трава местами пожелтела, листья приобрели желто-красный оттенок. Воздух был насыщен запахом трав. Вымотанные постоянной работой, едой на бегу, сном в палатках у костров, тамплиеры, наконец, смогли перевести дух.
В один из погожих сентябрьских солнечных дней, Уоррик посетил Килмартин. Увидев новые строения, он пришел в неописуемый восторг:
– Удивительно, как вы быстро отстроились! Еще недавно на островах росли камыши и гнездились дикие утки. А теперь – город на воде!
Уоррик вращал круглыми от удивления глазами:
– Дорогой граф, признайтесь, французские рыцари во всем такие упорные?
Граф Антуан де Безье засмеялся, его поддержали стоявшие рядом тамплиеры.
– Да, любезный Уоррик, мы, действительно, во всем добиваемся цели, – подтвердил он. – Прошу вас! Пройдитесь по островам, как видите, все они связаны дамбами.
Уоррик с удовольствием принял приглашение. Посмотрел постройки, и у него возник вполне естественный вопрос:
– Позвольте полюбопытствовать, отчего ваши дома не круглые?
– Дело в том, сударь, что во Франции не строят круглых домов, – ответил де Безье.
– Право же, напрасно, сударь! Видимо, у вас там тепло.
– Да, с уверенностью могу утверждать – намного теплее, чем в Шотландии, уж точно. На юге Франции, и в Лангедоке в сентябре еще тепло, как летом.
– Отчего вас, сударь, удивила форма домов? – полюбопытствовал виконт де Монпелье, присутствующий при разговоре.
– Все просто, дорогой виконт! Круглый дом легче отапливать и он дольше держит тепло. Так строили еще наши предки пикты много веков назад, – охотно ответил управляющий.
– Посоветуйте мне, любезный Уоррик, где возможно купить все необходимое для дома и нормального быта. Право же, поверьте, походная жизнь утомила, хочется благоустроенности, тепла и покоя, – спросил Безье.
– По этому поводу, ваше сиятельство, могу подсказать, что первого октября в Обане состоится Айстеддфор. Это своего рода поэтический праздник, на который собираются барды со всей округи, соревнуясь в рассказе мифов и легенд. Весь праздник сопровождается потреблением эля в больших количествах и торговлей безделушками, но там можно купить и котел для дома, посуду, шкуры волков, оленей и быков, которые можно повесить на дверные проемы и использовать вместо одеял. Молодые кельты в этот день признаются в любви своим избранницам. Это очень любопытный обычай. Для этого нужно войти в специально сложенный круг из камней, он называется «теменос»: посередине его – алтарь Маэн Горседд, на котором лежит обнаженный меч. Влюбленный должен сначала поклониться публике, а затем изливать чувства девушке, но непременно – в стихах. Бард, признанный лучшим, получает меч в награду. Советую посетить праздник, поверьте увлекательное зрелище! А сколько красоток из местных кланов можно увидеть!
Уоррик многозначительно подмигнул. И Огюст сразу же вспомнил девушку с брошью в виде луны, подумав: «Вот бы вновь ее увидеть!»
С интересом, выслушав рассказ Уоррика, вся прецептория решила отправиться в Обан.
Глава 3
Наступило первое октября 1307 года, праздник Айстеддфор по кельтскому календарю. Рыцари прецептории Лох-О пробудились, привели себя в надлежащий вид, перекусили тем, что не доели вечером, приказали оруженосцам почистить лошадей, а затем отправились на праздник в Обан.
Отряд рыцарей в военном облачении, верхом на отличных лошадях, въехал в город. Замыкали процессию две повозки для складирования покупок, которыми правили оруженосцы. Прибытие в Обан тамплиеров произвело неизгладимое впечатление на собравшееся общество, особенно его женскую часть.
Рыцари лихо спешились, оставив лошадей на попечение оруженосцев. Вся местность только и говорила, что о богатых иноземцах, расплачивающихся золотыми монетами и поселившихся во владениях лорда Кемпбелла. Наконец все они предстали перед любопытными взорами кельтов. Если шевалье де Кавальон и граф де Безье выбирались в Обан на совет местной знати, то остальные рыцари знали единственную дорогу от озера до каменоломни и обратно, поэтому им все было ново и интересно.
При вторичном посещении города Огюст понял, что Обан таковым можно считать лишь формально. Он скорее напоминал большую деревню со множеством круглых домов и несколькими сторожевыми башнями-брохами. У зажиточных кельтов и местной знати дома были двухъярусные, обнесенные каменной стеной, с лужайкой перед входом. Шевалье подумал: «Увы, не Тулуза, не Каркасон, не Авиньон или Нарбона, тянет всего лишь на предместье Комменжа, да и то с трудом…» На площади Обана стояла небольшая католическая часовня, она была закрыта и пребывала в явном запустении, к ней местные жители не проявляли должного интереса.
