— Наверное, весьма занимательно. А что ты вообще собираешься сделать, Шер?
Шеррис пробежалась по потрепанной клавиатуре пальцами правой руки. Левая все еще побаливала, и она пользовалась ею, когда было необходимо нажать на клавишу сдвига.
— Хочу пробраться в мозги к Скейву. Подброшу этой старой развалине ночной кошмар.
— Правда? — Брейганна перекатилась по кровати поближе к ней, запутавшись в широкой ночной рубашке. Экран не изменился.
— Да. Скейв — игрушка древняя, в него не заложена даже программа сна, чтобы он мог переварить все случившееся за день и навести порядок в программах. Теперь он окончательно состарился и впадает в маразм, так что сон ему требуется только по привычке. Я собираюсь запихнуть в этого сонного маразматика игру под названием Ночной Кошмар.
Ее пальцы снова забегали по клавиатуре.
— Что? — Брейганна заинтересованно придвинулась поближе. — Это та самая, в которую играют «на выживание»?
— Да, неплохая идея, — ответила Шеррис, уставившись на сложную, многооконную голограмму архитектуры базы данных, которая напоминала разноцветный горный кряж. Она дотронулась до изображения, передвигая части ландшафта и недовольно морщась, когда еще не отошедшие от боли пальцы случайно задевали не те участки. Наконец она удовлетворилась результатами и стала набирать код.
Рамки исчезли, тут же сменившись бесконечным коридором, терявшимся в глубине экрана. Шеррис улыбнулась и коснулась монитора правой рукой, придерживая большим пальцем другой руки клавишу экспоненциального сдвига.
— Эту ночку старина Скейв надолго запомнит. — Она остановилась в одной из секций коридора. — Только для него она станет тысячью ночей, и он не сможет очнуться, пока не переживет их все до одной.
— Тысяча ночей? — Брейганна тщетно старалась вглядеться в картинку.
Шеррис закатила глаза.
— Потому что они думают в тысячу раз быстрее, чем мы, сладкая моя.
Она запустила программу загрузки. Данные уже были введены, оставалось добавить чувствительности. На экране появились и пропали какие-то значки. Изображение замерцало.
— Ну вот, — произнесла Шеррис, как только экран успокоился.
— И все? — разочарованно спросила Брейганна.
Шеррис взглянула на нее.
— Детка, я только что проникла в функциональную систему андроида, которому исполнилось уже семь тысяч лет. — Она сложила компьютер. — Завтра увидишь, что из этого вышло. Да, и не заказывай ничего горячего к завтраку, а то обваришься от удивления.
Шеррис энергично взъерошила волосы Брейганны, так что голова у той замоталась из стороны в сторону.
Брейганна схватила Шеррис за руку и оттолкнула ее.
Отец обезумел от горя.
— Скейв! — повторял он. — Дружище Скейв!
Он мерял шагами столовую с заправленной за ворот рубашки салфеткой и заламывал руки.
— После стольких лет! Никогда себе не прошу. Надо было лучше следить за ним!
В который раз он подошел к окну. Два громилы-андроида под руководством техника-человека закрывали дверцы фургона, в который только что погрузили безжизненное тело Скейва.
Утром андроида обнаружили в своем механическом отсеке в подвале дома. Расширенными глазами он смотрел в одну точку, — качая головой из стороны в сторону. Диагностика с помощью сканера показала, что его личность полностью стерта вместе с основной частью программ и даже встроенных функций.
Служба искусственного интеллекта и компания по ремонту андроидов, которую вызвал отец, предположили, что причиной происшедшего мог стать, особенно учитывая возраст машины, какой-то нетипичный нанофизический сдвиг в программе или же (что более вероятно) кто-то пробрался в базу данных андроида и основательно подкоптил его старческие мозги.
Шеррис сидела с печальной миной и изредка ухмылялась, глядя, как отец, всплескивая руками, расхаживает по комнате, а домочадцы тщетно пытаются его успокоить. Конечно, некоторые угрызения совести все же не миновали ее, но Шеррис тут же подавила их, вспомнив, как ловко утерла нос Брейганне и убедила ее в своих возможностях. Теперь строптивая Брейганна запоет по-другому. К тому же и Скейв уже безнадежно состарился и стал практически беспомощным, так что вряд ли ему помог бы даже ремонт.
Положив руки на стол, она крепко сцепила пальцы, стараясь не думать о содеянном. Взглянув на отца, она ощутила нестерпимую ломоту в руках и еще сильнее сцепила ладони, стараясь не морщиться. Глаза наполнились слезами. Шеррис разжала побелевшие пальцы.
Брейганна была просто в шоке. Когда они вместе с другими домашними сидели за столом, сводная сестра бросала на Шеррис взгляды, полные откровенного ужаса. Она явно сознавала себя соучастницей преступления. Отец продолжал страдать:
— Мы не сберегли старину Скейва! После стольких лет! Он целый миленниум служил нашей семье, и я потерял его. Последнее наше сокровище! Какой стыд!
Собравшись с духом, Шеррис печально покачала головой и заставила себя взять со стола бутерброд. Брейганна смотрела на нее округлившимися глазами.
Шеррис включила домашний компьютер и просмотрела отчет, присланный отцу людьми, которые увезли Скейва. Отчет был сделан в форме личного письма, чего Шеррис никак не могла понять.
Она была убеждена, что это не следствие того, что тень подозрения упала на кого-либо из домашних. Компания по ремонту андроидов заключила, что взлом базы данных совершил некто со стороны, и подозревала в этом профессионального агента внешнегосударственных структур. Шеррис испытала кратковременный прилив гордости от такой оценки своей работы.
В заключение в письме говорилось, что андроиду необходим новый мозг, а произвести замену невозможно, пока существующий закон радикально не изменится, что маловероятно. Так как все андроиды считались большой ценностью вне зависимости от технического состояния, служащие фирмы рекомендовали обратиться в агентство по страхованию андроидов.
Прочитав эту часть письма, Шеррис схватилась руками за голову. Она прекрасно знала, что ее отец не стал возобновлять страховой договор на Скейва — к чему тратить деньги на машину, которая не выходила из строя семь тысячелетий, тогда как те же деньги вполне годятся для игры в кости?
— Эта дурацкая машина была частью нашего наследства, — шипела Брейганна.
Они стояли у барьера автокатка, ожидая своей очереди. Дети и взрослые вылезали из маленьких кабинок и двигались по плотно утоптанному снегу к выходу, освобождая место для других ездоков. За пределами мелкого углубления, в котором находился искусственный каток, светило солнц.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
