меня не волновало, что толпа думает о моих танцевальных способностях. Сейчас имело значение только одно.
— И что? — Пробормотал Эрик. — Ты сделала свой выбор?
— Ты сказал мне выбрать твоего брата, — сказала я шепотом, не уверенная, как много я должна сказать, пока у нас были свидетели, но Фабиан выглядел поглощенным разговором с Пейдж. Из-за музыки и болтовни в комнате я сомневалась, что нас могут подслушать.
— Да, а теперь я говорю тебе обратное, бунтарка. Не отставай. — Его рот растянулся в ухмылке, но я была не в настроении для его игр.
Я собралась с духом, жалея, что у нас не было более уединенного места, где я могла бы рассказать правду. Но у меня заканчивалось время.
— Я хочу выдвинуть новые условия в рамках этой сделки, — сказала я тихим голосом. — Ты перечислил множество требований от меня, так что я могу требовать от тебя еще больше.
Челюсть Эрика дернулась. — Тогда изложи свои требования.
— Келли отправится на свободу с папой. Когда они приедут, ты заберешь их обоих из города.
Избегая моего взгляда, Эрик прижал язык к щеке. — Мы поговорим об этом после церемонии. Кроме того, разве ты не хочешь, чтобы она была здесь? Она составит тебе компанию.
— Она будет пленницей, Эрик, — выплюнула я. И я не могу рисковать, чтобы она оказалась втянутой в это.
Мой взгляд остановился на детях, которые начали танцевать и сливаться с толпой. Того же они потребовали бы и от Келли. И предложение себя Эрику ничего не изменит, если только я не смогу заставить его согласиться на ее свободу.
Эрик проследил за моим взглядом, притягивая меня ближе за талию. — Ты не будешь пленницей, если выберешь меня, бунтарка. Как только все закончится, мы вместе покинем город. У тебя будет столько свободы, сколько пожелаешь.
— Только до тех пор, пока я остаюсь твоей послушной женушкой? — Прошипела я.
— Что-то я не припомню, чтобы упоминал о послушании, — пробормотал он. — Просто ты не можешь убежать.
Песня подходила к концу, и я начала бояться того, что произойдет, если я не расскажу Эрику правду о метке прямо сейчас, но без гарантий безопасности моей сестры я не могла двигаться дальше. — Эрик, пообещай мне, что освободишь Келли, что бы ни случилось.
— Что происходит? — Эрик перестал танцевать, крепко держа меня за талию. — Что ты умалчиваешь?
— Просто пообещай мне, — взмолилась я.
Он провел большим пальцем по моей щеке, понизив голос. — Скажи мне, что случилось.
Я потянулась к правой руке, мои пальцы коснулись места, где была скрыта метка. — Эрик, я…
— Сир, на пару слов, пожалуйста! — генерал Вульф прорвался сквозь толпу; его серебристые волосы растрепались, когда он направился к нам прямо через танцпол. Двигаясь, он неловко держался за спину, выражение его лица выражало дискомфорт, как будто его что-то беспокоило.
— Вульф, что ты здесь делаешь? — Потребовал ответа Эрик, отпуская меня и рассматривая дьявольского генерала.
Кошмар вспыхнул от голода, как будто он жаждал вонзиться в сердце зверя перед нами, и я решила дать ему то, чего он хотел. Мое сердце забилось сильнее, когда я оглядела пространство за спиной Вульфа, внезапно испугавшись, что могу увидеть там Келли и папу. Но их нигде не было видно.
— Я вернулся первым рейсом — я потерял свой телефон, и ни у кого из тех, с кем я столкнулся по пути, не было разрешения связаться с вами. Мне очень важно поговорить с вами. — Вульф низко поклонился, и я заметила, что многие вампиры позади него начали перешептываться.
— Где моя семья? — Спросила я, и жар в моей крови усилился.
Взгляд Вульфа метнулся ко мне, его верхняя губа приподнялась. Он, казалось, был готов обругать меня, но сумел вернуть свой взгляд к Эрику.
— Вы уже второй раз прерываете ритуал, генерал, — зарычал на него Эрик. — Тебе лучше бы иметь хорошее объяснение.
Вульф кивнул, снова склонив голову. — Пожалуйста, давайте поговорим наедине, ваше высочество.
Эрик пробормотал мне извинения, прежде чем схватить Вульфа за руку и грубо подтолкнуть его сквозь толпу. Я наблюдала, как они проскользнули за занавеску, направляясь в потайной проход за ней.
Кошмар подтолкнул меня последовать за ним, но прежде, чем я успела это сделать, Фабиан схватил меня за руку и заставил танцевать.
— Добрый вечер, Монтана, — небрежно сказал он. — Ты сегодня прекрасно выглядишь.
Ярость захлестнула меня из-за того, что я попала в плен к этому монстру, когда так много было поставлено на карту. Но я не могла позволить ему узнать о моей ярости.
— Ты в порядке? — Спросил он. — Я слышал о том, что произошло прошлой ночью. Ты, должно быть, была в ужасе. В эти дни в городе появляется все больше и больше повстанцев, это довольно опасно для людей за пределами территории замка. — В его тоне была резкость, от которой у меня похолодела кровь.
Я попыталась придать своему лицу выражение, напоминающее спокойствие. — Спасибо. Да, я в порядке. Мне повезло, что Эрик стоял в тот момент передо мной, иначе, я не думаю, что выжила бы.
— Абсолютно, — сказал он, кивнув, его глаза горели беспокойством. Он был чертовски хорошим лжецом, что делало его грозным врагом.
— Итак, ты решила, кого выберешь сегодня вечером? — Спросил Фабиан с кривой улыбкой.
— Эм… — Я прикусила губу, не зная, что сказать. Что мне действительно нужно было сделать, так это поговорить с Эриком об этой метке, но я не была уверена, сколько времени у меня осталось для этого. — Я не знаю.
— Ты воспринимаешь все это слишком близко к сердцу. — Фабиан приподнял бровь. — Наверняка есть кто-то более привлекательный для тебя?
Я пожала плечами, взглянув на Пейдж, которая теперь танцевала с Майлзом. Я надеялась, что она прислушается к моему предупреждению и выберет его, а не Фабиана.
Песня, наконец, сменилась веселой мелодией, и остальные вампиры присоединились к танцу, заполнив окружающее пространство. Я воспользовалась моментом, чтобы вырваться из рук Фабиана и нырнуть в толпу.
Устремив взгляд на занавеску, за которой скрылись Эрик и Вульф, я ускорила шаг.
Где моя семья, ты, извращенный кусок дерьма?
Я дошла до занавеса и перешла на шаг, когда взгляды обратились в мою сторону. Изображая интерес к прекрасному окружению, я медленно продвигалась вперед, напряженно прислушиваясь, пытаясь разобрать их голоса.
— … истребитель жив, это правда. — Голос Вульфа.
— Как это возможно? — Эрик зарычал. — Предполагается, что он мертв. И даже если он каким-то образом выжил, ни один смертный не может прожить тысячу лет.
— Не знаю как, но он жив, сир.
Кошмар потянулся ко мне, шипя, предупреждая отойти,
