Девушка и Аквази ошеломленно смотрели на сцену между Элиасом и Норой.
— Вы, миссис? — ошеломленно спросила Маану. — Вы... знали?
— Она меня спасать!
К Мансе снова вернулся ее голос, она оторвалась от Норы и побежала мимо своего мучителя прямо в руки сестры. Элиас, казалось, молниеносно понял, что здесь происходит. Он бросил отчаянный взгляд на шпагу, но ее, как и раньше, крепко сжимала Нора.
— Дай мне шпагу, Нора! Брось ее мне! — воскликнул он.
Супруга не обращала на него внимания.
— Только с сегодняшнего вечера, — ответила она Маану. — Я сожалею. Но... с Мансой ничего не случилось.
Аквази увидел, как Элиас с выражением паники в глазах пятится в угол своей спальни. Или к окну? Нельзя было дать ему убежать!
— Ну, давай же, Маану, убей его! — крикнул Аквази и показал на ненавистного баккра. — Или это сделаю я?
За ним в спальню ворвались мароны, без сомнения, исполненные решимости покончить со всеми присутствующими белыми и, возможно, убить также домашних рабов. За их спинами в луже крови лежал Терри.
Маану метнула на Элиаса взгляд, исполненный ненависти.
— Изрубите его на куски, — отдала она приказ людям черной королевы. — Я знаю, что надо торопиться. Но делайте это не слишком быстро!
Нора закрыла глаза, чтобы не видеть, что делают эти люди с Элиасом Фортнэмом. Она слышала лишь отчаянный крик Мансы, от которой сестра требовала, чтобы та тоже рубила хозяина. Манса отказалась. Она подбежала к Норе и спряталась в ее руках.
— Не смотри туда, Манса, не смотри туда. И не слушай...
Нора прижала девочку к себе и в ужасе слушала, как Маану в перерывах между ударами мачете выкрикивает ее мужу страшные слова, припоминая все те муки, которые он причинил ей. Значит, Маану тоже была одной из его жертв. Этим объяснялось все.
— Думай о чем-нибудь хорошем, — прошептала Нора и зажала Мансе уши. — Ты должна это забыть, слышишь? Мы должны это забыть.
Она баюкала девочку в руках, пока не стих последний предсмертный крик Элиаса. Затем она посмотрела на Маану. Руки ее служанки по локоть были вымазаны кровью.
— И что теперь, Маану? — глухо спросила Нора. — Теперь на очереди я?
Маану подняла свой нож.
— Нет! — закричал Аквази. На нем была только набедренная повязка, в которой он спал, но и та была пропитана кровью. — Нет, следующим будет Дуг Фортнэм! — Он словно выплюнул имя своего бывшего друга. — Она...
— Убейте ее быстро! — решительно произнесла Маану.
Ее взгляд, брошенный на хозяйку, был почти извиняющимся. Может быть, в эти мгновения она вспомнила, что Нора никогда не делала ей ничего плохого.
— Нет! — еще раз прозвучал голос Аквази. Крепкий негр решительно встал перед Норой, закрывая ее своей мощной спиной. — Она не будет убита. Она принадлежит мне. Мы возьмем ее с собой. Я хочу ее!
Нора посмотрела на него ошеломленно, а Маану — с ненавистью.
— Ты хочешь ее? — процедила она сквозь зубы. — Ты все еще хочешь ее? Значит, это был не только... дуппи?
Нора ничего не поняла. Или все же..? Неужели Маану видела ее, когда она отдавалась Аквази, опьяненная церемонией обеа?
— Я хочу ее! — коротко сказал Аквази. — Как мою бабу. Она принадлежит мне! — Его взгляд, устремленный на Нору, был исполнен похоти и триумфа. Раньше, пока он не увидел ее с Дугом, в этом взгляде была любовь, однако сейчас... — Она будет моей рабыней! — добавил он.
Предводитель маронов отрицательно покачал головой.
— Это не есть хорошо, — сказал он затем. — Мы не хотеть белые в Нэнни-Таун. Королева не разрешать.
Аквази гордо вскинул голову.
— Значит, я уйду в Кудойе-Таун. Или еще куда-нибудь, мне все равно. Кто-нибудь сможет нас принять.
Маану хотела вставить что-то злобное, однако появление других негров прервало дискуссию.
— Там никого больше нет, Маану, — отчитался один из маронов, их предводитель. — Мы убивать двух домашних ниггеров, они хотеть предавать. Один нам показать, где жить третий белый. Но того нет.
— Дуг Фортнэм сбежал? — Аквази вскочил на ноги, так же, как и Маану. — Но он же...
На лице Аквази явно читалось жестокое разочарование. У него был беспомощный, почти детский вид.
Мароны, напротив, встревожились.
— Он приводить помощь. Значит, уходить быстро!
Их предводитель перерыл все ящики столов и шкафы в комнатах Элиаса Фортнэма. Мужчины, стоявшие за спинами пришельцев, рабы с полей, которые примкнули к маронам, с ужасом смотрели на изрубленный труп своего бывшего баккра.
— Искать добычу, затем поджечь дом, — объяснил один из маронов их задание. Он заметно нервничал. Если действительно кто-то позовет помощь — мужчин с ружьями, собаками, лошадьми... Если сейчас начнется погоня, уйти будет очень трудно.
— Мы не думать, что он убежать, — сказал один из полевых рабов, который раньше был домашним негром. Нора узнала в нем бывшего садовника. — Сегодня никто не спать в его постели. Наверное, был в Кингстоне.
— Предатель говорить, он ел ужин здесь, — коротко сказал марон, который только что принес известие об исчезновении Дуга. — Лучше делать быстро.
Никто больше не обращал внимания на Нору, пока мужчины торопливо искали в доме ценные вещи. Молодая женщина сидела на корточках на залитом кровью ковре в комнате своего мужа. Манса вцепилась в нее.
— Хочу к маме Адве, — прошептала девочка, которая была испугана не меньше, чем сама Нора. — Миссис думает, они пустят меня к маме Адве?
Нора не особенно верила в это, тем более что она не имела ни малейшего понятия о том, что случилось с Адвеа и всеми остальными рабынями. Здесь, в доме, кроме Маану, казалось, находились только мужчины. И Маану была исполнена такой ненависти, что Норе представлялось вполне возможным, что она могла убить даже родную мать. В конце концов, повариха отдала баккра своих обеих дочерей. Но в любом случае Маану точно не оставит здесь свою сестру. Без сомнения, она возьмет девочку с собой к маронам.
— Ты останешься со мной, — сказала Нора Мансе, чтобы утешить ее. — Ты же слышала, что Аквази хочет взять меня с собой.
Ее взгляд упал на труп Элиаса, и вдруг ей показалось, что будет не так уж и ужасно, если ее насильно угонят отсюда. Это лучше, чем такая смерть. Может быть, ей даже выдастся возможность убежать. А Дуг... Дуг был свободен. Он ей поможет!
Она с ужасом подняла взгляд, когда над ней нависла тень предводителя маронов.
— Что сейчас с этой белой? — спросил он. — Быстро делать мертвой, убрать?
Нора сжалась в комок, когда он вытащил нож. Но тут снова появился Аквази.
— Я сказал, она принадлежит мне! Она пойдет со мной, она — моя добыча. Она — это все, что я хочу!
