я рассказал Августу об Академии Дракония.
Он хотел использовать свои способности, чтобы узнать, на что способен. Чарльз кое-чему научил его, но он не был драконом. Ему еще многое предстояло узнать о том, как заявлять на кого-то права. Это было настоящее искусство.
— Как давно пропала Лиана?
— Около пяти лет. Я понятия не имею, где она сейчас, но два года назад она была в Соверене.
Маркус вышел, постанывая от удовольствия. Это заставило нас всех рассмеяться.
Чарльз встал.
— Моя очередь! — сказал он и практически вприпрыжку направился в душ.
Маркус пошел на кухню и сказал что-то насчет кофе.
— Соверен? — Я вернулся к разговору с Томом.
Он кивнул.
— После этого она словно растворилась в воздухе. — Он нервно потер руки.
Я не хотел думать о том, что он чувствовал. Он знал, где она находится, в течение трех лет, но ничего не мог сделать, чтобы спасти ее.
— Я найду ее, — сказал я.
— Прости, Элль, — извинился Август. — Мы тебя разбудили? Знаю, уже поздно, но…
Елена проскользнула незамеченной.
— Не волнуйся.
При виде нее у меня внутри все перевернулось. Это было странное чувство, но я его приветствовал. Я чувствовал это только в своих снах. Тех, где она появлялась в образе рыжеволосой веснушки.
— Мы только проснулись, когда перешли границу. У них здесь не те дни. На другой стороне день.
Том фыркнул.
— Значит, надежда есть?
— Да, Том, есть. Если мой гардероб не отражает правду, то я не знаю, что будет.
— Я не могу уйти без Лианы.
— Ты не знаешь, жива ли она еще? — Елена задала вопрос, который я не хотел ему задавать.
— Она должна. Она была сильной женщиной. Она никогда не сдавалась и всегда видела луч надежды в самой мрачной туче.
— Я точно знаю, к какому типу девушек она относится, — сказал я, встретившись взглядом с Еленой.
— Какой у нас план? — спросила Елена, проигнорировав мое последнее заявление. — Предполагаю, что у тебя уже есть один.
— Праздник.
Она уставилась на Тома.
— Тот?
Он кивнул.
— Примерно через три недели, — подтвердил Август.
— Ты мог бы найти их, — сказал мне Том. — Судя по тому, что папа рассказывал нам о твоих способностях, твоя способность выслеживать не имеет себе равных.
Никакого давления. Я даже не смог найти Елену.
— Я бы не стал…
— Это правда, — перебила меня Елена. — Он выследил меня здесь, не зная, что я перешла границу, но он знал, что я здесь.
— Я должен знать, все ли с ней в порядке. — Том схватил меня за колено.
— Мне нужно знать все. Как можно более подробно. Все будет хорошо. Обещаю.
— Ты можешь научить меня, как убеждать людей? — спросил Август.
— Август… — В ее голосе звучала тревога.
— Да, — сказал я.
— По-настоящему? — спросил Август с огоньком в глазах.
— По-настоящему. Тебе нужно научиться защищаться. Убеждающие — умелые всадники. Если ты сможешь использовать свои способности, то ничто не сможет тебя остановить.
— Спасибо, Блейк. — К Августу вернулось немного бодрости в голосе.
Елена выглядела окаменевшей.
— Пришло время, Елена. Каждый, кто родился с этим знаком, должен знать, как снова стать всадником или драконом. Эта война станет крупнейшей в истории Пейи.
— Да, я не готова, — сказала она.
— Никто не готов, но это то, что нам нужно сделать, чтобы снова обрести мир.
Повисло молчание.
— О, посмотри на время. Утром я буду трупом, — сказал Том и потянул Августа за собой, проходя мимо его кресла.
— Спокойной ночи, — сказал Том.
— Спокойной ночи, — сказали мы с Еленой в унисон, ко всеобщему удовольствию.
Я слышал, как Август задавал еще вопросы, пока они поднимались наверх.
— Ты готов? — спросил я Елену. — Все отправились спать, и я боюсь отвечать на новые вопросы.
Она усмехнулась и направилась вверх по лестнице. Я последовал за ней.
Она забралась в постель и отвернулась к стене.
Я занял место рядом с ней.
По крайней мере, она доверяла мне лежать рядом с ней.
Я погрузился в свои мысли и уставился в потолок.
— Я знаю, что это был за образ, Блейк.
Она говорила о Саадедине.
— Дракон и птица? — спросил я.
— Да.
— Я тоже так думаю, Елена. Я связан с твоими снами, помнишь? Он легко сломал его.
Я чувствовал на себе ее взгляд, когда лежал, подложив одну руку под голову.
— Как мы его убьем?
Я фыркнул.
— Ты видела себя в этой картине?
— Нет, — сказала она и приподняла верхнюю часть тела, перенося вес на локоть. — Какое это имеет отношение к чему-либо?
— Нет никаких «мы». — Мой взгляд переместился на нее. — Есть только я.
Она запротестовала. Я знал, что она так и сделает. Ее страх перед тем, что я столкнусь с этим в одиночку, был очевиден. Она не хотела терять меня. Прежде чем это переросло в ссору, она прекратила разговор и сменила тему.
— Ты когда-нибудь задумывался, что Ирен видела со мной?
— Она ничего не видела с тобой, она только произнесла эти слова.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что я спросил ее, — солгал я. Для нее лучше не знать обо мне и Ирен.
— Когда? — спросила она.
— Когда я обнаружил твое предсказание в Книге теней. — Еще одна ложь.
Она нахмурилась.
— Когда это было?
Я усмехнулся.
— Я кое-что увидел, когда ты начала меня слышать. Когда ты думала, что это Пол. Я должен был провести расследование.
— Значит, ты шпионил за мной?
Я смущенно улыбнулся.
— Я не шпионил. Это было больше похоже на то, чтобы держать своих врагов поближе.
— Я — враг? — Она не смотрела на меня.
— Елена, тогда у меня был беспорядок в голове, и я испытывал тягу ко всему темному. Так что, да, я видел в тебе своего самого большого врага.
— Что сказала Ирен?
— Она рассмеялась, когда я спросил ее об этом. Она спросила меня, откуда я узнал, и я рассказал ей. — Все произошло не так, но Елена должна была перестать видеть во мне того идиота, которым я был тогда.
— Ты сказал Ирен, что я — твой всадник?
— Я тебе тоже говорил.
— Нет, не говорил. Я бы это запомнила.
— Той ночью в лагере, когда я был пьян. Ты пялилась на мои губы, так что не слышала ни слова из того, что я говорил.
— Ты сказал мне?
Я кивнул, и мы немного поговорили о той ночи. Что бы случилось, если бы я поцеловал ее прямо тогда? Люциан убил бы меня, но все было бы по-другому. Он бы не умер, и Кара никогда бы не проснулась.
Мы даже поговорили об Ирен и о том, какой она
