class="p">Дейзи уставилась на меня.
— Ты как луч солнца, не так ли?
Елена рассмеялась. Это было музыкой для моих ушей.
— Что-то в этом роде, — сказал я.
— То, что ты сделал для Энни… — сказала она.
— Я могу исцелить себя. Это ничего не значило.
Дейзи рассмеялась.
— О, но это так. Даже обладая способностями к исцелению, большинство людей не взяли бы на себя что-то подобное.
— Ладно, ты должна остановиться.
— Это замечательно. Спасибо тебе, — серьезно сказала она.
— Она моя кузина, Дейзи. Я бы сделал все, что угодно, ради семьи. Запомни это. — Я многозначительно посмотрел на нее.
Казалось, она понимала, что я включаю ее в состав своей семьи.
Вошел Чарльз. Его волосы все еще были мокрыми, но аккуратно причесанными. Только что из душа.
— У твоего дракона, несомненно, есть свои таланты, Элль, — сказал он.
— Что я могу сказать? — Я пошутил. — Я здесь всю неделю.
Раздался смех.
— Теплый душ, — благоговейно произнес Чарльз.
— Ты снова разогрел бойлер? — спросила меня Елена.
— Ага. — я ухмыльнулся.
— Сегодня вечером я приму настоящую ванну. Просто собираюсь отмокнуть, — сказала Дейзи.
Мы все рассмеялись.
***
Завтрак был восхитительным.
И все, кто принимал душ, благодарили меня. Я взглянул на кузину и обнаружил, что она задумалась, с несчастным видом уставившись в стол. Она вернет себе свой огонь. Это было самое меньшее, что я мог сделать.
Чарльз рассказывал мне о других семьях на ферме. Им нужно было сказать, что Элль вернулась, и что я был с ней. Им нужно было понять, кто мы такие и какой у нас план, независимо от того, были ли это Буйо или я.
Я обнаружил, что Стивен снова пристально смотрит на Елену. Она, казалось, ничего не заметила. Неужели между ними что-то произошло, пока меня не было, и Елена теперь холодно относится к нему?
Мне это не понравилось, но мой взгляд не задержался на нем слишком долго.
Я узнаю об этом позже, когда ее не будет рядом.
Я снова прислушался к их разговору.
Маркус ушел, что-то бормоча о том, чтобы собрать глав каждого домохозяйства.
Елена и Энни шутили друг с другом, убирая со стола. Елена улыбнулась, принимая мою тарелку, и ее тело слегка коснулось моей руки. Я ухмылялся как идиот, когда заметил, что Чарльз наблюдает за нами ястребиным взглядом.
Пока Маркус и Август мыли посуду, Кэсси плюхнулась ко мне на колени. Ее застенчивость исчезла, и она задавала мне самые разные вопросы. Она хотела знать, действительно ли я — дракон. Я показал ей свои чешуйки, преобразив небольшое пятно на моей руке. Она погладила их, и я рассмеялся.
Чарльз изумился их размерам.
— Ты — один большой ревущий дракон, — спросила Кэсси.
— Да.
— Что случилось с твоим глазом?
— Кэсси, — строго сказала Дейзи.
— Не волнуйся, ей любопытно. Напоминает мне одну малышку, которую я знал давным-давно. Мне это нравится, — сказал я.
Энни наклонилась рядом с Кэсси.
— Он забрал у меня «ой». Смотри. — Она показала Кэсси свое лицо. — Но это оставило его с этим.
Кэсси коснулась лица Энни, затем в замешательстве уставилась на меня.
— Зачем ты это сделал?
— Кэсси! — повторила Дейзи.
— Все в порядке, — сказал я Дейзи через плечо. — Ну, потому что Энни — моя семья, как Август, Том и Папа — твоя.
— Энни — твоя семья? Но она и наша семья тоже.
— Тогда, я думаю, это также делает нас семьей.
— Я — твоя семья? — Она улыбнулась.
Я усмехнулся и обнял ее.
— Да, это так.
От входной двери донесся голос Маркуса, за которым последовали многие другие.
— Это правда? Элль вернулась? — спросила какая-то женщина. — Рубикон, остальная часть Пейи, все это?
Чарльз выбежал им навстречу в гостиную.
— Да, Оливия, — сказал Чарльз.
— Кэсси, — сказала Дейзи, беря ее за руку.
Маленькая девочка спрыгнула с моих колен и подбежала к матери.
Елена подошла и села на стул рядом со мной.
— Они на кухне, — сказал Чарльз.
Вошел мужчина, посмотрел прямо на меня, и его лицо окаменело. Затем он заметил Елену, и его лицо расслабилось.
— Элль, я так испугался, когда они забрали тебя и Энни.
— Не надо, мне жаль Макс. Я верну их обратно. Обещаю, — сказала она.
Вошла женщина, и Елена тоже обняла ее.
— Мы вернем их обратно.
Все их взгляды переместились на меня.
— Ты точно любишь ввязываться в драки, не так ли? — спросила женщина с темными волосами.
Я усмехнулся.
— Да, они все думали, что я — Билли.
Бенсоны ахнули, все, кроме Чарльза, он покатился со смеху.
— Я так понимаю, вы, ребята, его не избивали? — спросила она.
— Нет! Ради всего святого, он вылечил глаз Энни, — сказала Гертруда. — И теперь он исцеляет себя сам.
— Что ты сделал? — потрясенно спросила темноволосая женщина.
— Она — моя кузина, и она не хотела так выглядеть, поэтому я помог ей. Любой бы так поступил. — Последнюю фразу я адресовал Дейзи, которой, я был уверен, нашлось бы что сказать.
— Я ничего не говорю. — Дейзи подняла руки.
Темноволосая женщина фыркнула и покачала головой.
— Насчет этого ты ошибаешься. — Она села напротив меня и уставилась на меня. — Я никогда не думала, что увижу Рубикона. Мы думали, что потеряли вас всех.
— Должно быть, тяжело было не иметь надежды, — сказал я.
Я попробовал это на вкус, пока Елена отсутствовала, но жить так годами.
— Так оно и было, но я должна была как-то выжить ради своих детей.
Я коснулся ее руки.
— Мы вернем ее, обещаю. И мы вытащим вас всех отсюда. Даю тебе слово.
— Они узнают, — сказала она.
— Нет, — сказал Чарльз.
Все расселись и обратили свое внимание на Чарльза. Он рассказал им об устройстве Буйо. Они впитывали все. Устройство должно было вывести тех, кто не собирался сражаться, и заменить их обученными мужчинами и женщинами.
Предстояло проделать еще много работы.
— Значит, ты — ключ к проходу сквозь лианы? — женщина, которую, как я наконец узнал, звали Оливия, спросила Елену.
Она кивнула.
— По какой-то причине они не причиняют мне вреда.
— Это из-за ее крови, — сказал я. — Я сам это видел. Сначала на горе, когда мы потеряли меч Короля Лиона.
— Подожди, меч Короля Лиона исчез? — спросил Люк.
— Теперь у нас есть топоры, и с помощью Елены, — сказал я, взглянув на нее. — Любое оружие может стать оружием Короля Лиона.
Все ахнули.
— Родословная Мэлоунов особенная. То, что течет в их венах, — это сама магия, — сказал я.
— Их кровь превращает любой клинок в меч Короля Лиона?
Я кивнул. Я рассказал им о том, что произошло на горе, и
