с Чарльзом пришлось их успокаивать. Объяснить им весь план было нелегко. Я не знал, как быстро Эмануэль сможет добраться сюда с первыми войсками.
В ту ночь я спал как убитый. Я сомневался, что Елена хотела разговаривать, но я не выпускал ее из виду.
Около часа ночи у Чарльза заверещала сигнализация. Это звучало как сирена старой школы. В тот момент я ненавидел свой обостренный слух.
Я встал, но Елена лежала на кровати спиной ко мне. Она все еще была расстроена из-за этого плана, но я дал клятву.
Я легонько подтолкнул ее локтем.
— Проснись, Елена.
— Я почти не спала.
— Ты не могла уснуть?
— Я борюсь на этой стороне. — Она перевернулась на спину и вытерла глаза. — Кое-что, с чем у тебя, похоже, нет проблем.
Дерьмо.
— Я что, храпел? — спросил я.
— Я бы не назвала это храпом, — сказала она и встала с кровати.
Я оделся, добавив толстовку с капюшоном на случай, если мне придется прятать лицо.
Я достал свою одежду из ее сумки и положил ее в ящик.
Ей нужно было побыть одной, чтобы подготовиться. Я задержался у двери. Она все еще сидела на кровати и выглядела измученной.
— Одевайся, Елена.
Я закрыл за собой дверь и услышал рыдания, доносящиеся из комнаты Энни.
Я постучал в ее дверь и распахнул ее, не дожидаясь ответа.
— Желешка. — Я заключил ее в свои объятия.
Она затряслась от слез.
— Ты увидишь свою мать. Ты будешь в безопасности.
— Эти люди тоже моя семья. Мама даже не знает, как я выгляжу. — Она шмыгнула носом. Ее одежда была разбросана по кровати. — Я знаю только ее драконью форму, а она знает только мою. Она даже не узнает, что это я.
— Она узнает, — сказал я со слезами на глазах.
— Я сломлена.
— Черт возьми, Энни. Ее это не будет волновать. И остальных из нас тоже. Пришло время исцелиться. Елена не оставит тебя, и я буду присматривать за всеми здесь.
— Мне неловко оставлять их здесь. Они были моей семьей, Блейк.
— Я их вытащу. Обещаю.
— Тебе лучше оставить это.
Я кивнул и прижал ее к своей груди.
— Я обещал твоей матери, что верну тебя, если найду.
— Она действительно попросила тебя?
— Нет, она меня не просила. Она приказала мне. Так что, пожалуйста, собирайся.
Она усмехнулась и кивнула.
Я закрыл за собой дверь и спустился вниз.
Все, кроме Кэсси и Дейзи, сидели за столом. Они говорили о возвращении Елены и Энни.
— Ты уверен, что лианы не причинят вреда Энни?
— Они этого не сделают. Она привела меня сюда. Она вытащит Энни отсюда.
Раздался стук в дверь.
— Это, должно быть, Люк. Он хочет увидеть это своими глазами. — Чарльз встал, чтобы открыть дверь.
Громкий голос Люка заполнил дом, и он вошел на кухню вслед за Чарльзом.
Август встал, чтобы уйти.
Люк коснулся его руки.
— Прекрати это, Август.
Август почувствовал себя виноватым. Выражение его лица было слишком знакомым. Я знал этот взгляд, чувство сожаления.
— Мне следовало спрятать ее. Я мог бы это сделать, если бы знал, как использовать свои способности. Я подвел тебя.
Люк обнял его.
— Это не ты потерпел неудачу, а я. Я — ее отец. Тебе всего семнадцать. Это не твоя вина.
Он кивнул, но все же ушел.
Повисло молчание.
— Он винит себя?
Люк кивнул.
— По крайней мере, он может посмотреть в глаза отцу девушки, которую любит, и извиниться.
Люк коснулся моей руки.
— Ты тоже это сделаешь. Я знаю, что сделаешь.
Я слегка улыбнулся ему. Они понятия не имели, что нависло над моими плечами.
Дверь Елены открылась, и я услышал ее шаги, спускающиеся по лестнице.
Она вошла в кухню с рюкзаком на плече.
— Готова? — спросил Чарльз.
— Нет, не совсем, но, думаю, у меня нет выбора. — В ее голосе звучал сарказм.
Я закрыл глаза.
Что я делал? Я приказывал ей вернуться.
— Где Энни? — спросила Елена.
— Она прощается с Дейзи. — Тон Гертруды был мягким.
Мы ждали Энни. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она наконец вышла из комнаты Дейзи.
Я попытался поймать взгляд Елены, но она не обращала на меня внимания. Она уставилась в свою чашку с кофе. Я обнаружил, что Гертруда с беспокойством наблюдает за нами. Казалось, она знала, как это тяжело для меня.
Если Елена думала, что расставание с ней было легким, она понятия не имела, что я чувствовал. Я вздохнул. У меня будет все время в мире, чтобы показать ей это после того, как мы спасем Итан.
— Не забывай о нас. — В голосе Дейзи звучали слезы.
— Никогда. Ты мне как сестра. Ты и Кэсси. Я тебя так люблю. Я чувствую себя как собака, бросающая тебя здесь, — сказала Энни.
— Тсс, ты же знаешь, что у нас нет выбора. Верни этих людей обратно, чтобы мы могли выбраться из этой адской дыры.
Я смотрел в потолок, стараясь не показывать им, каким слабаком я стал.
Для Энни это было совсем нелегко. Энни спустилась вниз, выглядя взволнованной, но испуганной. Она обняла Гертруду и попрощалась. Гертруда расцеловала ее во все лицо.
— Скажи своей матери, как ей повезло, что она тебя вынашивала, Анук.
Энни сжала ее крепче.
— Ты и моя мать тоже. Я не хочу уходить вот так.
— Иди. Дейзи права… у тебя нет выбора. Теперь твоя очередь. Ты уже достаточно настрадалась. Ты знаешь, что они заберут тебя обратно, если найдут, и будут задавать слишком много вопросов о том, как зажил твой глаз. Это не ограничится вопросами.
Она кивнула.
Гертруда обратила свое внимание на меня.
— Ты защищаешь их до тех пор, пока они благополучно не пройдут.
— Да, мэм. — Я слегка отдал честь.
Оглянувшись на Энни, она сказала:
— Скоро увидимся.
Мы вышли на улицу, и Елена разговаривала с Чарльзом.
— Она расстроена из-за тебя, — сказала Энни. — Я могу сказать. Тебе следует пойти и поговорить с ней.
— Да, она расстроена, и именно поэтому я не хочу с ней разговаривать.
Энни свирепо посмотрела на меня.
— Прекрасно! Я пойду поговорю с ней. — Женщины.
Я сбавил скорость, когда мы приблизились к Елене. Энни отпустила мою руку и отправилась воевать рядом с Чарльзом и Люком.
— Ты можешь сделать это, Елена, — сказал я.
Она даже не взглянула на меня.
— Я не поэтому боюсь, Блейк.
— Тогда почему?
— Ты знаешь почему. Это не входило в план. Ты выводишь меня из себя, — прошипела она. — Тебе не следовало приходить.
— Елена, я могу позаботиться о себе.
— Да, неважно. —
