class="p">— Энни! — рявкнула Гертруда.
— Ты видела, какой он огромный. — Она наклонилась и поцеловала Гертруду в макушку, стащила кусочек хлеба и отправила его в рот.
Я сел за стол и просмотрел свой контрольный список. Доверие придет, но пока я был на верном пути.
Не хватало только одной вещи. Ингредиента. Это была не кровь Елены. Я чувствовал это нутром. Какой бы волшебной ни была ее кровь, это было что-то другое.
Я вздохнул. Я был грязен, но мне было приятно надрывать задницу. По мере того, как слова того дня заполняли мою голову, образы, промелькнувшие в моем сознании, уже тускнели. Я мог вспомнить только поле и замок в Итане. Все выглядело совсем не так, как я помнил. Когда-то это было величественное здание, но половина башен была разрушена.
Елена умирала. Этого никогда не могло случиться.
— Блейк?
Я выпрыгнул из своих мыслей.
— А?
Гертруда рассмеялась.
— Ты собираешься умываться?
— Думаю, Елена все еще принимает ванну. Я за ней, спасибо.
— Наконец-то, кто-то, кто не думает, что вселенная вращается вокруг подростковых гормонов.
Я рассмеялся. Если бы только она знала меня лучше.
— Привет, маленькая птичка. — Сеймур наблюдал за Еленой, когда она принимала ванну. Я бросился наверх.
Я ворвался в дверь и обнаружил Елену спящей в ванне.
— Елена, проснись! — закричал я.
Энни была рядом со мной.
— Помоги мне разбудить ее, — взмолился я.
Она бросилась к Елене.
Вода выплеснулась через борт, когда Елена подпрыгнула, ее сердцебиение ускорилось до тысячи миль в минуту.
— Это был сон, ты в порядке? — спросила Энни.
Я услышал, как она вздохнула.
— Когда это прекратится?
— Рано или поздно это произойдет. Она проснулась, Блейк. Она у меня.
— Ты в порядке? — Я должен был узнать это сам.
— Да, извини.
— Не извиняйся, Елена. — Я ненавидел этот сон. Я вернулся вниз.
Гертруда и Дейзи, держа Кэсси на бедре, ждали у лестницы. Было очевидно, что все эти люди заботились о Елене.
— Как ты узнал? — спросила Дейзи, когда я вернулся на кухню.
Август сидел за столом, выглядя безупречно.
— Э, это? Я все еще связан с ее снами. Будто то, что отгораживает меня от мира, исчезает, когда она засыпает.
— Ты действительно мог слышать ее мысли?
Я кивнул.
— Потрясающе, — сказала она.
— Теперь это сломано, благодаря моему прошлому.
— Твоему прошлому?
— Я был ужасен по отношению к ней. — Я снова сел на стул напротив Августа.
Дейзи и Гертруда тоже сели за стол.
Я настроился, чтобы посмотреть, все ли с ней в порядке. Энни рассказывала ей об их снах.
— Через что вы, ребята, проходите, когда встает дент?
— Я мог бы сказать тебе, но тогда мне пришлось бы убить тебя.
Дейзи подняла руки:
— В таком случае, мне не нужно знать.
Мы все рассмеялись.
— Что случилось с Элль? — спросил Август.
— Это не имеет значения. Она пройдет через это. Обещаю.
— У нее есть штрих-код, не так ли?
Я кивнул.
— Ублюдки.
— Август! — укоризненно произнесли Дейзи и Гертруда. — Язык, — добавила Дейзи, закрывая уши Кэсси.
— Кэс, не повторяй этого, — сказал он племяннице и пожал плечами сестре.
Дейзи покачала головой.
— Макс, наверное…
— Не думай так. Как долго ее не было?
— Около двух с половиной недель.
— Я найду ее, Август. Это обещание.
Он кивнул, когда Чарльз, Маркус и Том вошли в кухню. Две женщины встали, чтобы накрыть на стол, а мужчины заняли свои места.
— Ты сегодня проделал потрясающую работу над сараем, — сказал Маркус.
— Что я могу сказать, я — дракон со многими талантами, — пошутил я.
— Таки есть. Как Елена ездит на тебе?
Я рассмеялся. Получилось не так, как он хотел, но ладно.
— Мы еще не пробовали. Я всегда ношу ее.
— Держу пари, это поездка всей моей жизни.
— Ты никогда не летал на драконе?
— Нет, я не родился с этой меткой. Но отец сказал мне, что это удивительное чувство. Я могу только догадываться.
— Метка — не единственный фактор. У короля Альберта не было метки, но он заявил права на Ночного Злодея.
— Ты сравниваешь меня с величайшим королем, который когда-либо жил?
Мы рассмеялись.
— Как дела у твоего отца и Лиги драконов?
— Лиги больше нет. Это была одна из первых вещей, которые исчезли на другой стороне. Без моего отца… — Я покачал головой. — Он был в полном беспорядке. Вряд ли это тот дракон, которым он был раньше. Я не знаю, как на него подействует эта новость. Она могла вселить надежду или довести его до безумия. Я не могу думать об этом.
— Тогда пока держи его существование в секрете.
— Ты не понимаешь. Король Альберт был тем клеем, который скреплял Пейю воедино. Арис тоже. — Я фыркнул. — Потеря его затронула всех, не только моего отца.
— Тебе нужен Арис, чтобы сражаться, — сказал Чарльз. — Насколько я помню, у Ариса и Итана были лучшие солдаты.
— Да, но они не самые большие поклонники Елены. Калеб перепробовал все, чтобы лишить ее титула. Гельмут — единственный, кто стоит рядом с ней, но его недостаточно. Он потерял обоих своих детей.
— Что? — спросили все они.
— Дейзи умерла около одиннадцати лет назад, когда виверны обманули их, заставив думать, что они хотят заключить союз. А Люциан. Год назад Люциан был убит другой Виверной, утверждавшей, что он — дракон Елены.
— Я не понимаю, — сказал Чарльз. — Ты — ее дракон.
— Она никогда не знала, что я ее. Тьма во мне не верила, что Рубикону нужен всадник, поэтому я позволил ей поверить, что он был ее драконом. Мой лучший друг умер из-за этого.
— Мне жаль, — сказал Том.
— Я не шутил, когда сказал, что не заслуживаю ту девушку наверху.
— Чепуха, — сказала Гертруда. — Возможно, мы и не знали твою темную сторону, но ты явно больше не темный. Она это видит.
— Надеюсь. Она упрямая девочка, когда хочет быть такой.
Все они рассмеялись.
Елена спустилась вниз, ее волосы все еще были мокрыми. Гертруда сжала ее плечо, когда Энни села на стул напротив меня. Елена взяла тот, что стоял рядом с ней.
— Думаю, теперь моя очередь мыться. — Я хлопнул в ладоши и встал.
— Да, пожалуйста, сделай это, — сказала Елена. — От тебя ужасно пахнет.
Я рассмеялся, выходя. По крайней мере, она разговаривала со мной так, как раньше в горах, когда Кара все еще была с ней.
Это было только начало. Признак надежды.
***
После ужина мы рассказали всем о плане.
Энни возвращалась с Еленой на другую сторону, чтобы приготовить Буйо.
Конечно, Энни запротестовала. Она не хотела покидать семью, которую создала на этой стороне.
Нам
