локального поражения: вспомните смерть фунта стерлингов как резервной валюты. Чем громче США говорят о защите Тайваня, тем сильнее будет унижение от проигранной войны или отступления. Это вызывает тревогу, поскольку, с одной стороны, США пока неплохо проявляют себя в защите Тайваня, а с другой — судьба подталкивает стороны к скорому прямому конфликту. Думаю, война, в ходе которой могут погибнуть американцы, будет крайне непопулярной в США. Кроме того, США рискуют проиграть в этом противостоянии. Так что остается большим вопросом, способно ли это привести к более масштабной войне. Такая перспектива пугает всех. Будем надеяться, что страх перед большой войной и связанными с ней разрушениями (и даже гарантированным взаимным уничтожением) устранит эту угрозу.
Но по результатам моих дискуссий я убежден, что Китай очень не хочет вступать в «горячую» войну против США или принудительно контролировать другие страны (при этом Китай наверняка желает быть всем, кем можно, для других стран региона и влиять на них). Я знаю, что китайские лидеры понимают, насколько ужасной может быть «горячая» война, и не хотят внезапно скатиться к ней (как было при Первой мировой войне). Они предпочли бы отношения, более ориентированные на сотрудничество (если они возможны в принципе). Подозреваю, что они не прочь разделить мир на разные сферы влияния. Но и у них есть свои «красные линии» (границы, пересечение которых может привести к «горячей» войне), и они ждут, что грядущие времена будут сложнее нынешних. Например, как заявил президент Си Цзиньпин в своем новогоднем обращении 2019 г.: «Охватывая взором весь мир, мы видим, что за прошедший век произошли небывалые изменения. Несмотря на международную обстановку, Китай не изменит свою уверенность и решимость в вопросах защиты государственного суверенитета и обеспечения безопасности»[95].
Что касается влияния в мире, и для США, и для Китая существуют регионы, важность которых определяется в первую очередь принципом близости (они больше всего беспокоятся из-за стран и регионов, расположенных ближе к ним) и/или получения необходимых ресурсов (чтобы не оказаться отрезанными от важнейших полезных ископаемых и технологий). Меньше их беспокоят экспортные рынки. Для Китая важнее всего области, которые он считает своей частью, далее следуют области на их границах (в Китайских морях[96]), а также места, где проходят ключевые пути для снабжения страны (в основном это страны, участвующие в инициативе «Один пояс и один путь»). Кроме того, к этой группе принадлежат поставщики ключевых импортных товаров и другие страны, партнерства с которыми важны из экономических или стратегических соображений.
В последние несколько лет Китай значительно расширил свою деятельность в этих стратегически важных странах, особенно странах «Одного пояса и одного пути», богатых ресурсами развивающихся странах и нескольких развитых. Это серьезно влияет на геополитические отношения. Взаимоотношения Китая с этими странами в основном экономические и происходят через рост инвестиций в них (займы, покупку активов, выстраивание инфраструктуры, например дорог и стадионов, оказание военной и другой поддержки лидерам), особенно когда США отказываются помогать им. Такая экономическая глобализация оказалась настолько экстенсивной, что руководители ряда стран даже задумались об ограничениях на покупку активов на их территории для китайцев.
В целом китайцы, судя по всему, желают выстроить отношения подчинения с большинством стран, которые они не считают конкурентами. Но чем ближе страна к Китаю, тем больше влияния он хочет иметь. И большинство стран так или иначе задаются вопросом, с какой мировой державой им лучше. И ближайшим соседям Китая стоит подумать об этом максимально серьезно. В ходе бесед с лидерами из разных частей мира я слышал два разных типа соображений — экономические и военные. Почти все говорят, что, если бы нужно было руководствоваться только экономикой, они бы предпочли Китай, поскольку он важнее с точки зрения торговли и потоков капитала. А вот если бы пришлось выбирать по критерию военной поддержки, у США есть перевес. Но остается большим вопросом, захотят ли США оказать им военную помощь, если она потребуется. Большинство сомневается, что США будут сражаться за них, а кое-кто в Азиатско-Тихоокеанском регионе не уверен, есть ли у США достаточно сил для победы.
Экономические преимущества, которые Китай предлагает этим странам, значительны и работают примерно так же, как когда США помогали другим странам после Второй мировой войны, чтобы сохранить желательные отношения. Совсем недавно у США не было значимых конкурентов, достаточно было заявлять о своих желаниях и смотреть, как им подчиняются другие; единственными конкурентами были СССР (в итоге распавшийся) и его союзники, а также несколько развивающихся стран, неспособных стать экономически важными конкурентами. В последние несколько лет китайское влияние на другие страны расширялось, а влияние США уменьшалось. Это проявлялось и в работе многосторонних организаций — например, ООН, МВФ, Всемирного банка, ВТО, ВОЗ и Международного суда, — большинство из которых были созданы США в самом начале американского мирового порядка. По мере того как США начинают отходить от дел в них, эти организации ослабевают, а Китай играет в них все более важную роль.
В следующие 5–10 лет, кроме расстыковки в других областях, мы увидим, какие страны ассоциируют себя с каждой из лидирующих сил. На развитие этих альянсов будут влиять не только деньги и военная мощь, но и то, как Китай и США взаимодействуют с другими странами (как используют свою мягкую силу). Большое значение будут иметь стиль и ценности. Например, в годы правления Трампа я слышал, как лидеры стран всего мира описывали обоих лидеров великих держав как «брутальных». Пока мы не слышим подобных эпитетов в адрес президента Байдена, но другие страны боятся, что их накажут, если они не будут делать ровно то, чего хочет один из этих лидеров. И это может не понравиться третьим странам настолько, что они с радостью пойдут под крыло к другому. За этими альянсами очень важно наблюдать, поскольку, как показывает история, самая мощная держава обычно терпит поражение от сильных союзов, каждый из участников которых сам по себе менее силен.
Возможно, самое интересное, за чем стоит наблюдать, — развитие отношений между Китаем и Россией. С начала нового мирового порядка в 1945 г. отношения Китая, СССР (а позже РФ) и США складывались так, что любые две страны становились союзниками, чтобы нейтрализовать или пересилить третью. У России и Китая есть многое из того, что нужно другой стране (природные ресурсы и оружие для Китая у России и финансирование для России у Китая). Также благодаря серьезной военной мощи Россия может стать хорошим военным союзником. Зарождение такого союза заметно, если понаблюдать за тем, какую позицию занимают страны по тому
