экономически невыгодно.
История показывает, что преуспевание любой страны зависит от сохранения способности укрепляться, при которой не возникают излишества, приводящие к упадку. Самым успешным странам удавалось делать это с немалым размахом в течение 200–300 лет, но никакая страна не может делать это вечно.
До сих пор мы рассматривали историю последних 500 лет, обращая особое внимание на циклы подъема и упадка Голландской, Британской и Американской империй, обладавших своими резервными валютами, а также вкратце рассмотрели последние 1400 лет китайских династий, вплоть до настоящего времени. Я стремился показать, где мы находимся в контексте большой исторической картины, что нас сюда привело и какие причинно-следственные закономерности позволяют нам лучше понять наше нынешнее положение. Теперь нам нужно более детально разобраться с тем, где мы сейчас (желательно не упуская из виду общей картины). Если внимательно присмотреться, многие события, которые в ретроспективе могут выглядеть незначительными: история с компанией Huawei, санкции для Гонконга, закрытие консульств, перемещения боевых кораблей, беспрецедентная денежная политика, политическое противоборство, социальные конфликты и многое другое — все это вместе окажется намного более важным, и каждый день на нас будут обрушиваться очередные новости. Думаю, каждая из этих новостей заслуживает больше чем отдельной главы — разумеется, я не собираюсь этого делать, но все же упомяну некоторые основные вопросы.
Судя по истории прошлого, существует пять основных типов войн: 1) торгово-экономические, 2) технологические, 3) геополитические, 4) войны капиталов, 5) вооруженные конфликты. К ним я бы хотел добавить 6) культурные войны и 7) войны с самими собой. Хотя все разумные люди желают, чтобы эти «войны» не возникали, а вместо них было сотрудничество, мы должны вести себя практично и признавать, что они существуют. Следует использовать примеры из прошлого и понимать происходящее сейчас, чтобы оценить, что может произойти в будущем и как с этим справляться.
Мы видим, как эти войны сейчас проявляются разными путями. Их стоит не считать ошибочными или разовыми, а, скорее, воспринимать как взаимосвязанные конфликты и часть более масштабного и развивающегося конфликта. Наблюдая за ними, мы должны хотя бы попытаться понять стратегические цели каждой стороны — пытаются ли они ускорить конфликт (некоторые американцы считают, что это будет на руку США, поскольку время на стороне Китая и он наращивает силы быстрее) или пытаются снизить их градус (поскольку полагают, что им будет лучше без войны)? Чтобы не допустить эскалации конфликтов и утраты контроля, лидеры обеих стран должны хорошо понимать, как выглядят «красные линии» и «мины-растяжки», способные сигнализировать о серьезности конфликта.
А теперь посмотрим на эти войны и их уроки, держа в голове основные принципы.
ТОРГОВО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ВОЙНА
Как и все войны, торговая война может перейти от вежливого спора к угрозе для жизни, в зависимости от того, насколько сильно этого хотят участники.
Пока мы не видим, чтобы торговая война между США и Китаем зашла слишком далеко. В ней есть классические тарифные и импортные ограничения, очень напоминающие то, что мы уже неоднократно видели в других аналогичных конфликтных периодах (например, введение тарифа Смута — Хоули в 1930 г.). Мы видели торговые переговоры и их результаты, отраженные в документах очень ограниченного, но реализованного «первого этапа» торгового соглашения 2019 г. Мы видели, что эти «переговоры» представляли скорее испытание сил друг друга, чем попытку использовать глобальные законы и арбитров (вроде ВТО) для достижения справедливого решения. Именно так, на основе взаимного испытания сил, и будут происходить эти войны. Остается, впрочем, большим вопросом, как далеко эти испытания могут зайти и какую форму принять.
Помимо торговых споров у США есть еще три значительные экономические претензии к тому, как Китай управляет своей экономикой.
1. Китайское правительство активно и широко использует интервенционистскую политику, направленную на ограничение доступа на рынок импортных продуктов и компаний, тем самым защищая свои национальные отрасли не самыми справедливыми методами.
2. Китайцы предлагают серьезную государственную помощь, ресурсы и законодательную поддержку отраслям внутри страны. Китай реализует политику, призванную перехватывать прогрессивные технологии у иностранных компаний, особенно в чувствительных областях.
3. Китай занимается кражами интеллектуальной собственности. Считается, что китайское государство напрямую спонсирует часть таких краж и сознательно не контролирует состояние дел с остальными.
США отреагировали на это как попытками повлиять на действия китайцев (например, вынудить их открыть свои рынки американцам), так и своими вариантами тех же действий (закрытием американских рынков для китайцев). Американцы никогда не признаются в некоторых своих действиях (например, связанных с интеллектуальной собственностью), как и китайцы, поскольку общественное неприятие будет слишком большим. В поисках сторонников все руководители хотят казаться лидерами армии, которая борется за добро против сил зла, совершающих неблаговидные поступки. Вот почему мы слышим обвинения с обеих сторон и почти не слышим признаний в том, что кто-то делал что-то плохое.
Когда все хорошо, сохранять моральные принципы несложно. Но когда начинается серьезная схватка, вам проще оправдать то, что ранее считалось аморальным (или, скорее, вы начинаете называть моральным то, что раньше таковым не было). По мере нарастания борьбы возникает дихотомия между идеалистическими описаниями того, что делается (рассказами для общественности страны), и практичными действиями ради победы. В ходе войн лидеры хотят убедить жителей своих стран в том, что «мы хорошие, а они плохие», поскольку это самый эффективный способ получить поддержку — иногда настолько сильную, что жители страны готовы убивать или умирать ради общего дела. И совсем нелегко в чем-то убедить людей или вдохновить их, если практичный лидер объясняет, что «на войне нет законов», кроме личных этических правил каждого человека, и что «мы должны играть по тем же правилам, что и они, или мы будем бездумно ограничивать себя, пряча во время драки одну руку за спину».
Я верю, что сейчас мы заключили лучшее торговое соглашение из возможных и что риски развития торговой войны гораздо выше, чем шансы на ее ослабление. Думаю, мы не увидим значительного изменения договоров или тарифов от администрации Байдена (по крайней мере в ближайшее время). Подход каждой из сторон к происходящему серьезно повлияет на то, как американцы и китайцы встретят свою судьбу в рамках разворачивающегося Большого цикла. В нынешней ситуации обе крупнейшие партии в США, возможно, согласятся только в одном: с Китаем надо вести себя агрессивно. Но в чем будет проявляться агрессия и как отреагирует Китай, пока неизвестно.
Как может развиваться эта война?
Согласно
