для американских переселенцев — не изменяя, но тщательно переводя каждую фразу свода законов на английский язык. Да и сама правоохранительная структура претерпела кое-какие изменения.
Одной из первых ласточек — указов главы Херсонеса, так теперь официально назывался территориальный участок суши, занятый американцами, стал свод законов. Фактически он полностью копировал законы РСА, лишь дополняя его пояснительными записками и комментариями. Главой регионального отдела КГБ и по совместительству негласным шерифом становился Анатолий Смагин. Заместителем подполковника, как американский представитель, назначалась Анна Смагина в чине майора. Да, семейственность, но удачных тандемов на всей территории РСА было столько, что на это махнули рукой. Далее им в помощь придавалось сразу два органа власти: судебная коллегия под руководством капитана Ликсты Крэк — полномочного представителя Министерства юстиции РСА, и рота патрульных. Этой ротой командовала Дарья Сток — новоиспечённый старший лейтенант и по совместительству также новоиспечённая невестка главы анклава. Причём её замом стал лейтенант Абрамсон — один из беженцев и ранее бывший помощником шерифа в одном из городков штата Флорида. Предвидя возможное недовольство некоторой части американцев, Свифт развернула информационную компанию популяризации дел и заслуг ЮнАрмии, их роли в отражении атаки арабов, присоединив к этому умелое командование милицейскими постами своей невесткой. В общем, авторитет Дарьи был поднят на должный уровень, её заслуги — во Пскове, Крыму и здесь — в Херсонесе, явно превосходили кого бы то ни было из бывших сотрудников полиции в Штатах, а возраст… так американцы перестали удивляться молодым десантникам, дипломатам и даже глядя на своих молодых сотрудников — членов команды Дарьи.
А пока ЮнАрмия ещё находилась в Херсонесе, взаимодействие трофейных команд Мочалова, Сколковой и первых лейтенантов Додсона и Верховски только добавило взаимного уважения между ними. Помимо них, часть юнармейцев рассредоточилось по занятым ранчо — бывшим деревням и сёлам Херсонщины, где привыкшие выживать в спартанских условиях парни и девушки приучали новоиспечённых фермеров хозяйствовать на земле. Не в плане обработки земельных участков, а в устройстве быта — сценарий Рябиновки повторился во всей красе. Американцы сначала пытались сами решить трудные житейские вопросы — им претило, что русская молодёжь «поучает» их, но в конце концов их попытки в половине случаев потерпели фиаско, и вот тут Моника Свифт проявила характер, буквально заставившая принять помочь опытных младших коллег.
19 августа 2028 года. Херсонес. Вечер
Вот и настало время прощания подразделений ЮнАрмии между собой и с гостеприимной землёй Херсонщины. Праздничный ужин под открытым небом, плач девчонок, сдруживщихся почти поголовно между собой и от того тяжело переживающих расставание, огромные костры, вокруг которых расположилась практически вся ЮнАрмия. Даже американские тинейджеры, попавшие в подразделения Дарьи, не стали белыми воронами и примкнули к празднеству. Естественно, была официальная часть, на которой присутствовало как американское руководство, так и наше.
— Дамы и господа, коллеги! — праздник открыла самим контр-адмирал. — Я, как и вы, за то время, что ЮнАрмия провела на этой земле, успела понять многое. Первое, это то, что прав был майор Скрэп, назвав вас маленькими взрослыми. Вы не только помогли нам начать осваиваться на этой земле, но и с честью защитили её от посягательств врага. Я хочу сказать, что это дорогого стоит — нет никаких сомнений, что наше и ваше будущее неразрывно и находится в надёжных руках. Как на земле, так и в воздухе. Второе. Почти за месяц я наконец-то смогла понять девиз русских «один за всех и все за одного». Смогла понять и принять его как неотъемлемую часть жизни. Равно как и настоящую дружбу между нашими народами.
Рядовых американцев настраивали против русских, но жизнь сама расставила приоритеты — теперь мы одно неделимое целое, скреплённое не только совместными операциями, но и дружескими, а в некоторых случаях и брачными союзами наших граждан. Наши вертикали власти занимают люди без различия на пол или национальность — только по профессиональным качествам. Так было во времена первых поселенцев и так есть сейчас. Да, мотыга и кольт и раньше служили оплотом безопасности и благоденствия, и так есть сейчас, но все мы должны уяснить, что только совместными усилиями возможен возврат к нормальной жизни, что сосед обязательно должен стать другом, а не конкурентом. И чем быстрее все это уяснят, тем быстрее поднимутся с колен.
Сейчас наметилось разделение прибывшего контингента американцев по профессиям. Да, пока мы не можем прокормить себя сами, но помощь друзей не позволит нам скатиться до голода и нищеты. Вот потому и важны дружественные отношения и коллективное взаимодействие. Думаю, через год мы будем способны не только прокормиться сами, но и помогать с продовольствием другим анклавам нашего государства. Хочу ещё заметить, что ЮнАрмия на земле Херсонеса теперь желанный гость, для которого всегда открыты двери наших домов.
— Пока мы встаём с колен, ещё видны некоторые трудности, — Пасечников взял слово после продолжительных оваций контр-адмиралу. — Но недалёк тот день, когда наше государство начнёт новое развитие и в котором найдётся место всем. И здесь ключевую роль будет играть молодёжь. Да, кто-то уйдёт с военной службы и тоже начнёт осваивать мирные профессии, но их вклад в общее дело никогда не будет забыт. Взяв в руки оружие и защитив от посягательств реакционных сил, вы сохранили жизни мирным гражданам. Я уверен, не дай бог случится что-то похожее, вы тряхнёте стариной и снова вольётесь в ряды защитников нашего государства. А сейчас наступает время созидания и вы одними из первых стали строителями нового общества.
С ответной речью выступил капитан Ермолаев.
— От имени всех подразделений ЮнАрмии я благодарю за столь лестный о нас отзыв. Да, ЮнАрмия создавалась в грозное время, на территории одного из анклавов и только для помощи взрослым. Но её первые бойцы своей кровью доказали, что они взяли оружие не для селфи и что ЮнАрмии можно доверять. Все последующие подразделения вливались в единое неделимое военное формирование с тем же настроем — никто кроме нас. Этот девиз закреплён в каждом подразделении, явно или синонимами показывая сущность каждого бойца — если потребуется, грудью защитить гражданских, а потребуется, и жизнь отдать ради будущего. Безоблачного будущего. Да, ЮнАрмия ещё не достигла тех высот, которые бы позволили ей стать полноправным боевым подразделением, но уверен — это лишь вопрос небольшого времени. И мы не стоим на месте, а планомерно развиваемся. Хорошо или плохо — судить нашим старшим товарищам.
— Думаю, что ни у кого не возникнет даже малейшего намёка на ваш неудовлетворительный уровень подготовки, капитан, —
