— Ты должен чаще бывать на людях, — сказала Гинта старику, оставшись с ним наедине. — Пожалуйста, дай им понять, что ты их правитель. Иначе на следующем Совете может встать вопрос о выборах нового минаттана. Сонное царство очнулось от спячки. Если ты надеешься дождаться внука, то постарайся сохранить для него трон.
— Дитя, я стар, и мои надежды тают, как и мои силы.
— Я позабочусь о твоём здоровье.
— Ты уже многое можешь, внучка Аххана, но даже тебе не стоит тягаться с владыкой Нижних Пещер.
— У Ханнума хватает подданных, — улыбнулась Гинта. — Ты крепкой породы, Акамин. Горе может подкосить кого угодно, но я чувствую в тебе скрытую силу, и она будет питать тебя ещё не меньше цикла. Ты не должен терять надежду. Жалкие люди, которые сейчас рвутся к власти, не способны избавить эту землю от бед. А твой род дал Сантаре немало мудрых правителей и знаменитых нумадов. Дал и даст ещё.
— Но если он вернётся… Как его примут люди? Его всегда все боялись, даже я. Его считали демоном…
— Я знаю. Его с детства окружали страх и злоба. Его никто не любил, кроме чёрного вунха. И если он всё-таки стал слугою тьмы, то кто этому виной, Акамин?
Старик ничего не ответил, только грустно покачал головой.
— Мне кажется, он жив, — сказала Гинта. — Я не знаю, почему, но я знаю — он должен вернуться, и от этого многое зависит. Моя нафф лишь недавно вырвалась из забытья. Я ещё не всё понимаю, но… Если я что-то чувствую, то это неспроста. Не жди спокойной жизни, Акамин. На твоём веку ещё много чего произойдёт.
— Хотелось бы верить, — вздохнул старый минаттан и улыбнулся, прислушиваясь к взрывам юношеского смеха.
Отряд Гинты обедал в главном зале. Слуги, отвыкшие от такого количества гостей, сбились с ног, но их лица сияли радостью. Неужели в этот мрачный замок вернулась жизнь?
Сразу после обеда отряд двинулся на границу.
— Так это и есть те самые цветы? — Даарн с опасливым любопытством потрогал бутон иргина. — А они не высосут из нас кровь?
— Не высосут, — успокоила его Гинта. — Это сказки, которые дети любят рассказывать по вечерам, когда стемнеет. Про Улламарну ходят всякие слухи, а по-моему, здесь не так опасно, как в лесах Ингамарны. Зверья мало, кусачих тварей тоже. А статуи… Главное — не подпускать их близко. Через пару дней сюда ещё подвезут ядрометателей. В кузнице Сумара сейчас льют ядра, их тоже скоро доставят…
— Послушай, а на какое расстояние можно пускать ядра из этих штуковин? Неужели только на сто пятьдесят каптов? Не обижайся, у вас тут много всяких чудес, но оружие… Вот если сделать пушку, можно будет подбивать этих истуканов на расстоянии восьмисот каптов. Это примерно то же, что ядрометатель, только стреляет дальше. И точнее. У неё есть прицельное устройство. Пушка — это не сложнее кесты, просто больше. Я ещё в школе сделал маленькую модель. Наставник говорил, что из меня бы получился хороший техник, но у меня же не было денег на школу второй ступени.
— Если ты сделал маленькую, то почему бы тебе не попытаться сделать большую?
— И правда! Только надо кое с кем поговорить. С кузнецом, например…
Даарн целый день рисовал какие-то чертежи. Сперва на песке, потом аккуратно перенёс рисунок на гладкую доску и в сопровождении двух воинов поехал в кузницу Сумара.
Первая пушка была изготовлена через десять дней. Даарн охотно обучал своих товарищей пользоваться новым для них оружием. А уже через день пришлось опробовать его на деле. После небольшой передышки каменные гости двинулись на Сантару косяком. Среди них были громадины высотой до шести каптов. Все дружно признали, что без нового оружия пришлось бы туго. Вскоре чуть ли не все кузнецы Улламарны и Ингамарны временно перешли на изготовление пушек, а имя Даарн теперь произносили почти с таким же уважением, как и имена нумадов.
— Я вам просто удивляюсь, — говорил молодой валлон. — Вы умеете такое, что нам и не снилось, и… И в то же время не умеете делать такие простые вещи!
— Наверное, и мы можем сказать о вас то же самое, — засмеялась Гинта. — Наши нумады-арканы умеют передвигать большие тяжести и останавливать огромные статуи — ты сам видел, но этих чудовищ столько, что на всех бы нумадов не хватило. А теперь получается, что Гайру, Такину, Сааму и Вахару здесь просто больше нечего делать.
— По-моему, им тоже понравилось стрелять из пушки, — лукаво заметил Даарн. — Как дети с новой игрушкой… А знаешь, в Валлондорне в школах второй ступени уже немало ваших. Даже стали поговаривать, что вы к наукам способны не меньше, чем к колдовству. Раньше считали, что знания — это не для вас. А потом пошли смешанные браки, и валлонские отцы не захотели, чтобы их детей держали за неполноценных. Полукровки из богатых семей стали поступать в школы второй ступени. А теперь в Среднем городе уже и чистокровные сантарийцы есть. Я вот что думаю… Ваши нумады — великие люди, а уж по части лечения, так тут с ними никто не сравнится, но…
Даарн замолчал, подбирая слова, чтобы ненароком не обидеть собеседницу.
— Но существуют вещи, на которые им совсем необязательно тратить свою силу, — закончила за него Гинта. — Честно говоря, я тоже иногда об этом думала. Я ведь кое что знаю о Валлондорне. Там живёт один мой родственник, Таввин. Он иногда бывает в Ингатаме. Он рассказывал, что валлоны при строительстве используют такие движущиеся штуковины, которыми может управлять, не сходя с места, любой человек, и научиться этому не очень трудно. Если бы у нас было такое, это бы здорово облегчило работу и строителям, и нумадам-арканам.
— Нумады могли бы вообще не заниматься этим…
— Нет, — покачала головой Гинта. — Своей силой они не только двигают каменные блоки и брёвна, но и скрепляют их — лучше всяких гвоздей и растворов. Понимаешь, они чувствуют материал, и материал их слушается. Поэтому арканов часто приглашают, даже если строят небольшие дома и не надо ворочать тяжёлые блоки. То, что построено при участии арканов, крепче и надёжней. Во всяком случае, при землетрясениях такие постройки рушатся в последнюю очередь. Полтора больших цикла назад, когда валлоны пришли в Сантару, было землетрясение. Не очень сильное. Пострадали только селения недалеко от гор, и знаешь… Ни одни дом, к которому приложил руку аркан, не рухнул. И потом, у нас во время строительных работ не бывает смертей и увечий. И это тоже благодаря арканам.
— Но если вдруг сорвётся плита…
— У нас такого не бывает. Нумад-аркан закрывает всему, что поднято, доступ вниз. Но если даже что-то начнёт падать, то очень медленно.
— Здорово… Вот бы соединить искусство ваших нумадов с нашей наукой. И чего мы всё грызёмся?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
