Роялисты смогли перегруппировать силы и сохранить пути снабжения с баз на саудовской территории.
Имам аль-Бадр покинул свою штаб-квартиру в горах Йемена и перебрался в Саудовскую Аравию. Однако республиканцы так и не смогли закрепиться на территориях, занятых египтянами. Постепенно сюда вновь стали проникать роялисты.
Во время египетского наступления принцы, окружавшие аль-Бадра, попытались ослабить свою зависимость от Саудовской Аравии. Они связались с Иорданией, Ираном и некоторыми европейскими странами, минуя саудовцев. В ответ на это Фейсал просто прекратил финансовую помощь имаму, восстановив ее позднее на условиях сотрудничества роялистов с отколовшимися республиканцами и племенами, которые, хотя и не подчинялись имаму, были настроены антиегипетски. Роялистское руководство было вынуждено подчиниться, не имея другой финансовой поддержки.
Летнее наступление 1964 г. временно укрепило в Йемене позицию египтян и республиканцев. Как и после наступления в Рамадан 1963 г., Насер рассчитывал закрепить свои успехи, договорившись с саудовцами с позиции силы. Фейсал, который укрепил свою власть внутри страны, был готов еще раз попытаться путем переговоров решить вопрос о египетском присутствии в Йемене. В Александрии на арабском совещании в верхах в сентябре 1964 г. два лидера объявили о том, что пришли к соглашению о мирном урегулировании йеменского конфликта.
Предусматривалось перемирие в течение семи месяцев, предполагалось, что за это время Египет начнет вывод своих войск, а Саудовская Аравия прекратит поддержку роялистов. Местные игроки, как роялисты, так и республиканцы, должны были создать переходное правительство.
30–31 октября 1964 г. в Эрковите, в Судане, представители роялистов и республиканцев встретились, пытаясь достичь согласия. Республиканцы, как и египтяне, в первый раз признали своих йеменских противников в качестве партнеров по урегулированию. Одновременно роялисты, в делегации которых не было членов семьи Хамидаддинов, согласились с принципом переговоров с республиканцами. Однако на дальнейшие уступки никто не пошел. Главы делегаций — Мухаммед аз-Зубейри от республиканцев и Ахмед аш-Шами от роялистов — согласились, что переходное правительство не должно включать ни военных представителей республиканцев, ни принцев из династии Хамидаддинов. Но оказалось невозможным договориться, когда будут проведены выборы: до или после окончательного вывода египетских войск. Было намечено провести новые переговоры в северойеменском городе Хараде в ноябре, но эта встреча не состоялась. В конце ноября 1964 г. возобновились бои, причем роялисты наступали.
Трудно кого-либо упрекать в том, что александрийское соглашение провалилось. Ни египтяне, ни саудовцы не были готовы к тому, чтобы полностью выполнить свою часть обязательств. Каждая страна надеялась, что соглашение окажется дипломатическим прикрытием для отступления именно другой стороны. Кроме того, ни аз-Зубейри, ни аш-Шами не отражали консенсуса республиканских и, соответственно, роялистских сил. Оба, как оказалось, были готовы покинуть своих лидеров: один — военное руководство республиканцев, а другой — семью Хамидаддинов для того, чтобы достичь политического соглашения. Дело шло к тому, что именно лидеры двух конфликтующих сторон, а не их представители должны были оказаться вне переходного правительства. Поэтому они отвергли идею примирения и вновь попытались достичь военной победы.
Однако встреча в Эрковите имела одно неожиданное последствие: обнаружился серьезный раскол как внутри республиканцев, так и трения между саудовцами и роялистами. В декабре 1964 г. три ветерана антимонархической борьбы — Ахмед Ноа-ман, Мухаммед аз-Зубейри и Абдуррахман аль-Ирьяни, разочарованные в прекращении процесса национального примирения, ушли в отставку со своих постов в ЙАР, протестуя против «коррумпированного, бессильного и обанкротившегося правительства». Отставка была свидетельством их разногласий с военным руководством — сторонниками жесткой линии и их египетскими покровителями. Аз-Зубейри оставил республиканский лагерь навсегда, организовав политическое движение на территории племен, назвав его «Партия Аллаха» — «Хизбулла». Он ратовал за национальное примирение на «исламской основе», как бы обходя вопрос о характере будущего правительства — республиканском или монархическом.
В апреле 1965 г. Фейсал пригласил его для переговоров в Саудовскую Аравию. Но аз-Зубейри был убит, направляясь на встречу с королем. Радио Саны возложило ответственность за убийство на роялистов, но общественное мнение обвиняло в преступлении военное республиканское правительство.
Шейхи племен, которые номинально относились лояльно к республике, были недовольны Салялем и обеспокоены засильем египтян в стране. Они стали угрожать походом на Сану, если Саляль не назначит Ахмеда Ноамана премьер-министром. Президент пошел на уступки. Вскоре его власть в еще большей степени была ограничена созданием президентского совета, в который были включены такие союзники Ноамана, как Абдуррахман аль-Ирьяни, Мухаммед Осман и сын Ноамана. Назначение премьер-министром Ноамана изменило политический ландшафт ПАР и означало стремление освободиться от египетской опеки и урегулировать гражданскую войну путем переговоров.
В качестве премьер-министра Ноаман организовал конференцию представителей племен в начале мая 1965 г. в Хамире, там, где была постоянная резиденция лидера конфедерации хашидов Абдаллы аль-Ахмара. Умеренные республиканцы, которые в тот момент контролировали правительство, стремились урегулировать отношения с племенами и заручиться поддержкой своей линии на национальное примирение, ослабить зависимость от египтян. Одна из резолюций конференции призывала «протянуть руку дружбы всем соседям для того, чтобы сыновья Йемена могли жить в мире». Ноаман стал посылать сигналы о готовности к примирению в адрес короля Фейсала, используя кувейтских, сирийских и иорданских посредников. Он также сделал жест в адрес Англии, ликвидировав Министерство по делам оккупированного Юга.
10 мая 1965 г. Ноаман направил телеграмму прямо Фейсалу, прося его помощи в деле установления мира в Йемене. Фейсал ответил в принципе положительно, но выразил надежду на соглашение между всеми заинтересованными сторонами. Он отверг йеменское предложение поставить вопрос на повестку дня встречи арабских министров иностранных дел в Каире 26 мая 1965 г., где решающее слово было за египтянами.
При этом Фейсал выразил свою готовность встретить йеменскую делегацию, включающую представителей всех сторон. Эта идея была принята Ноаманом. Однако независимые мирные инициативы йеменского правительства вызвали раздражение Каира. Помощь правительству Ноамана была прекращена. Саляля подтолкнули на то, чтобы он разрешил политический кризис, укрепив свою власть. 28 июня 1965 г. Ноаман вылетел в Египет, чтобы лично встретиться с Насером. По прибытии в Каир он и его делегация были взяты под арест, и 1 июля по радио было передано сообщение о его «уходе в отставку».
В ответ на это грубое египетское вмешательство примерно 250 шейхов-республиканцев во главе с Абдаллой аль-Ахмаром 20 июля 1965 г. пересекли границу, чтобы найти убежище в английском протекторате Бейхан. Затем они направились в Саудовскую Аравию для встречи с королем Фейсалом.
Чтобы укрепить своего слабого «клиента» в Сане, Каир к августу 1965 г. увеличил численность своих сил в Йемене.
Хаос в республиканских рядах предоставил Фейсалу возможность более активно влиять на йеменскую ситуацию. Уже некоторое время он поощрял с помощью политической и финансовой поддержки различные йеменские группировки, которые, не будучи роялистами, выступали против присутствия египтян в стране.
Политический
