Кстати, не стоит забывать, что у меня на кухне только два стула, поэтому специально для Барсика Мурка прикатил из спальни компьютерное кресло. Я чуть не умилился, глядя на это зрелище. Шепнул Барсику: вот как за любимым мужчиной ухаживать надо. На что светлый оскалил ровный ряд белых зубов и, покосившись на посмурневшего Мурку, поведал, что некоторые рассчитывают его так умаслить и на темную сторону переманить. Разумеется, следующим вопросом было, а зачем его, собственно, переманивать. Тут настало время для Муркиного душещипательного соло. Поистине это был крик души.
Оказывается, Бандит в мире эльфов времени даром не терял. Командоры, как я понял, этой ночью спали в одной кровати. Но беда в том, что Барсик решил больше не нервировать своих подчиненных и уложил Мурку в свою постель вместо того, чтобы перебраться на темную половину казарм. Дальше следовал трогательный рассказ грозного Мурки, как некто рыжий, наглый и сволочной принялся кусать его за голые пятки, как только, если я, конечно, правильно понял, эльфы надумали заняться чем-то непристойным. На выходе имели следующее — покусанный темный, понимающий, что прибить рыжую заразу посреди ночи ему лично ничего не стоит, но лишать Барсика новой игрушки совсем не хочется, так как это чревато скандалом; и нервно, почти истерически хихикающий в подушку светлый. Какой уж тут разврат? А дальше было утро, которое неудовлетворенные эльфы решили и нам с Иркой до кучи испортить.
Выслушав рассказ Мурки, Барсик от себя добавил, что от кота в полном восторге и что его действия нельзя расценить иначе, чем желание спасти от посягательств невинную тушку любимого хозяина. Кто бы знал, как после слова «невинную» Мурка на него посмотрел. В общем, хрюкающий Ир, стоящий к нам спиной и все еще делающий вид, что эксплуатирует мою видавшую и лучшие годы плитку, — не самое экстремальное зрелище из тех, атаке которых в то утро подверглась моя нежная психика.
По магазинам пошли только после обеда, когда я, как и положено, провел классный час, отправил ребят на другие занятия, а сам с командорами помчался к казармам. Там уже вовсю кипела работа. Только не в здании дворца, который тут носил такое неблагозвучное для земного слуха название, а на плацу, то есть том самом лугу, где вчера чуть не разразилась битва вселенского масштаба. Ребята уже вырвали Фарида из цепких рук семьи, и джинн в разношерстной эльфийской компании тех, чья смена дежурств на территории университета наступала только вечером, носился туда-сюда, делая какие-то жизненно важные замеры. Я поначалу не понял, что они там измеряют, если размеров поля им еще не сказал. Но Мурка, судя по всему, уловивший на моем лице недоумение, разъяснил неразумному, что таким образом джинн и коммандос пытаются найти самый большой участок без магии. Я издал глубокомысленное «э-э-э-э…» Вмешался Барсик.
Оказывается, этот луг, на котором еще вчера было решено устроить футбольное поле, являлся особым местом. Здесь магический потенциал магов любых стихий ослабевал настолько, что сражаться можно было лишь либо очень и очень мощными заклинаниями, тем самым относительно безопасно для себя и окружающих оттачивая мастерство. Либо вручную. То есть на мечах, луках и прочем колюще-режущем оружии. Поразмыслив, я возликовал. Действительно, если кто во время матча попытался бы подыграть магией, это бы уже не футбол получился, а какой-то ранее невиданный вид спорта, который никак нельзя было бы лоббировать под статусом немагического.
Место для поля удалось выбрать только к обеду. На большой перемене к нам присоединились «колокольчики» в полном составе, которые (умные детки!) притащили еды на всех. Темные и светлые сделали невразумительную попытку устроиться по разным сторонам очерченного джинном участка, но все эти нездоровые позывы заглохли на корню, когда я со своим классом объявил пикник и устроился на травке, подтащив к нашему месту дислокации все съестное. Коммандос пришлось подобраться поближе. Так началось, как я назвал его про себя, сближение.
Уходя в мой мир за покупками, мы с командорами оставили бравых парней на попечение Или и Алого. Пусть и те и другие привыкают к своим капитанам, да и «колокольчикам» не мешало бы свыкнуться с новой для них ролью. Когда мы вернулись, ребята уже увлеченно гоняли мяч. Вперемешку. И светлые и темные. Как такое удалось провернуть? Разумеется, меня сразу же заинтересовал этот вопрос. Отчет держать пришлось Фа, который вместе с Гарри и Лией сидел в сторонке. Оказывается, все началось с Или, та сотворила по моим вчерашним описаниям мяч и предложила Алому сыграть. Светлый, наверное, еще неделю назад с брезгливой миной на породистой хрюшке отказался бы, но в этот раз, не иначе как после ряда внушений с моей стороны, согласился не раздумывая. И, ловко подыграв темной, позвал в свою команду Тома и Кара. Иля завелась. Выкрикнула имена Машки и Ульки, и началось, как я себе это представляю, форменное мочилово.
Играть они все еще толком не умели, но основную идею — мяч руками трогать нельзя, усекли. Беда в том, что наши земные футболисты явно были физически не приспособлены к тем выкрутасам, которые выделывали эльфы со своими тренированными гибкими телами. Смотреть на них оказалось приятно. Но наше появление на поле мгновенно вызвало ажиотаж, и игра заглохла сама собой. Чего стоил только Мурка в солнцезащитных очках. Мы с Иром на пару всю дорогу на него умилялись, переглядываясь за спинами командоров и чуть ли не перемигиваясь при этом. Прогулка удалась.
Началось все с того, что уже на выходе из квартиры я вдруг вспомнил про светочувствительные глаза илитири. И прямо спросил Мурку, что тот будет делать, ведь хоть и осень на дворе, но солнечно почти по-летнему. Оказалось, что темный собрался во время нашей прогулки носить ту же магическую защитную вуаль, которую таскали мои темные «колокольчики», пока светлые их не пускали на теневую сторону класса. Но на Земле магии почти нет. Значит, Мурке пришлось бы расходовать внутренние резервы и частично подпитываться за счет прихваченных с собой артефактов. Так что смело могу заявить: идея надеть на темного солнцезащитные очки принадлежала мне. Благо в моем районе располагался большой промтоварный супермаркет, в котором в том числе был и салон элитной, как значилось на вывеске, оптики. Так как цена для моих коллег и друзей, насколько выяснил, не имела принципиального значения, первым делом я отвел их именно в этот салон. Дальше была картина маслом. Очки для Мурки выбирал Барсик. Нам с Иром ничего не оставалось, как сесть на кушеточку у окошка и молча наблюдать за спектаклем.
Светлый измывался над темным долго. Но, что примечательно, Мурка все стоически терпел. Даже не стал ничего говорить, когда Барсик изъявил желание заплатить за выбранные им «хамелеоны». Стекла, темнеющие на солнце и светлеющие в тени, подходили дроу как никому другому. Мне даже подсказывать не пришлось — Барсик, пообщавшись с девушкой-продавцом, сам во всем разобрался. Из салона оптики светлый вырулил довольный собой и сияющий, как начищенный самовар. Судя по всему, темному тоже было приятно такое проявление заботы с его стороны, но, будучи весьма осторожным по натуре существом, Мурка опасался радоваться безоглядно. Как мне объяснил Ир, все время держащийся теперь рядом со мной, у темных весьма сложно в плане межличностных отношений и доверия. Верить они могли только очень немногим эльфам из своего окружения, да и то не факт, что не натолкнулись бы при этом на открытое предательство.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
