моей трансформацией, но видимо версия Винтера её вполне устроила.
— Не расстраивайся, что не получилось стать солдатом, — утешала она. — Ты будешь полезна и здесь. Тем более ты разбираешься в лекарствах. Со временем пройдёшь курсы медсестёр. Доктор Йен суровый, но справедливый, и если будешь стараться, не останешься в санитарках. Ну и конечно слушайся сестру Бриггитту, она очень строга во всём, что касается правил.
Звучало не слишком воодушевляюще, но в принципе после армии меня мало чем можно напугать. К тому же если выбирать между уборщицей и медсестрой, я склонялась к первому. Не собираюсь я выхаживать немчуру. Ладно, я дала слабину, позволив себе симпатии к своим однополчанам, но вот остальные оставались безликой массой вражин. По этой же причине я не старалась сблизиться и ни с кем из персонала, сделав исключение для Чарли. Работа у меня была не так чтоб совсем уж тяжёлая, скорее однообразная и тягомотная. Бесконечное мытье полов, стирка и глажка постельного белья, кипячение шприцев и скальпелей — вот далеко не весь перечень того, чем я занимаюсь уже третью неделю. Но когда у меня все шло по накатанной колее мирно и спокойно? Однажды сестра Бриггитта метеором ворвалась в перевязочную, где я расставляла на стеллажах лекарства и окинула меня придирчивым взглядом:
— Хорошенько вымойте руки и идите за мной.
— Зачем? — моя чуйка тут же взвыла дурным голосом.
— Привезли новых раненых, а все остальные заняты.
Она чуть ли не за руку потащила меня за собой. Увидев, что мы движемся к операционной, я попятилась.
— И прекратите вести себя как напуганная деревенщина, от вас всего лишь требуется небольшая помощь.
Они там что, веселящего газа надышались? Чем я помогу? Я конечно много чего знаю, но вот скальпель от зажима вряд ли отличу. Доктор окинул меня недоверчиво-надменным взглядом и процедил:
— Кажется я ясно попросил привести ещё одну медсестру. Зачем мне девчонка, которая ничего не соображает в медицине и вот-вот хлопнется в обморок?
— Простите, но все остальные заняты, вы же видели сколько раненых, — заискивающе зачастила тётка. — Эрин конечно санитарка, но очень ответственная и способная девушка.
Мужик окинул нас скептическим взглядом, в котором читалось всё, что он думает о юных неопытных девах, но видимо деваться было некуда, и он сдался:
— Подойдите.
Я только сейчас заметила, что на операционном столе лежит молоденький паренёк с развороченным животом. Кровищи немеряно и кишки буквально наружу. Он был без сознания, а может, усыпили примитивным наркозом. Доктор пережал крупную вену зажимом и кивнул.
— Держите крепко и только попробуйте устроить истерику.
Я перехватила скользкий от крови зажим и вынужденно смотрела, как он вытаскивает из жуткой раны осколки снаряда, а затем сшивает повреждённый кишечник. В кровавых ужастиках бывало видела и не такое, но приятного конечно мало. Меня слегка мутило, но в целом обморок вроде бы не грозил. Может, если бы парень дёргался и орал, я бы не была так спокойна, но пока что всё терпимо.
— Можете отпускать, — услышала я и облегчённо выдохнула, по моим меркам провозились мы прилично. — И найдите для следующей операции квалифицированную медсестру.
Это он мне? Я могу наконец-то свалить отсюда? Первым делом я решила хорошенько отмыться, а то выгляжу как маньяк. Вот же тёмные люди — возятся по локоть в чужой кровищи и никаких тебе перчаток и масок. Слава Богу, что в сороковых нет ВИЧ и прочих гепатитов. Пока не напрягли ещё с какой-нибудь хренью, надо пользоваться моментом. Я толкнула тяжёлые двери и замерла на пороге, вдыхая свежий холодный воздух. Небо хмурилось серыми тучами, обещавшими скорый снег.
— Как ты? — участливо коснулась моего плеча Чарли. — Я слышала, сестра Бриггитта забрала тебя в операционную.
— Да, пришлось немного ассистировать.
Я обернулась, узрев, как Чарли неумело пытается подкурить сигарету. Видать война ломает всех, даже хороших девочек.
— Дай сюда, — я забрала коробок спичек и чиркнула, прикрывая огонёк от ветра.
К чёрту ЗОЖ, я и так уже наверное лишилась половины нервных клеток. Молча потянулась к пачке, которую все ещё держала Чарли. Горький дым привычно принёс обманчивое чувство расслабления.
— Когда я первый раз попала в операционную, то уронила скальпель и не смогла быстро подать зажим, — усмехнулась Чарли. — Ты привыкнешь.
Ага, прямо разбежалась. После того, как эйфория от удачного спасения слегка поутихла, я всё более ясно понимала, что нужно больше не хлопать ушами, а бежать. Да, страшно, что попадусь, но сколько можно уже тусоваться среди вражин? К тому же не стоило сбрасывать со счетов опасность дальнейших разбирательств. Меня мутило от страха при мысли, что Вилли полезет разыскивать моего горе-папашу, дабы убедиться, что я снова не втираю ему очки. Я глубоко затянулась, пытаясь привести мысли в порядок. В первую очередь мне нужна карта. Возможно она есть у доктора, всё-таки здесь военный госпиталь, а не санаторий. У меня будет всего лишь одна удачная попытка, значит надо тщательно рассчитать момент для побега. Если я резко исчезну, это сразу бросится в глаза, и меня скорее всего выловят, а вот затеряться, когда случится очередной переезд или бомбёжка, кажется куда более удачной идеей.
— Разве к такому можно привыкнуть? — я кивнула в сторону санитаров, которые разгружали очередную машину с ранеными.
— Нет, вы конечно молодцы, — услышала я недовольный голос Хильдегард. — Прохлаждаетесь, пока остальные с ног валятся. Майер, тебя искала сестра Бриггитта и, по-моему, она не в духе.
Надеюсь, мне не придётся снова смотреть, как зашивают чьи-то кишки или отпиливают ногу?
Я молча развернулась, успев услышать недовольное:
— Шарлот, ну что ты возишься с этой девицей? Она нам не ровня, всего лишь жалкая санитарка.
Ох ты ж мать твою, не знала, что среди нас оказывается наследная принцесса. Девчуля несмотря на то, что я включила режим невидимки, явно меня невзлюбила. Правда не понимаю с чего бы, но честно говоря феерически на это похер. Она настолько примитивна, что даже неохота связываться. Хотя и терпеть её попытки меня троллить тоже не собираюсь.
***
Я была уверена в том, что фрау Бригитта бесчувственный сухарь, но тётка после того дня в операционной слегка смягчилась. Объявила, что я не безнадёжна и могу стать профессиональной медсестрой. Так что теперь часть времени я проводила, учась делать уколы и перевязки. Я была только за, резонно
