— У вас в горле не пересохло? — поинтересовался властелин и протянул один бокал Шаррикану. Несмотря на собачью пасть, тот управился с напитком в два глотка, кивнул в знак благодарности. — Жара такая… Не отравлено, правда.
Что напиток не отравлен, Весьямиэль и сам видел, привык проверять после Эйлисы да Оливьели… Но как странно ведет себя этот человек!
— Итак, — поняв, что гости так и будут молчать, властелин сам перешел к делу, — вы, значит, и есть граф Весьямиэль зи-Нас’Туэрже? Вы позволите называть вас так коротко?
— Пожалуй, — в тон ему ответил Весьямиэль. — Не то беседа наша, боюсь, затянется!
Властелин хмыкнул и весело взглянул на гостей. Глаза у него были зеленовато-серые, с темным ободком по краю радужки, а на носу красовались веснушки.
— Я думаю, вы уже знаете, почему оказались здесь, — сказал он.
Весьямиэль кивнул.
— Если вы позволите мне объясниться, я смогу доказать, что обвинение в злоумышлении против вашей персоны… — начал он, но властелин замахал на него руками.
— Да знаю я, знаю, — сказал он, посерьезнев. — Информаторы у меня превосходные, можете не сомневаться. И в том, что вы, господин зи-Нас’Туэрже, никакого отношения к революционным бредням не имеете, я тоже прекрасно осведомлен. Вы меня заинтересовали совсем другим…
— Чем же? — Этот человек Весьямиэля нервировал. Доводилось ему встречать облеченных властью весельчаков и балагуров, и они всякий раз оказывались куда опаснее внешне суровых и безжалостных людей. Интересно, этот из таких же?
— Ну, как сказать… — Властелин неопределенно улыбнулся. — Если бы вы остались дожидаться моих посланников в Перепутинске, сидя под домашним арестом, мы бы с вами вот так не беседовали.
Маша сдавленно ахнула.
— Ну что вы перепугались? — огорчился властелин. — Я имею в виду, я поговорил бы с господином зи-Нас’Туэрже как полагается, вероятно, нашел бы для него дело… — он усмехнулся, — и все.
— А наш побег, выходит, вас заинтересовал, — констатировал Весьямиэль.
— Еще как! — ответил тот. — Вы ловко обвели вокруг пальца Реталя… хотя на это как раз много ума не надо, этот олух ощипанный давно напрашивался…
— С ним все в порядке? — пискнула Маша.
— Перелиняет, встанет на крыло, — отмахнулся властелин. — Так о чем я? Ах да… Вы, господин зи-Нас’Туэрже, оказались человеком деятельным и не пожелали отправляться в столицу под стражей. Прекрасно вас понимаю! Однако вы и не попытались сбежать, а двинулись опять же в столицу… О чем это говорило? Я сделал вывод, что вы намерены добраться до меня и избавиться от обвинений. Хороший ход! И скрываться вам удавалось довольно долго, что тоже меня удивило, — вы, простите, не похожи на человека, способного долго обходиться без стаи слуг!
— Не похож, верно, — улыбнулся тот в ответ. — Моя внешность многих вводит в заблуждение. И многие жестоко поплатились за это. Прошу простить, но вы знали, что я в столице?
— Мог говорить об этом с большой вероятностью, — кивнул властелин. — Догадываетесь, где впервые серьезно выдали себя?
— В том гнилом городишке, где у меня… сорвалось выступление, — мгновенно ответил Весьямиэль и скривился. — Там был ваш человек, как я впоследствии узнал. Очевидно, мое описание уже было разослано, и он доложил наверх.
— Абсолютно верно. Вы выбрали не самый безопасный способ маскировки, но он себя оправдал. Если бы не случайность, вы смогли бы добраться до столицы вовсе не замеченными. Правда, тут вам сложнее было бы скрываться, — сказал молодой человек. — Мне, если честно, было смертельно интересно, как же вы все-таки со мной встретитесь. Я не сомневался, что вы сумеете это провернуть. Что там было у вас в планах? Подкуп стражи, штурм дворцовых стен?
— Менее тривиальные и более изящные ходы, — внес коррективы Весьямиэль.
— Вот я и намеревался полюбоваться вашей ювелирной работой, — вздохнул тот. — Однако планы нарушила ваша спутница. Все бы ничего, но эти… хм… подпольщики вдруг воодушевились и решили действовать, а не реагировать на подобное, увы, невозможно. Пришлось несколько форсировать события, иначе пошли бы слухи. А к чему портить вам репутацию?
— Ни к чему, — кивнул Весьямиэль, начиная понимать, куда клонит властелин.
— Так вы знали про подполье! — подала вдруг голос Маша, до сего момента лишь переводившая взгляд с одного мужчины на другого.
— Конечно, знал, — усмехнулся властелин. — Хорош бы я был, если бы не видел, что у меня под носом творится. За ними давно приглядывали, но, пока они играли в тайное общество, не трогали. А вот террор, извините, другое дело.
— Но… но… — Маша явно растерялась.
— Милая девушка… — Властелин вдруг посерьезнел, и стало ясно, что он старше, чем кажется. Несолидная внешность — это отличная маскировка, как и изысканный облик Весьямиэля. Но взгляд выдавал человека опытного, немало повидавшего на своем веку. — Позвольте вашу книгу.
Поскольку Маша замешкалась, Шаррикан забрал у нее книгу и передал властелину. Тот раскрыл ее, пролистал, вчитался в какой-то абзац, хмыкнул и вернул толстый том девушке.
— Очень, очень похоже… — задумчиво сказал он. — Видите ли, эти идеи для меня не в новинку. Нечто схожее с общевизмом просуществовало у нас семьдесят лет, так что я примерно представляю, как это начинается и во что может вылиться.
— У вас? — удивилась Маша и даже оглянулась. В самом деле, трудно было представить, что в этом мире мог когда-то процветать общевизм… ну, пусть нечто похожее.
— Вы не здешний, — уверенно сказал Весьямиэль. — Вы тоже пришлец.
— Догадаться несложно, правда? — улыбнулся тот.
— После ваших слов, да, — кивнул мужчина. — Кроме того, книга. Вы ее читали, а она написана не на местном языке. Только пришлецы понимают любые наречия, не так ли?
— Тьфу ты! — совершенно искренне огорчился властелин. — Вечно я об этом забываю… Но в наблюдательности вам не откажешь, господин зи-Нас’Туэрже, лишний раз убеждаюсь в этом.
— При дворе иначе не выжить, — ответил тот.
— Вижу, вам любопытно, как пришлец смог стать властелином мира? — поинтересовался молодой человек и добавил не без намека: — Да еще, скажем так, будучи человеком не самого высокого происхождения?
— Не стану скрывать, это интересно, — кивнул Весьямиэль. Маша молчала, вцепившись в свою книгу. — Ну а происхождение… И в моем мире бывали случаи, когда солдат не просто становился полководцем, а брал на копье корону!
— Все очень просто, — сказал властелин. — Не знаю, когда это началось, но все властелины с незапамятных времен были пришлецами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
