Мира ударила его головой в подбородок, вложив в удар все оставшиеся силы. Голова Колдуна дернулась назад, а Мира ткнула стилетом в шею.
Она сама не поняла, когда задела пузырь — а может это сделал глава Ордена Как бы то ни было, пузырь лопнул. На Миру вновь со всех сторон хлынула вода. Не оглядываясь на Колдуна, она поплыла наверх, стараясь поскорее вынырнуть. Почувствовала, как её схватили за плащ и тянут вниз. Тесёмка врезалась в шею. Чувствуя, как задыхается, Мира нашарила пальцами узелок, молясь о том, чтобы удалось его развязать. Дёрнула за конец тесёмки и с радостью поняла, что та развязывается.
Освободившись от плаща, стала рывками подниматься наружу. Лёгкие жгло без воздуха, глаза залила вода.
«Я сделаю! Я выплыву! — сказала она себе. — Ради Гая, ради Леса и всего Азара».
Ещё один рывок и она вынырнула на поверхность. Вокруг была темнота. Не позволяя себе расслабиться, Мира поплыла наугад, молясь о том, чтобы найти берег. Вскоре ноги упёрлись в дно. Задыхаясь и кашляя, Мира выползла на сушу и без сил упала на холодные скользкие камни. Она понимала, что нужно ползти дальше, чтобы не достаться Колдуну — если он и на этот раз остался жив. Но от усталость не могла пошевелить даже рукой.
Колдун так и не появился.
Зато Мира почувствовала, как начало меняться место, где она находится. Всё вокруг пришло в движение. Мира ощутила, как её несёт наверх, будто на лифте. И когда лифт остановился, обнаружила, что лежит на полу в зале Ордена. Медленно сев, Мира обернулась и увидела, что на том месте, где раньше была пропасть, теперь стена из зелёного камня с мерцающими прожилками.
Глава 36. Странная компания
— Ко мне никого не пускать! — болезненно выкрикнул Тиред.
Он ворвался в свою спальню, крепко-накрепко закрыл двери и для верности заложил их стоявшей в углу доской. Затем пересёк комнату, бросился ничком на кровать и накрыл голову подушкой. Тиреду казалось, что в голове бушует пожар не меньше того, который охватил город.
— Оставьте меня все! Прошу, оставьте! — прошептал он, обращаясь сразу ко всем.
Начиналось его правление очень даже неплохо, ему самому даже делать ничего не приходилось. Всё происходило само собой. После возвращения из дома ведьмы мокрозявы и сопротивленцы собрали жителей города на площади Правосудия и торжественно предъявили им нового Великого Хранителя Элсара. Чтобы Тиреда было всем видно, его возвели на помост, где обычно казнили преступников. Глядя оттуда на собравшуюся толпу, Тиред чувствовал себя странно: не то триумфатором, не то преступником. Горожане, которые стояли позади, вытягивали шеи и лезли друг другу на плечи, лишь бы разглядеть молодого правителя; стоявшие рядом с помостом смотрели на Тиреда с недоверием и настороженностью. В их взглядах молодому правителю мерещились обвинения: «Он предал своего отца».
Мясник Око, возглавивший Верховный совет, состоявший из нескольких мокрозяв и сопротивленцев, сказал перед народом напыщенную речь, главным достоинством которой было то, что громкий голос мясника достиг самый дальних уголков площади. Затем начальник Городской стражи Крим торжественно принял присягу новому Великому Хранителю и поклялся служить ему верой и правдой, как служил прежнему Великому Хранителю.
Тиред помахал всем рукой, широко улыбнулся, после чего его увели с помоста и проводили в дом Великого Хранителя.
На этом приятная часть управления Элсаром закончилась...
Кто-то осторожно постучал в дверь.
— Я же сказал, никого не пускать! — завизжал Тиред, отняв голову от подушки.
— Простите, Великий Хранитель! — раздался приглушённый голос слуги. — Там пришла новая Главная Врачевательница Лечебницы. Просит её принять, говорит, она не может ждать. Речь о жизнях пациентов.
— Пусть ждёт. Я устал! — простонал Тиред.
Уже несколько свечей подряд он только и слышал, что о чьих-то жизнях и невозможности ждать. К нему без конца лезли какие-то наглые, бесцеремонные люди. Они называли свои имена, которые Тиред тут же забывал, и требовали, требовали, требовали: потушить в Элсаре пожары, расселить оставшихся без жилья, добыть откукренную воду, остановить мародёров, которые громят и грабят лавки торговцев.
А у Тиреда не было ресурсов для решения всех этих проблем.
Разговор с мокрозявами по поводу откукренной воды не получился. Большая женщина, как Тиред мысленно обозвал ту, которая встала во главе мокрозяв, сказала, что маги Башни сумели каким-то образом покинуть город, и теперь, даже если мокрозявы захотят накукрить новой воды, некому вводить их в транс. Притом Тиреду показалось, что Большую женщину не сильно беспокоит, что населяющие город коренные азарцы, в число которых входил и Тиред, обречены на смерть от жажды. В её интонации, когда она говорила о побеге магов, свозило плохо скрываемое злорадство.
Также Тиред посетил подвалы казначейства и в ужасе увидел, что они значительно беднее, чем он ожидал. Пользуясь тем, что они остались наедине, Главный казначей шёпотом сообщил, что немалую часть камней приказали вынести члены Верховного совета. Он сам видел, как бывший мясник, а теперь Глава Верховного совета Око нагрузил «беляками» большую тележку и приказал городским стражам отвезти к нему домой и передать жене. Рассказывая об этом, Казначей смотрел Тиреду в глаза с таким выражением, словно ждал, что тот сейчас пойдёт и прикажет Око вернуть награбленное. Но при одной лишь мысли о подобном поступке, у Тиреда похолодело в груди от страха, а перед глазами, как наяву, появилось багровое от гнева лицо Око и его увесистые кулаки. Потупив глаза, Тиред ответил Казначею:
— Хорошо, я разберусь.
После чего поспешил покинуть хранилище. Поднимаясь по лестнице, он думал о том, что, устранив отца, встал во главе разорённого города с озлобленными жителями.
Даже кукры ушли из него и встали лагерем под стенами на берегу Реки, будто ожидали кого-то.
Тиреду уже донесли, что в народе говорят: кукры ждут того, кто придёт и свергнет правительство нового Великого Хранителя. И Тиред даже знал имя этого человека. Его назвал кукр, раздавивший голову его отца так, словно та была гнилым плодом.
Тиред собрал по этому поводу заседание Верховного совета. Все собрались в зале с большим столом, где прежде проводил заседания отец. Раньше здесь были цветные стёкла на окнах, которые в значительной мере его украшали, но после того, как Мира устроила там битву с магами, все стёкла вылетели и поставить новые ещё не успели, так что окна были затянуты рыбьими пузырями.
Началось заседание Верховного совета с обсуждения, что делать с кукрами, которых нельзя ни убить ни
