– Я здесь, эйстаа.
– Знаешь ли ты, что я приказала Сталлан отправиться в путь и убить их?
– Этого я не знала… Но мне известно, что Сталлан принесет верную смерть устузоу.
– Рада слышать, что ты говоришь это. Но Сталлан не согласна. Она утверждает, что не сумеет возглавить преследование устузоу в качестве сарненото. Ты согласна с нею?
Ответ следовало взвесить: говорить приходилось с великой осторожностью. Вейнте грозила опасность, и снисхождения ожидать не приходилось. И когда она заговорила, в движениях ее виделась искренность и уверенность.
– Сталлан очень искусна в уничтожении устузоу, все мы учимся у нее. А что до того, быть ли ей сарненото или нет, – судить не мне. Только эйстаа может возвести в сарненото, только эйстаа может низложить.
Так она сказала. Ни возмущения, ни попытки спорить, ни лести не было в ее словах – только констатация факта. Решение всегда принимает эйстаа. Ей можно советовать, но решает она одна.
Все присутствовавшие молчали. Малсас' переводила взгляд с Вейнте на Сталлан. Сталлан застыла словно дерево, невозмутимая и безмолвная, готовая повиноваться любому приказу. Всякая иилане, увидев ее, сразу поняла бы, что возражать эйстаа она не будет. И если эйстаа решит, что Сталлан не по плечу быть сарненото, спорить она не будет.
И Вейнте тоже не обнаруживала неудовольствия, она пришла, чтобы повиноваться. Поглядев на обеих, Малсас' сделала выбор.
– Устузоу должны быть истреблены. Я, эйстаа, именую Вейнте сарненото, чтобы она выполнила это. И как ты будешь выполнять мой приказ, сарненото?
Вейнте постаралась скрыть всю радость, все рвущееся наружу ликование. Она молчаливо отсалютовала. А потом заговорила:
– Все устузоу сейчас стараются держаться подальше от берегов, где мы истребляли их. Однажды их стая устроила для нас ловушку на берегу моря. И когда я вижу, что на берегу опять обосновалась какая-то свора этих зверей, я усматриваю в этом намерение обмануть нас. Значит, необходимо сделать две вещи: избежать новой ловушки и перебить устузоу.
– Как ты поступишь?
– Город мы оставим двумя группами. Сталан поведет в лодках на север первый отряд, чтобы напасть на устузоу так, как мы это делали прежде. Они заночуют на берегу и нападут утром. Второй отряд вместе со мной направится в быстром урукето по морю далеко от берега. Мы высадимся к северу от устузоу и нападем неожиданно, прежде чем они заподозрят наше присутствие.
Малсас' жестом показала понимание… и удивление.
– Мы уничтожим стаю устузоу, но разве не смогут тогда другие их своры затаиться и ночью перебить всех фарги вместе со Сталлан во время сна?
– Мудрость эйстаа очевидна в таком сложном деле. Если устузоу будут следить за высадкой Сталлан, то они увидят только, что мы выгружаем мясо и воду, но под покровом тьмы мы доставим и новое ночное оружие. А когда это будет сделано, иилане погрузятся на ночные лодки – на пляже останется только гибель для устузоу.
Подумав, Малсас' сделала жест согласия.
– Пусть будет так. План хорошо продуман, Вейнте, ты много размышляла над ним.
В ее словах слышалось недоумение: как это Вейнте, которой так долго приходилось только сомневаться в своем положении, ухитрилась строить далеко идущие планы? Но сомнение было не столь уж сильным и совершенно уместным, и Вейнте не возражала. Она вновь была сарненото – остальное не столь существенно. Сдерживая ликование, она проговорила так спокойно, как только сумела:
– Я должна сказать тебе и еще кое-что об отряде Сталлан. Когда мы разрабатывали ночное оружие, мы обнаружили, что только некоторые иилане могут управляться с ним в темноте, даже при искусственном свете. И только они, подготовив оружие к действию, пойдут потом к лодкам по световым маякам. А всем остальным фарги придется остаться на берегу. И если случится атака, очень возможно, что их перебьют.
– Это скверно, – ответила Малсас', – и так погибло слишком много фарги.
– Я знаю, эйстаа, кому это знать лучше меня. А потому очень хочу, чтобы фарги не гибли более, и предлагаю заменить их Дочерьми Смерти. Они не будут сражаться, но хоть на что-то эти паразитки должны быть годны!
Предложение это Малсас' восприняла с удовольствием, ладони ее пожелтели.
– Да, Вейнте, ты и есть сарненото: у тебя полно умных идей. Выполняй. Выполняй немедленно.
– Приготовления будут закончены сегодня же, все припасы погрузят. Оба отряда отбудут с рассветом.
Времени было в обрез, но Вейнте давно обдумывала эту вылазку, еще не зная, сможет ли она командовать, но все-таки готовясь к подобной возможности. Поспешные сборы были закончены со всей эффективностью, присущей совместным действиям иилане. Некоторые сложности были только с Энге. Она добивалась разговора с Вейнте и собиралась ждать, пока ей не будет дана аудиенция. К ее удивлению, Вейнте немедленно приняла ее.
– Что за приказы ты отдала, Вейнте? Что ты хочешь сделать с Дочерьми Жизни?
– Я – сарненото. Обращайся ко мне как положено.
Энге чуть не взвилась, но тут же осознала, что гордость сейчас неуместна.
– Нижайшая к высочайшей, торопливая, беспокою я тебя, сарненото. Пожалуйста, проинформируй меня о сущности твоих приказаний.
– Ты и твои подруги направитесь в лодках на север. От вас не требуется использовать оружие и убивать. Нужно лишь, чтобы вы трудом помогли городу.
– Но не только: ты мне не обо всем говоришь.
– Да, не обо всем. И не собираюсь говорить. Вы едите пищу Алпеасака. Когда нужна ваша помощь – выполняйте приказы.
– Здесь что-то не так, мне это не нравится. А если мы откажемся?
– Пойдете! Если потребуется, вас скрутят и привяжут друг к другу. А теперь оставь меня. Можете выбирать, но что вы там предпочтете – не будет иметь значения. Оставь меня. Мне необходимо многое сделать.
Жесткость Вейнте и безразличие ее к участи Дочерей убедили Энге, что в случае неповиновения Дочерей поведут на север в путах… И с первыми лучами солнца Дочери грузили на лодки припасы, а потом покорно последовали туда и сами.
Вейнте лично проверила, не забыто ли что-нибудь из ночных ограждений, но, завидев торопившуюся к ней со стопкой снимков Сталлан, она обо всем забыла.
– Вот увеличенные снимки, ты их заказывала, сарненото.
– Ты видела его? Он в этой стае?
Движения Сталлан были неуверенными.
– Есть одна тварь, которая на него похожа, но все они покрыты шкурами, не различишь.
Вейнте схватила снимки и быстро проглядела их, роняя по одному на землю, и наконец разыскала нужный. Она торжественно подняла его над головой.
– Вот, вне всяких сомнений, это Керрик. Шерсть на нем выросла, ты права, но лицо не изменилось. Значит, он там, на берегу, на этот раз ему не спастись. Все ли ты знаешь, что делать?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
