выбраться обратно. Бывали случаи, когда охотник пренебрегал этим, забывая в азарте погони или просто от самоуверенности, и терялся бесследно. Подземные ходы порой так запутаны, кроме того, в темноте не мудрено и пропустить нужный поворот.
Адриан шёл медленно. Обычно дракон защищает гнездо, устанавливая повсюду ловушки и обманки. Этот дракон не исключение. Установленные им капканы здорово портили нервы. Пришлось пережить не одно разочарование, когда он якобы натыкался на гнездо. Для правдоподобности фальшивые гнёзда тоже располагались так, чтобы добраться до них было трудно. Иногда их охраняли вполне убедительные мороки. Пару раз он только чудом избежал смерти, попав под устроенный драконом камнепад. Постепенно присутствие дракона становилось явственнее. Казалось, даже воздух становится горячее, словно согретый теплом тела и огненным дыханием дракона. Ни меч, ни ружьё, ни любое другое оружие не могло сейчас помочь охотнику. Он знал, что стоит только вынуть оружие, как дракон тут же захватит в плен его сознание и наведёт морок. И тогда человек вполне способен убить себя сам. Единственное, что может помочь, это зачарованная пыль, нейтрализующая действие магии и на некоторое время лишающая любое существо магической и физической силы. Только тогда появится шанс добраться до уязвимой точки в чешуе дракона, размером не больше ладони.
Адриан прошёл ещё немного и остановился. Нет, что-то здесь не так. Чутьё охотника предупреждало, что во всём этом есть какой-то подвох. Но отступать, когда находишься так близко к цели, тоже не хочется. К сожалению, чутьё включилось поздно. Он столько времени потратил, чтобы добраться сюда! Впрочем, так или иначе, а без трофеев он не уйдёт. Адриан приготовил мешочек с зачарованной пылью. Хорошо, что на этот раз дракон решил скрыться в пещере: пыль не разлетится и не будет унесена ветром.
Дарг, ожидая охотника, не лежал спокойно. Он взмахивал крыльями, переступал ногами, и время от времени издавал тихий горловой звук, эхом раскатывавшийся во все стороны. Он слышал, как по мере приближения к логову менялась походка охотника. Шаги его становились всё более бесшумными, а восприятие обострилось настолько, что внутренним зрением охотник мог увидеть дракона как наяву. Дарг ждал. Человек приближался. Последние минуты растянулись неимоверно. Вот охотник уже у входа в пещеру. Одно мгновение, и участь дракона будет решена. Одним быстрым движением охотник ворвался в пещеру и взмахнул рукой, кидая перед собой зачарованную пыль. Дракон, попав под её воздействие, должен был замереть, дав ему возможность подойти достаточно близко и нанести последний удар. Но произошло неожиданное. Точнее говоря, не произошло ничего. Повисев несколько секунд в воздухе, пыль спокойно осела на пол. Пещера была пуста. Ни гнезда, ни яйца, ни самого дракона, которого он явственно слышал несколько секунд назад, в ней не оказалось. Зато чувствовалось мощное взвихрение магического поля. Слишком поздно охотник понял, что произошло. Дарг воспользовался способностью уходить в иные миры. Ход оказался неожиданным. Этого Адриан предвидеть не мог. В досаде он ударил кулаком по стене. Уйма времени потрачена впустую! Теперь придётся выслеживать дракона с самого начала. И, возможно, это снова будет обман. Удручённый неудачей, охотник вышел из пещеры и со вздохом решил возвращаться на основную базу.
Пока Дарг водил охотника кругами, Григорий сидел при гнезде, как никогда сочувствуя Маргарите. Ведь не отряд, а только лишь один человек, отвлёкшийся к тому же на обманный манёвр, выслеживал его, а он и то не решался лишний раз покинуть пещеру, чтобы не привлечь к себе ненужное внимание. А ещё он думал, что на войне самое опасное время не то, когда всюду оружие. Самых больших неприятностей следует ожидать, если бои закончились, но примирение не наступило. Тогда противники, поддавшиеся видимости мира, теряют осторожность, начинают вести себя всё более беспечно и совершают ошибки, пока наконец одна из них не окажется роковой. Он не хотел наделать ошибок и потому принимал все меры предосторожности, как если бы охотник был где-то рядом.
Как потом оказалось, в своих опасениях он был прав. Охотник работал не один. Его ученик и по совместительству младший брат Зорий остался ждать вестей на основной охотничей базе, которая по чистой случайности располагалась недалеко от того места, где было скрыто гнездо дракона. Таким образом, пока охотник, двигаясь по спирали, приближался к пещере, в которой залёг дракон, ученик охотника ожидал развития событий, а Григорий караулил яйцо.
Долгое время оставаясь в бездействии, Григорий незаметно для себя слегка расслабился. Гнездо дракона со стороны выглядит, как большая куча обломков. Само яйцо напоминает настоящее только приблизительно. Оно похоже на драгоценный камень синего цвета со множеством граней. Кажется, что если вытащить его под солнечный свет, лучи отразятся от граней и рассыпятся в воздухе невесомой радугой. Так ли это на самом деле, никто сказать не может. Яйцо надёжно спрятано под обломками, и увидеть его можно только в сравнительно небольшие щели между ними. Когда подходит время дракончику появиться на свет, магия разрушает верхнюю часть гнезда. Что происходит дальше, не дано увидеть никому, даже дракону. Это знак, заставляющий любое живое существо бежать как можно дальше от гнезда. Что до скорлупы, оставшейся после того, как дракончик вылупится, то, вынесенная под солнечные лучи, она тускнеет, теряет и красоту и магические свойства. Маг, использующий скорлупу драконьего яйца, вынужден работать где-нибудь под землёй: в подвале или каком-нибудь самой природой созданном подземелье.
Григорий понятия не имел, требуется ли какой-нибудь уход для драконьего яйца. Он пытался прикоснуться рукой к скорлупе, но обломки, защищающие яйцо, были слишком велики – рука не дотягивалась. Щелей, в которые мог бы протиснуться человек, не нашлось. Григорий сделал вывод, что его вмешательства не требуется. Неделя проходила за неделей, ничего не менялось, и ему подумалось, что ничего плохого не произойдёт, если он выйдет к людям, поговорит немного и купит что-нибудь к обеду. Голодать ему, конечно, не приходилось, но еда была несколько однообразной.
В деревне (можно даже сказать это был небольшой город) продуктовая лавка имела также небольшой зальчик с несколькими столами и скамьями, где любой желающий мог пообедать недорого и не торопясь. Григорий и сам не знал, почему обратил внимание на юношу. Парнишка сидел хмурый и вертел в руках кружку. Григорию показалось, что парнишка сейчас уйдёт, так ему надоело уже бесцельно сидеть здесь. Тот, видимо, так и собирался поступить, когда его взгляд скользнул по лицу Григория. Скука сразу исчезла с его лица. Юноша постарался взять себя в руки, но его выдавали интерес и живость во взгляде, который он не сводил с Григория, когда думал, что
