– Да, я тоже что-то не замечал, чтобы тебя сражала роковая страсть, – добавил кто-то из соседей по спальне.
– Это же не Делакур?! – выкрикнули из толпы.
– Конечно, нет. Неужели вы думали, что я проявлю свою слабость перед всеми, – ухмыльнулся Том.
– Когда поженитесь, мы точно будем знать, кто твоя слабость, – мрачно пообещал Рудольфус.
– Вальбурга, а ты что молчишь? Тебе не интересно? – накинулась на кузину Лукреция.
– Молчит, потому что знает, – тут же понял молчащий до этого Орион. Мальчик подозрительно посмотрел на свою невесту и добавил. – Мой отец был свидетелем на помолвке, верно?
Том прищурился, но кивнул.
– Закроем тему, – предложил он. – Найджелус сказал, что свадьба состоится не раньше, чем мне исполнится двадцать один, так что до этого разговор просто не интересен.
– Лорд Певерелл слишком о тебе печется, нам бы так, – уныло пробормотал кто-то из окружающих своего старосту слизеринцев.
***
Воспользовавшись тем, что Гарри вполне удачно заменял его, профессор Вилкост отправился в бессрочный отпуск, оставив должность преподавателя ЗоТи на Поттера. Гарри заниматься любимым предметом, конечно, нравилось, но в общей сложности у него появилось слишком много обязанностей, с которыми он сам не знал, как будет справляться. Он все еще занимался опытами вместе с Фламелями, иногда к ним присоединялся и Дамблдор, они начали эксперименты с кровью дракона, и Поттер подозревал, что таким образом мог бы заслужить себе место на карточках с шоколадными лягушками. Иногда Певерелл принимал пациентов с интересными случаями как целитель, а вот управление состоянием и поместьем полностью сложил на Долохова и Морфина. Своей аллергией на магию молодой человек занимался больше по привычке, потому что его лекарство теперь постоянно находилось рядом с ним, а проклятие самого Мерлина он не очень-то рассчитывал снять. Может быть, когда-нибудь, совместными с Томом усилиями…
Рождество, а с ним и новый сорок третий год, надвигались на Хогвартс, заставляя Гарри нервничать. Он раз за разом просматривал в думосборе воспоминание о последней встрече с Лордом Волдемортом, оценивал разговоры, взвешивал каждое предложение. По всему выходило, что именно в сорок третьем году ему предстояло встретить кого-то из своих старых друзей, своих современников, посланных Дамблдором убить Тома Реддла. Гарри не знал, сколько им известно, удивятся ли они, когда поймут, что нет никакого приютского озлобленного сироты, а есть немного высокомерный, но, в общем-то, неплохой юноша Марволо. Гарри не знал, удастся ли ему переубедить своих бывших соратников, известно ли им, что он здесь? И если уж он изменил будущее, то прибудут ли они вообще? Все это мучило его еще больше утомительных обязанностей главы семейства. Он думал о том, стоит ли сказать воспитаннику о приближающейся опасности, а так же рассказать ли Марволо о том, почему столько людей суетятся вокруг него и его прошлого. Темный Лорд сказал ему, что юноша должен догадаться обо всем сам, но нужно же учитывать обстоятельства!
Сам Мракс не терял времени даром и активно подгребал под свою руку Хогвартс. Старосты школы являлись ими чисто номинально, ибо во всем подчинялись указам Тома, спрашивали его по любой мелочи, а каждый ученик признавал в нем лидера. Диппет и то чаще всего уступал молодому Мраксу, когда речь шла о каких-то школьных вопросах, позволяя вертеть собой как вздумается. Том был в Хогвартсе почти полным хозяином, единственное, чего ему не хватало, так это значка главного старосты, но никто не сомневался, что в следующем году юноша его получит.
Роман Вальбурги с Ричардом Поттером, тем временем, переходил все разумные границы, часто они забывали о приличиях, и Том прилагал все силы, чтобы контролировать подружку. Орион на ее выходки закрывал глаза, его больше интересовали древние философские трактаты и хогвартская библиотека. На Хэллоуин Вальбурга заявила, что они с Ричардом сбегут из дома вместе и поженятся, и уже собралась ехать отмечать Рождество к Поттерам. Том ее прекрасно понимал, ему ли не знать, что такое сходить с ума по представителю этого славного рода. Однако советовал девушке быть поосторожнее, ибо лорд Блек вряд ли одобрил бы происходящее и вполне мог изгнать ее из рода.
Движение Гриндевальда в Европе не переставало влиять на молодые умы. Многим уже казалось, что его невозможно победить, а война будет длиться годы. Кое-кто, не стесняясь, поддерживал его взгляды, кто-то возражал. Жаркие дебаты разворачивались в Клубе Слизнорта. На Тома, который продолжал носить гербы Певереллов на своей одежде и украшениях, многие обращали внимание, задавали вопросы. Ведь Темный Лорд пользовался этими символами как своими знаменами. Однако юноша был далек от идей Геллерта. Он был не прочь потеснить магглов, указать им их место, убрать от власти магглорожденных, установив деспотию аристократии, но говорить об этом вслух решался только в кругу близких друзей. Прежде чем делать какие-то шаги к этому, следовало сделать политическую карьеру. Он осуждал Гриндевальда за силовые методы и избыток смертей. Смерть все еще пугала его, во многом и потому, что не одобрялась Гарри.
В октябре Мартин Пьюси вдруг предложил создать тайное общество магглоненавистников. Он стонал и убеждал, что в будущем именно они смогут стать той силой, которая сделает волшебный мир идеальным. Он сам был полукровкой, Том понятия не имел, что за зуб у однокурсника на магглов, но не стал препятствовать желающим в это общество вступить. Он был уверен, что сможет контролировать их. Ровно до того момента, как Рыцари Вальпургии, так они себя решили назвать, не решили составить свод правил и выбрать лидера. Тому вдруг пришло в голову, что именно лидер этой группы может стать в будущем следующим Темным Лордом. Допустить подобного он никак не мог. Он хотел помочь своему опекуну все изменить, поэтому, с напускной неохотой поддавшись уговорам, сам возглавил новое Тайное общество. И почему-то не стал рассказывать об этом Певереллу, и так замученному обязанностями.
Гарри же война серьезно пугала. Настолько, что однажды он пошел к Дамблдору и как бы невзначай завел разговор о Дарах Смерти. Будучи Певереллом, он как никто владел информацией об изобретениях своих предков. Он ненавязчиво рассказал о старшей палочке, которая находилась, судя по раздобытым с трудом сведеньям, у Геллерта. К удивлению молодого лорда, Дамблдор о Дарах знал. Поттер узнал много интересного о жизни семьи Дамблдоров в Годриковой Лощине, а взамен рассказал секрет, который раскопал среди немногих унаследованных древних свитков. Гарри знал, как победить волшебника, владеющего непобедимой бузинной палочкой. Он рассказал Альбусу, как сделать это.
