– Но почему ты сам не сделаешь этого, Найджелус? Ты сильный и достаточно опытный волшебник, к тому же имеешь приличный политический вес.
– Я уже бросал вызов Геллерту, – нахмурился Поттер. – И он ударил по единственному больному месту.
– Марволо, – понимающе кивнул замдиректора. Он весьма настороженно относился к наследнику Мраксу. Слизеринский староста вызывал неясные опасения. Раньше он так же относился к Певереллу, но успел убедиться, что Найджелус хороший человек, хоть иногда и бывает чуть высокомерным.
– Я просто немного подожду, пока мальчишка станет сильнее, – неловко улыбнулся Гарри. – Чтобы он не пострадал.
На рождественские каникулы было решено запереться в поместье и предаваться разврату. Том встретил идею на ура, ведь когда они находились в школе, даже поцеловать любимого ему удавалось не часто, Гарри стремился соблюдать все приличия. Конечно, там пришлось бы ежедневно любоваться на кислую физиономию Долохова, но можно было уговорить Поттера не вылезать из постели даже для еды.
– Знаю же, что ты хочешь мне что-то рассказать, – заявил Том за несколько дней до отъезда домой. Он помогал Гарри проверять домашние работы второкурсников по ЗоТи. Оценки ставил справедливо, а примечания вставлял понятные. То, что работы проверял Том, добавляло ему еще больше уважения среди учеников, когда они узнавали его четкий почерк. Сам Гарри в это время страдал над контрольными семикурсников, ответы которых порой приводили его в отчаяние. И эти волшебники готовились сдавать ЖАБА, а за порогом школы, между прочим, война, нужно быть готовыми ко всему! Так что с работами выпускников лорд расправлялся жестоко.
– Хочу сказать, что если в следующем году ты будешь писать контрольные столь же бездарно, не быть тебе министром магии, потому что я завалю тебя на экзаменах, – проворчал опекун.
– ЖАБА принимает министерская комиссия, – не испугался Мракс. – Итак? Тебя это очень беспокоит. Это из-за нашей помолвки? Ты раскаиваешься? – напрягся юноша.
– Нет, не в этом дело, – неохотно откликнулся Гарри, отвлекаясь от пергаментов. Старший волшебник запустил руки в волосы и потер глаза. – Тебя убить хотят.
– Кто? – спокойно поинтересовался Том. – Опять сторонники Гриндевальда? Тебе не следует бояться, я стал гораздо сильнее за прошедшие с того случая годы.
– Нет, мои бывшие друзья, – сказал Гарри и прикусил губу. Рассказывать не хотелось, но было необходимо. Он хотел защитить Марволо. В конце концов, Поттер любил его больше всех на свете. – Том Реддл, когда отправлял меня, сказал, что Дамблдор послал сюда кого-то из моих бывших друзей, чтобы убить тебя.
Том сжал кулаки, стараясь сдержать гнев.
– Твои друзья?
– Я не знаю, кто именно. Очевидно, кто-то с достаточной степенью подготовки и сильной ненавистью к тебе.
– И что я должен делать? – все так же спокойно поинтересовался Том. Он опустил взгляд с опекуна на пергамент. Юноша не боялся неизвестных убийц. Его больше волновала реакция Гарри на них. Мракс знал, насколько Поттер тоскует по прошлому, сколько радужных воспоминаний связано с теми людьми. Он не хотел делить Гарри, не желал, чтобы его жених интересовался кем-то столь же интенсивно, как и им самим, пусть даже платонически.
– Для начала постарайся не ходить в одиночку. Двое-трое старшеклассников в сопровождении вполне достаточно. Вряд ли они захотят напасть при свидетелях, – задумчиво ответил Поттер, не поняв причину недовольства Тома. – Если увидишь что-то подозрительное, сообщи мне. Никогда не расставайся с волшебной палочкой.
– Думаешь, я смогу справиться с ними?
– С опытными аврорами? У тебя ни шанса. Они там войной натасканные, – категорично отрезал опекун. – Если же это кто-то из Ордена Феникса, то ты с твоим умом и знаниями можешь победить, хотя я ведь перед своим «отъездом» долго ни с кем не общался, так что не могу быть уверен. Однако всегда есть шанс убежать. Марволо, ты же умный парень, слизеринец. Я надеюсь, у тебя хватит ума отступить, что бы они тебе не говорили.
– Да, разумеется, – заверил юноша, нахмурившись. И задал куда более интересующий его вопрос. – А что будешь делать ты?
– Попробую найти их раньше, чем они доберутся до тебя, и все объяснить, – слабо улыбнулся Поттер. – Ты изменился, готовишься к министерской карьере, не страдаешь садистскими наклонностями и не одержим идеей бессмертия. У меня неплохо выходило влиять на них, когда я еще не предал всех.
– Гарри, – серьезно обратился Том. – А если они доберутся до меня? И если ты не сможешь убедить их? На чьей стороне ты будешь драться?
Минуту комната оставалась тихой. Мракс не хотел смотреть на опекуна, который, видимо, колебался с ответом. Юноша отвернулся к пустому в этот день портрету, где обычно устраивалась леди Певерелл. И совсем не ожидал получить от Гарри подзатыльник. Поттер всегда воздерживался от рукоприкладства, за исключением действительно серьезных случаев.
– Ты что, совсем с ума сошел?! – закричал на него опекун, вскакивая. Поттер вовсе не колебался с ответом, он просто онемел на несколько секунд от удивления. – Зачем спрашиваешь такие глупости, да еще с таким обиженным видом? Конечно, я буду защищать тебя! Я же люблю тебя, в конце концов!
Марволо удивленно посмотрел на него, а потом засмеялся.
– Что смешного? – возмутился Поттер.
– Плевать мне на всех убийц, да и на будущее, пока ты меня любишь, – честно ответил юноша, когда, наконец, смог успокоиться и перестать смеяться.
Провести Рождественские каникулы так, как хотелось бы, не получилось. Если уж Том кого-то и любил кроме Гарри, так это Вальбургу. Он готов был даже пожертвовать своими интересами ради нее. Поэтому когда подруга, которую родственники отказались пустить к Поттерам, плача умоляла его пригласить ее и Ричарда в «Старые дубы», он скрепя сердце согласился. А чтобы подобное приглашение не бросалось в глаза интересующимся, пришлось позвать к себе так жеЛукрецию с Игнатиусом, Альфарада, Ориона и Рудольфуса. Сообщение об этом неожиданно вызвало резкий протест у Гарри.
– Да ты что?! – в шоке воскликнул он возмущенно. – Ты хоть представляешь, скольким я Блекам обязан? Как я Арктурусу в глаза после этого смотреть буду? Она же невеста его сына.
– Гарри, но они же друг друга любят. Я вот отлично понимаю, что значит добиваться своей любви. Да и не будет в этом ничего предосудительного. Просто каникулы вместе проведут. Лорд Блек и не узнает.
– Марволо, ты ее с собой не сравнивай, – покачал головой Поттер. – Она девушка.
– И что?
– А если залетит? В смысле, забеременеет.
По глазам наследника Мракса Певерелл сразу понял, что о таком варианте развития событий Марволо не подумал.
