Димостэнис, были каратели и отряды «летунов», которые кружили в воздухе, на всякий случай, если кому-то все же удастся прорваться сквозь закрытые границы.
Город не спал. Город притаился и ждал, что будет дальше.
— Это произвол, — все же высказал ему Лиарен. Дим не понял, как осуждение или просто констатация факта, он просто сделал вид, что не услышал.
Он готов был превратить этот город в руины, если это понадобится для того, чтобы найти сестру.
Мены спустя показавшимися вечностью, из-за дома вышла Элени в сопровождении смертного. Подняла глаза, увидела его и побежала навстречу. Даже не подумав прикрыть себя хоть каким-нибудь энергетическим щитом. Дим бросился вперед, на ходу сплетая одну из своих формул защиты, набрасывая на сестру, как только она поравнялась с ним. Прижал дрожащую девушку к себе и выдохнул, сбрасывая дикое напряжение.
— Дим, — тихо плакала Элени, — Дим.
— Тебе причинили какой-нибудь вред? — он слегка отодвинул ее от себя, бегло осматривая ее с головы до ног, — тебе где-нибудь больно?
Она покачала головой и снова прижалась.
— Малышка моя, все закончилось. Успокойся. Ты со мной.
— Они убили Малани, — горе Элени прорвалось горячими слезами.
— Она в обители. Все будет хорошо.
Димостэнис поднял глаза на то место, где только что стоял смертный. Там было пусто. Он поцеловал сестру в макушку еще раз и, оторвав от себя, передал подошедшему Лиарену.
Дим сошел с моста и нырнул в темноту узких улочек нижнего района. Слезы Элени жгли лицо, он все еще чувствовал испуганную дрожь ее тела, прижимавшегося к нему. Это уже не может остаться безнаказанным.
Для начала он поговорит с глазу на глаз с этим смертным. Пока это самый горячий след.
Хьярт был переполнен. Он кожей, волосами, каждой клеткой тела чувствовал любые энергетические потоки, проходящие сквозь небольшие жилища, в испуге зияющие темными глазницами оконных проемов.
Впрочем, живых энергетических линий здесь было не так много, как и в любом жилом квартале, где одновременно могло находиться сразу много человек.
Яркой вспышкой прорезалось сильное плетение. Дим узнал свою собственную формулу. Ошейник бессилия, который он надел на одного из напавших на штаб. Он остановился, закрыл глаза, пытаясь более точно определить в какой стороне он почувствовал энергетический всплеск.
Повернул голову в ту сторону, где формула ощущалась сильнее всего. В конце улицы стоял уже знакомый здоровяк. Дим рванул к нему. Мужчина его заметил и тоже дал деру, скрываясь в предрассветном сумраке улиц.
Димостэнис свернул в переулок, в котором несколько мен назад скрылся его недавний знакомый.
Остановился, вертя головой. В тишине хлопнула дверь, заплакал ребенок. Без труда определив дом, Дим ринулся туда, вышиб дверь, залетев во внутрь.
Посреди комнаты стоял мужчина, закрывая собой избранницу с орущим на руках ребенком.
— Где? — грозно рявкнул Иланди.
Хозяин дома кивнул головой, указывая на другую комнату. Маленькая тесная коморка встретила Дима скрипом распахнутого окна и прохладой ночного города. Помянув всех чертей и прочую нечисть, он перепрыгнул через невысокую преграду и помчался по узкой улочке между домами.
Сейчас он шел по четкому следу, словно держась за прочную нить, ведущую его за человеком, которого он искал все эти дни. Пробежав несколько домов, Димостэнис выскочил на заброшенный пустырь, поросший дикими побегами колючих кустарников, чертополохом, жгучей, ядовитой травой. Он замер, вслушиваясь в предутренний полумрак.
Одаренный полностью перенастроил работу организма под хьярт. Сердце, легкие, вся нервная система и энергетические потоки внутри него. На износ. До полного отключения сознания. Уже через несколько сэтов он будет чувствовать себя развалиной. Мышцы, кости, каждая клетка тела будет ломить, как после хорошей драки или изнурительной тренировки.
Зато сейчас он был почти Богом.
Явно ощущались шестеро, прячущиеся в густых зарослях. И еще один сзади.
— Я тут, — громко, с издевкой произнес Дим, — вы так затейливо искали встречи, что же не приветствуете?
Пустырь ожил, на поляну стали выходить люди, покидая свои укрытия. Один из нападающих держал в руках большой охотничий лук, второй арбалет, третий сжимал в ладони нож. Еще трое стояли чуть поодаль, без оружия, словно наблюдая.
Сзади «неслышно» подбирался еще один.
О, Боги! Кто же там так топает?
Нападающие не спешили. Дим тоже выждал мгновение, когда тот, кто сзади приблизится еще. Развернулся, упруго оттолкнувшись от земли, в прыжке одной рукой хватая голову противника за подбородок, резко дернул, ощущая хруст шейных позвонков, и ушел на землю, пропуская над собой стрелу и болт.
Странно. Те, кто похитили Элени, явно знали его и его отношение к сестре. Что за ней он помчится куда угодно и придет в любую ловушку. И эти же люди выставили против него всего семерых.
Звание мастера боя дается не каждому, даже прошедшему обучение в закрытых классах Великих Домов. Всего одно на все выпускные классы. Он стал лучшим в свое время, обойдя даже Аурино, хотя тот с его полным ощущением дара имел полное право на это звание.
Танец боя — не как выражение своих чувств и прекрасного, а как искусство сражения. Как умение выживать и умение убивать. Уметь сливаться с природой и ее силами, уметь ускользать от опасности и нападать без опасения. Уверенность в силе своего тела и своего дара.
Иногда еще их называют мастерами смерти. Но это зависит от обстоятельств.
Те, кто считал его загнанной жертвой, растерялись. Даже не успели заметить, как в его руке сверкнуло лезвие клинка, когда он рывком поднялся на ноги. Во второй серебристой змейкой притаилось плетение. Лишь только когда лучник стал заваливаться назад с ножом в глазнице, а один из «наблюдателей» скриком схватился за голову, стараясь стянуть с головы серебряную сеть, ощерившуюся сотнями мелких серебристых иголок врезаясь в плоть и разрывая ее, встрепенулись, швырнули в него боевые формулы. Почти одновременно.
Защитное поле вобрало в себя всю мощь ударов. Дим усмехнулся краешком губ: сейчас не ваш сэт, парни. Сделал шаг вперед, приближаясь к арбалетчику. Тот довольно нервно натянул тетиву.
— Еще рыпнись, и я стреляю.
— Зачем же тратить время на пустую болтовню?
Легкий прыжок немного в сторону и вперед совпал с сухим щелчком. Дим успел развернуть корпус, но с такого расстояния полностью уйти с линии атаки было невозможно. Болт вспорол рубаху, оставляя глубокий порез на плече.
Димостэнис резко почти без размаха ударил ребром ладони по горлу врага. В глазах стрелка еще не успело погаснуть удивление, когда он медленно стал оседать на землю.
Около уха вздрогнул защитный контур. Потом совсем неслабо ударило на уровне хьярта. Дим поморщился. Так и без защиты остаться недолго. Пришлось менять
