всего министерства внутренних дел. Тогда в полиции по всей стране наступит коллапс, все дела между собой перемешаются, многие данные удалятся, и на фоне такого хаоса мы с легкостью вытащим Степу из «Крестов».
— Ну даже не знаю, — засомневалась я. — Не верю я в эти технологии. Я и билеты-то на самолет до сих пор покупаю в аэропорту. Езжу в Пулково на маршрутке и оплачиваю в кассе.
На этом идеи у нас кончились. Я молча глядела в пустую кофейную чашку, Павлик без конца протирал очки особой тряпочкой, которую всегда носил в нагрудном кармане, Андрюша грустно жевал одну оладью за другой. За окном гремели трамваи, чирикали наглые купчинские воробьи, грохотал мусоровоз. Жизнь остановилась только здесь, в печальной квартире № 27.
— Ну не подкоп же делать, как в «Графе Монте-Кристо», — сказал Андрюша, собирая пальцем с тарелки капли крыжовенного варенья и облизывая его.
— А вот это пока самый реальный выход из положения, — мрачно ответила я. — Лопаты на даче есть. Будем работать посменно. Вы со мной?
— Э-э-э, да, Любовь Васильевна, — сказал Павлик, — конечно; но, насколько я помню, граф в итоге выбрался отнюдь не через подземный ход — он забрался в мешок и его выбросили в море… А вообще — почему вы не верите, что Степу освободят без нашей помощи, убедившись в его невиновности?
— Мальчик мой, — мой голос был полон горечи, — потому что я живу в этой стране уже более полувека и научилась не надеяться на справедливость. Полагаться всегда приходится только на свои силы.
Мы засиделись на кухне до полудня. Андрюша вяло шутил, что с нас можно писать картину «Унылые депресняшки заедают горе оладьями». Я нажарила их не меньше сотни.
В какой-то момент я спохватилась, что ведь сегодня третье июня, среда! Двенадцать часов — а мальчики не на работе. Выяснилось, что Павлик весьма предусмотрительно отпросился на целый день, а Андрюша вот уже неделю вообще в офис не ходит, работает дома над каким-то замысловатым проектом. Он многословно объяснял что-то про изящный код и плавающий баг, но я ничего не поняла. Порядком заскучав, я сбежала в ванную — под предлогом того, что уже первый час дня, а я все еще в бигудях и халате.
Как оказалось, прическу я сделала очень даже вовремя. Потому что через несколько минут в дверь требовательно позвонили.
— Откройте, полиция! — послышался строгий голос с лестничной площадки.
Я дрожащими руками повернула защелку. Знакомая коренастая фигура в потрепанной джинсовой куртке, родинка на правой щеке, ироничный взгляд.
— Обожаю эту фразу — «откройте, полиция!», чувствую себя героем американского боевика, — сообщил незваный гость, решительно проходя в квартиру. — «Милиция» — это как-то несолидно, по-советски, скучно до зевоты, вы не находите?
— Батюшки-светы, — прошептала я, в изнеможении падая на банкетку.
— Не батюшка, а полковник Орлов, мэм, — поправил меня гость, оглядываясь по сторонам и мгновенно фиксируя нашу со Степочкой фотографию из Турции на комоде, возле которой ждала своего хозяина кепка с якорем. — А со мной еще мальчики.
«Мальчиками» оказались двое оперативников в штатском, которые ввалились в прихожую не поздоровавшись.
— Мы тут у вас покопаемся немного, окей? — снисходительно сказал полковник Орлов, делая знак своим ребятам. Те, не дожидаясь моего разрешения, взялись за содержимое комода и шкафа. Сам полковник тем временем отделил фотографию от подставки, заглянул внутрь, ничего там, конечно, не нашел, ловко собрал конструкцию и вернул ее на место. — Обещаем все поставить на место. Мои мальчики нежные и аккуратные, как умелые любовники — или опытные карманники, — хохотнул он, попутно заглядывая за картину на стене.
Я ужасно растерялась. Сидела на банкетке и открывала рот, словно галчонок, к которому вместо милой мамы с червячком прилетел орел в джинсовой куртке.
К счастью, тут с кухни подоспело подкрепление. Мои мальчики, может, выглядели и не так внушительно, как полицейские — Павлик в своих хрупких очках и простой рубашечке, похожий на провинциального студента-отличника; пухленький Андрюша в рыжих детсадовских кудряшках и мятой, заляпанной крыжовенным вареньем футболке с надписью «Виндовс маст дай», — однако их появление подействовало на меня как лошадиная доза корвалола.
В моей маленькой прихожей стало тесновато.
— Тетя Люба, что тут творится? — встревоженно спросил Андрюша. Вместо ответа я разрыдалась. — Господа, а ордер на обыск у вас есть? — старательно скрывая волнение, обратился он к полицейским.
— Андрюха, у нас это называется постановление суда, ордер — в Америке, — поправил его Павлик. — Итак?.. — выжидающе посмотрел он на полковника.
Орлов саркастически хмыкнул и вытащил из-за пазухи сложенную вчетверо бумажку. Он небрежно помахал ей перед носом Павлика и тут же перехватил инициативу:
— Удачно, что вы здесь, молодые люди. Мне вообще сегодня везет, как черту в Африке. Столько свидетелей сразу, и все в одном доме. Певица Ромашкина, вы трое. Купить сегодня лотерейный билет, что ли?.. Может, выиграю нормальный джип-«Фордяру», а то катаюсь на какой-то развалюхе… Ладно, покажите моим мальчикам, где тут комната подозреваемого, а я пока с каждым из вас по отдельности побеседую. Скажем, на кухне. Пить хочу. Умаялся свидетелей всю ночь напролет допрашивать; вы у меня последние на сегодня… Полагаю, вода в этом доме найдется?
В моем доме найдутся напитки на любой вкус; но только не для непрошеных гостей. Налив полковнику стакан воды из кувшина, я кинулась в Степочкину комнату, где уже вовсю орудовали оперативники. Будто стервятники, они терзали подушки моего сына, трясли книжки, заглядывали в трюмы игрушечных кораблей, не поленились даже плинтуса открутить. Я поставила Павлика с Андрюшей следить за ними и, хватаясь за сердце, вернулась на кухню.
— Какой у вас пароль от вай-фая? — неожиданно начал полковник. Он уже успел достать из портфеля ноутбук.
— А? Что? От чего?
— Пароль, от вай-фая. Домашний интернет, — нетерпеливо уточнил он.
— Ой, я не знаю… Степочка у нас этим всегда занимался! — Я вновь разревелась. Так много, как за последние сутки, я никогда не плакала.
— Может, парни знают? — предположил полковник и крикнул в коридор: — Эй, молодые люди! Какой тут пароль от вай-фая?
— Не знаем! — хором отозвались мои мальчишечки.
Умнички. Всё они знали, конечно. Они со Степой сутками резались в какие-то виртуальные танки, разбив лагерь в его комнате. Я, собственно, поэтому и пошла на компьютерные курсы для пенсионеров — хотела к ним присоединиться. Хорошая мать должна быть в курсе всех развлечений своего сыночка!
Полковник недоверчиво покачал головой.
— Ну-ну… Окей, попробую подобрать. У меня все протоколы допросов в облаке хранятся, как мне туда без вай-фая прикажете попасть?.. — сказал он как бы сам себе, набирая что-то на клавиатуре компьютера.
— На самолете можно в облако попасть, — удивилась я. — На вертолете опять же…
