— Ну и кто здесь из нас двоих ребенок, а, мам? Серьезно? И сколько ты здесь будешь сидеть? Пока у тебя правнуки не появятся? А личная жизнь оно же такое… Никому и не нужно, да?
Мама снова улыбается, а я не удерживаюсь и тут же ее обнимаю.
— Я знаю, что всегда буду для тебя ребенком, — шепчу ей на ухо и обнимаю еще сильнее. После того как не стало папы… У мамы осталась только я, и я не могу винить ее в том, что она боится оставить меня одну. Она боится, что со мной может что-то произойти. Боится, что меня кто-то обидит, а ее не будет рядом.
— И даже в сорок ты будешь для меня моей маленькой девочкой, — мама подтверждает мои слова и прижимает к себе руками.
Я начинаю часто моргать, чтобы слезы, которые успели накатиться на глаза наконец высохли.
— У нас же ничего особо не изменится, — отлипнув от матери, я пытаюсь ее взбодрить, — у нас же необязательно должны быть совместные завтраки, это, например могут быть обеды или ужины…
Вижу, насколько маме нравятся мои слова, она даже вся взбодрилась и начала перебирать кафе в которых бы мы могли встречаться.
— У меня есть шикарная идея! Да, точно! Как я сразу про это не подумала?
Я насторожено смотрю на мать и уже понимаю, что это за идея. Нет… Прошу, только не это… только не это…
— У нас может быть каждый день семейный обед, после института, будем все собираться в одном доме. Как настоящая и дружная семья. Семейная традиция.
Я смотрю на маму не моргая. Серьезно?
— Я пока туда доеду то уже и рак на горе свиснет и любой обед остынет…
Я как представлю, что мне туда трястись на автобусе минимум час, а потом еще и идти три километра от остановки, потому что туда, где живет семейство Ахметовых, не ездит никакой автобус. Мажоры на них просто не разъезжают. Там у каждого есть своя машина, и не одна…
— Эту проблему мы решим.
У мамы звонит телефон, и она выходит из кухни, а я пытаюсь за время ее отсутствия взять себя в руки. Совместные обеды кажется мелочью по сравнению с тем, что я уже сегодня могла заселиться в одной из комнат того огромного дома. Так что мне кажется стоит пойти на компромисс. Выжду недельку другую и потом придумаю как спрыгнуть с этих обедов.
— Анют, но мне все равно понадобится твоя помощь с коробками, я сама их точно не смогу разобрать.
— Конечно, мам. Я поеду и помогу тебе.
Упаковка остальных вещей заняла еще несколько часов. Оказалось, что по возращению домой меня еще ждет распаковка. Потому что мама, желая сэкономить время, начала поковать в коробки и мои вещи. Так что мне еще предстоит увлекательное занятие перед сном.
Когда мы приезжаем в дом Ахметовых, все на что я надеюсь, так это чтобы главный козлина этого жилища тынялся где-то с друзьями, и я успела сделать ноги отсюда быстрее, чем он появится.
— Аккуратней! — от маминого возмущенного крика, я тут же разворачиваюсь и вижу, как одна из девушек, которые здесь работают, чуть не уронила мамину коробку с ее коллекционными фигурками. Даже у меня сердце остановилось. Мама их коллекционировала столько времени и если бы сейчас с ними что-то случилось, то девушке бы не поздоровилось.
— Мам, давай я, — подхожу и улыбнувшись перепуганной горничной, забираю у нее коробку.
— Спасибо, Анют, ты помнишь куда нужно нести?
— Мам, на втором этаже в этом доме я была всего два раза, один из них был неудачным, потому что я даже уборную найти не смогла среди множества тех дверей. Так что лучше скажи куда свернуть и как найти комнату.
— Поднимаешься по лестнице и четвертая дверь… с…
Мама не успевает договорить, как тут же кричит уже на кого-то, кто что-то там уронил, а я понимаю, что мне проще самой найти спальню, чем ждать пока мама разберется с беспредельщиками.
Поднявшись по лестнице, я замираю на несколько секунд, кручу головой из стороны в сторону и не могу решить куда идти дальше. Влево или вправо? Черт!
Поворачиваю влево, и дойдя до четвертой двери громко выдыхаю и захожу в комнату. То, что интуиция у меня так себе, я понимаю сразу же. Стоит мне увидеть интерьер комнаты, как становится понятно, что это не спальня мамы и Александра. Это скорее всего комната холостяка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
От последней мысли мне тут же становится не по себе и я, развернувшись хочу бежать куда глаза глядят, потому что я прекрасно понимаю кому принадлежит эта комната и встречаться с его хозяином, я бы не стала ни за какие деньги.
Но конечно же у меня ничего не получается. Стоит мне развернуться и направиться к выходу, как слева от меня распаивается дверь и из нее в комнату входит Ник… Точнее сначала клубы пара, а потом среди них у меня получается рассмотреть мерзавца, который с довольной ухмылкой окидывает меня взглядом.
Черт! Черт! Черт!
Стоит говорить о том, что на парне сейчас есть лишь полотенце, обкрученное вокруг его бедер и больше ничего? Глаза сами скользят по кубикам на его прессе… За тем как по ним стекают капли воды… Да что же со мной такое?! Почему я на него так пялюсь?
— Так соскучилась, что даже в комнату мою приперлась, Коротышка? — Ник делает ко мне шаг, а я не в состоянии даже от него отпрыгнуть, парень приближается непозволительно близко, я чувствую жар его тела и от этого на коже появляются мурашки…
Где я так успела накосячить? За что меня так наказывает судьба, сталкивая меня с этим аборигеном с каждым днем все больше и больше. И должна заметить с каждой нашей встречей одежды на этом наглеце все меньше. Я даже представить себе боюсь, что будет в следующую встречу.
Стоп! Какую еще следующую встречу?! Нет! Я все сделаю для того, чтобы наши столкновения в дальнейшем происходили только в местах, где большое скопление людей. Вот там у меня хотя бы шансы будут уйти от него целой и невредимой.
Сильнее прижимаю к себе мамину коробку и пытаюсь растянуть губы в улыбке. Ну почему в голову рядом с ним приходят только дурацкие идеи?
— А ты еще здесь? — вопросительно поднимаю брови и тут же окидываю взглядом комнату.
— Ты еще и на зрение балуешься? — Ник прищуривает глаза и смотрит на меня так, будто я зверушка, на которую он пришел полюбоваться в зоопарке. Еще немного и он огреет меня по голове батоном, которым потом и попытается меня подкормить.
— Ну почему же, тебя я вижу прекрасно. Вот только какого черта ты здесь делаешь? Ты уже должен был до этого времени вещи собрать и свалить из комнаты.
Несу весь этот бред с серьезным лицом и даже умудряюсь смотреть парню в глаза, который теперь даже не сомневается, что у меня проблемы с головой. Смотрит точно, как на полоумную.
— И интересно куда? — парень наступает ан меня, а мне уже некуда отступать. Я уже и так в стену вжата до невозможности, нас разделяет только коробка, в которую я вцепилась как в спасательный круг.
— А мне откуда знать? Мне сказали, что эта комната теперь моя, а ты переедешь в какую-то другую. Так что давай, не тяни время. Собирай свои вонючие носки и чеши в свою коморку.
На что я рассчитываю? Наверное, на то, что Ник сейчас взбесится и пойдет к отцу выяснять, где чья комната, а я в это время найду спальню мамы и Александра и тихонько там отсижусь.
И в какой момент я решила, что это чудесный план? Ну я точно сумасшедшая! Но вместо того, чтобы бежать к отцу, парень решает вступить в игру. Что конечно же не обещает мне ничего хорошего. Как и всегда, когда я оказываюсь зажата между ним и стеной.
Ник улыбается, но эта улыбка напоминает мне оскал зверя, который загнал свою добычу в ловушку и теперь хочет вдоволь с ней наиграться. И какого черта я не дождалась маму?! Зачем сама поперлась с этой коробкой на второй этаж?
— Ты плохо слушала, Коротышка, — его пальцы вцепляются в мою коробку и за считанные секунды отбирают ее у меня. Я борюсь до последнего, но нужно смотреть правде в глаза, я не конкурент этому бычаре.
Коробка с мамиными фигурками отправляется на кровать, возле которой мы как раз и находимся, и я радуюсь хотя бы тому, что когда коробка приземляется на матрас и отпружинивает от него, то я не слышу звука бьющегося фарфора и стекла…
