— Мам…
Закатываю глаза, и прячу телефон обратно в карман.
— Ну, а что, он симпатичный…
Ахметов кончено же не сдерживается и выдает громкий смешок на слова мамы, а я готова стукнуть его по голове портфелем.
— Мам, мне нужно бежать, не хочу пропустить игру.
— Ой, а я водителя отправила в магазин, — мама смотрит на меня виноватым взглядом, — но он скоро должен вернуться, думаю он успеет тебя отвезти…
— Не переживайте, я ее подброшу, — голос Ника звучит совсем близко, практически возле моего уха, от чего я тут же кривлюсь.
— Отличная идея! — мама тут же улыбается и начинает суетиться, что-то тараторит про бутерброды и запас воды. Стоит только ей отвернуться, как гаденыш тут же обхватывает рукой мою талию и впечатывает в свой торс с такой силой, что из легких вылетает последний кислород.
— Подброшу так, что на всю жизнь запомнишь, — рычит в самое ухо.
Желание повторить трюк с коленом становится настолько сильным, что стояла бы я к нему сейчас лицом, то обязательно бы повторила.
— Как мило с твоей стороны, — цежу сквозь стиснутые зубы и тут же замахнувшись рукой, пинаю этого козлину локтем.
Кончено же мой удар не приносит ему даже никакого дискомфорта, его лапа все еще на моей талии и даже не думает никуда пропадать. А я вижу, что мама очень активно упаковывает провизию и вот-вот обернется.
— Все для тебя, сестренка, — последнее слово он произносит с сарказмом, прямо мне на ухо, но злит больше то, что его горячее дыхание касается моей кожи. Он делает это специально, чтобы меня выбесить.
Еще немного и из моих ушей повалит пар, потому что внутри я вся уже закипаю.
Я вам говорила, что я сначала делаю, а потом думаю? Ну так вот, я тут же поднимаю ногу и со всей силы наступаю на его огромную лапу своим кроссовком. Вкладываю в это движение всю свою злость и судя по тому, как Ахметов зарычал позади меня, и его лапища наконец пропала с моей талии у меня все получилось.
Не теряя ни секунды рвусь вперед и хватаю контейнер с едой, который мама уже успела подготовить.
— Спасибо, мамуль, — быстро целую ее в щеку, — я побежала.
Последние слова я уже выкрикивала на ходу.
— Ань, ты куда? — по голосу понимаю, что мама растерялась.
— Мое такси уже подъехало!
Быстро выбегаю из дома и несусь к воротам, чтобы успеть выбежать до того, как злющий Ник выйдет из дома. Кончено же никакое такси я не вызвала, но сейчас это с удовольствием сделаю.
Пробежав домой пять, я все же останавливаюсь и обернувшись удостоверяюсь, что Ахметов еще не мчит за мной на полной скорости.
Довольная собой достаю из кармана телефон, успеваю даже открыть приложение с такси, как мой экран тут же тухнет.
Пару секунду я туплю и просто пялюсь в черный экран, потом пытаюсь включить телефон, но он загорается на несколько секунд, чтобы сообщить мне, что он разрядился!
— Нет! Нет! Нет! — кричу и трясу телефон, как будто от этого он сжалится надо мной и включится. Но конечно же чуда не происходит.
Ну что со мной не так?! Снова смотрю в сторону дома и пока не вижу Ника, но что-то мне подсказывает, что очень скоро этот наглец выкатит свою тачку и тогда мне точно конец.
Конечно, я могу затаиться в каких-то кустах подождать пока он уедет и вернуться домой, чтобы попросить у мамы телефон, чтобы заказать такси. Но как только представляю сколько вопросов у нее возникнет, как тут же отказываюсь от этой идеи. Да и кустов здесь по близости не видно.
Мне ничего не остается как просто идти вперед. Если успею выйти на дорогу, то смогу остановить какую-то машину и доехать. Только от одной этой мысли мне становится не по себе и понимаю, что не стану этого делать. Ну ничего, добреду до остановки и дождусь автобус. Кончено не факт, что я не опоздаю к игре, но лучше так. Сберегу свои нервы.
Настроение ни к черту. Я все еще не отошла от всего произошедшего в доме. Вот я понять не могу, почему он ко мне так прицепился? Если настолько терпеть меня не может, то не проще просто меня игнорировать? Сделать вид, что меня не существует? Почему он использует каждую возможность, чтобы где-то меня зажать и сказать какую-то пакость?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А то, что сегодня в его комнате произошло… это вообще за все рамки выход. Что бы там было, если бы я не испугалась и коленом бы ему не заехала? До чего бы это все дошло?
А если бы мама зашла в его комнату? Если бы увидела нас вдвоем, чтобы она могла обо мне подумать?
Это просто самый настоящий кошмар! А что дальше будет, если этот козлина сейчас себе такое позволяет? На что он вообще способен? Я даже боюсь сама себе на этот вопрос ответить.
Из моих размышлений меня выдергивает громкий звук. Точнее сигнал автомобиля, который едет за мной.
Я даже не оборачиваюсь, а просто ускоряю шаг. Я на тысячу процентов уверена, чья это тачка и кто сидит за рулем. Принципиально не оборачиваюсь, показываю, что полностью его игнорю. Только вот машина не спешит меня обгонять, как тащилась позади меня, так и продолжает тащиться.
Это все жутко начинает злить и напрягать. Когда звучит новый сигнал, я подпрыгиваю от неожиданности и сцепив зубы резко развернувшись показываю этому придурку незатейливую комбинацию из одного пальца.
Моя рука тут же опускается вниз, а глаза увеличиваются в размере, потому что это не машина Ника. И за рулем сидит какой-то бугай, который тут же тормозит свою тачку и вопросительно выгибает брови на мой не самый дружелюбный жест. Я тут же пытаюсь дать задний ход, но идти наобум у меня получается плохо, и я упираюсь в какую-то преграду.
Сердце начинает бешено колотиться в груди от страха, потому что этот громила в эту самую секунду вылезает из своей машины и судя по его взгляду сейчас направиться прямо ко мне…
О-йой… И что мне теперь делать?
Глава 10.
Теперь я не такая смелая как несколько секунд назад. Внутри все вопит о тревоге и о том, что нужно делать ноги, а на деле я не могу пошевелиться. Качок нагло усмехаясь направляется прямо ко мне.
— Ты откуда смелая такая, детка? — мне не нравится то как он на меня смотрит. Его взгляд пугает, а блеск в нем заставляет задуматься о том насколько громко я умею визжать и прикинуть успею ли я позвать на помощь. Тут же прикидываю что он о мной за это сможет сделать.
Ну вот как я умудряюсь в такое встревать? Почему н с кем из моего окружения подобное не происходит, а у меня… хоть книгу писать начинай.
— Там таких больше нет, — ответ вырывается быстрее, чем я успеваю его обдумать. Ну в принципе, как и всегда, чему здесь удивляться?
— А мне больше и не нужно. Тебя вполне хватит, — он громко смеётся над своей же шуткой. Как он считает очень остроумной.
Внутри все холодеет, потому что этот придурок подходит еще ближе. Нарушает мои личные границы.
— Слушай, тебе ведь не нужны проблемы? — задираю подбородок и решаю воспользоваться единственным спасательным кругом, который у меня остался.
— А ты мне можешь создать проблемы, детка? — От его громкого и противного смеха я кривлюсь. Какой же неприятный тип.
— Их тебе создаст Ахметов, — вот он мой спасательный круг. Очень надеюсь на то, что этот боров здесь не проездом и знает эту фамилию. Потому что если нет, то мне придет полный капец.
Здоровяк прищуривает глаза и смотрит на меня с недоверием, но по его выражению лица я понимаю, что фамилия Ахметовых ему знакома. И судя по всему симпатии не вызывает.
— Трындишь, ты не в его вкусе, — его взгляд пробегается по моей фигурке и он снова скалится как зверюга.
Черт! А тут и не поспоришь, я не похожа на обычных пассий Ника.
— А ты кастинги что ли проводишь, чтобы знать, в чем я вкусе? — его слова меня задевают и мне хочется как-то ему ответить.
— Предлагаю тебе самой сесть в мою тачку, а там договоримся как будешь извиняться, — мои глаза увеличиваются в размере от такого наглого предложения. Это за что я извиняться то должна? А он времени зря не теряет, пока я прибываю в глубоком шоке этот придурок хватает меня за руку своей пятерней и начинает тащить в сторону своей машины.
