— Я никому не скажу…
— О чем?
— Я никому не скажу, что видела в твоей сумке, честное слово. Я клянусь.
— Я не верю словам. Я верю только в одном случае: когда человек мертв.
Я хотела закричать, но «боксер» опять закрыл мой рот и посмотрел на меня безумными глазами.
— Я ненавижу женщин, — прошептал он. — За то, что они ужасно любопытные. Как твари. Я бы с радостью выколол этой пикой твои глаза, чтобы ты никогда больше не увидела то, что ты не должна была видеть. То, что тебя не касается.
Неожиданно дверь тамбура открылась, и рядом с нами остановились двое милиционеров. Я поняла, что спасена, и хотела закричать что есть сил. «Боксер», моментально сориентировавшись, неуловимым движением спрятал пику в карман, прижал меня к стене и поцеловал в губы. Я не могла издать ни звука.
— Предъявите ваши документики, — произнес один из милиционеров, который по возрасту годился «боксеру» в сыновья.
«Боксер» на секунду оторвался от моих губ и быстро произнес:
— Командир, не вовремя ты со своими документами. Видишь, я с любимой прощаюсь, через несколько минут станция. Ты мне обламываешь последние минуты счастья. Ее сейчас муж встретит, и все, а мне опять полгода следующей совместной поездки на курорт ждать.
Я хотела возразить, но тут же почувствовала весьма ощутимый укол. Все понятно, если я скажу хоть слово, этот ненормальный засадит мне пику в бок, даже не размышляя о том, что будет дальше. Я жалобно посмотрела на молоденьких ментов в надежде, что они все-таки проверят документы у моего «ухажера», но этот сумасшедший еще сильнее прижал меня к стене и стал терзать мои губы с такой силой, что из них в любую минуту могла хлынуть кровь. Если так будет продолжаться, то через несколько секунд я просто потеряю сознание.
— Да ладно, Паша, пусть люди попрощаются, — улыбнулся один из ментов и покраснел до кончиков ушей, глядя на то, как «боксер» внаглую лапает мою грудь.
— Любовь в документах не нуждается, — развел руками второй. — Счастливого продолжения отношений. Извините за причиненные неудобства и беспокойство, — засмеялся он и направился вместе с товарищем в другой вагон.
— Будь здоров, командир! — крикнул «боксер», свирепо посмотрев на меня.
В эту же секунду дверь снова открылась, и на пороге появилась проводница. В руках ее был веник, а во взгляде читались презрение и злость.
— Хватит тут обжиматься, как дет малые! — заголосила она. — Что, мест больше нет! Только мусор от вас. Приехали — Москва! Снимайте гостиницу и там обжимайтесь, а мне мести надо. Бессовестные!
Чудом собрав все силы, я наконец оттолкнула «боксера» и бросилась бежать. Проводница выронила веник из рук и закричала мне вслед такое, что ей позавидовал бы самый изощренный матерщинник.
Поезд остановился, и пассажиры потянулись к выходу. Я заскочила в купе, схватила сумку и опрометью выскочила на перрон. «Боксера» не было видно. С его габаритами в узком коридоре, битком набитом людьми, особо не развернешься. Может, успею уйти?
На привокзальной площади я впрыгнула в такси и, задыхаясь, прокричала шоферу:
— Езжай!
— Куда и сколько? — безразлично спросил он.
— В центр!
— Сколько?
— А сколько тебе надо? — занервничала я, оглядываясь по сторонам. Увидев «боксера» я, не задумываясь, выпалила:
— Тысячу, придурок, тысячу! Ты только дави на газ. Понял? Где у тебя педаль газа? Включи мотор и дави!
«Боксер» увидел такси и, ухмыльнувшись, направился в нашу сторону. Я стукнула шофера по плечу, и он, наконец очнувшись, завел мотор.
Когда машина тронулась, я с облегчением вздохнула и даже нашла в себе силы помахать грозившему мне вслед кулаком бандиту.
— Орешь как резаная, — возмущался шофер. — Если ты мне такие деньги платишь, то это еще не значит, что ты имеешь право вести себя как тебе заблагорассудится. Я привык, чтобы клиенты обращались со мной вежливо.
— Вежливость не покупается за деньги, — назидательно произнесла я, откинувшись на спинку. — Я же не виновата, что ты такой медлительный. Запомни, хороший водитель всегда держит ногу на педали газа. Это на тот случай, если клиент хорошо платит и вдобавок во всему сильно торопится.
— Случилось, что ли, что? — спросил шофер, но я не сочла нужным продолжать с ним разговор и отвернулась в другую сторону. В конце концов, я плачу, а значит, и заказываю музыку.
— У тебя кровь на блузке, — услышала я голос шофера.
— Что?
— У тебя кровь с правой стороны.
Я опустила глаза и с ужасом посмотрела на блузку. Она была запачкана кровью. На лбу выступил холодный пот. Не обращая внимания на водителя, я быстро расстегнула пуговицы. Все-таки этот ненормальный поранил меня своей чертовой пикой. Чуть ниже правой груди виднелся еле заметный порез, из которого тоненькой струйкой сочилась кровь.
— Вот черт, — растерянно прошептала я.
Шофер полез в бардачок, достал аптечку и протянул мне.
— Там есть вата и бинт. За твою тысячу могу оказать бесплатные медицинские услуги.
— Спасибо, без тебя обойдусь.
Я достала пузырек с зеленкой, смочила кусочек ваты и приложила к больному месту. Грудь сильно защипало, перед глазами поплыло. Мне захотелось закричать, но я стойко перенесла адскую боль и вернула аптечку водителю.
Глава 4
Открыв дверь, я вошла в квартиру и блаженно вздохнула. Девчонок не было. Скорее всего, они на репетиции, разучивают какой-нибудь номер или готовят к выпуску новую концертную программу. Бросив дорожную сумку в угол, я сняла испачканную кровью блузку и отнесла ее в ванну. Сняв лифчик, подошла к зеркалу, осторожно отлепила пластырь и выкинула пропитанную зеленкой вату. Кажется, все обошлось. Такая маленькая царапинка заживет очень быстро.
Накинув легкий халатик, я открыла холодильник и обнаружила там бутылку бренди. Отлично, это то, что мне надо! Налив полный бокал, я с удовольствием выпила его. Вот уж никогда не любила эту квартиру! Наверное, потому, что мы живем здесь втроем: я, Каролина и Тамарка. Нас связывает то, что каждый вечер мы танцуем голыми на сцене стриптиз-бара. Мы не проститутки, потому что не спим с мужчинами, а просто показываем им свои сиськи. Естественно, за деньги. Платят нам зажравшиеся новые русские, в зубах которых застревают остатки осетрины, а толстая жирная кожа покрыта потом.
Я никогда не стыдилась своей работы. Более того, я с удовольствием прихожу в свой стриптиз-бар. В нем сногсшибательный интерьер, проектор с киноэкраном, приличная цветомузыка и прочие прибамбасы, позволяющие на полную катушку отдохнуть тем, у кого есть баксы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
