Психологические и полувоенные операции
Психологические и полувоенные операции, обозначаемые криптонимом KU / CAGE, отличаются от разведывательных и контрразведывательных тем, что они всегда предусматривают те или иные действия, а не сбор информации. Операции
по сбору информации не должны оставлять никаких видимых следов, чтобы факт ведения разведки оставался в тайне. Психологические же и полувоенные операции всегда оставляют видимый след. Однако видимый след никогда не должен быть таким, чтобы его можно было приписать Центральному разведывательному управлению или правительству США, он должен быть отнесен на счет какого-нибудь другого лица или организации. Эти операции, получившие юридическое обоснование в результате принятого Конгрессом Закона о национальной безопасности 1947 года, в некоторых отношениях более секретны, чем операции по сбору разведывательной информации. Они проводятся с санкции начальника службы психологической войны и полувоенных операций Оперативного управления, однако в тех случаях, когда на их проведение требуются крупные денежные суммы или когда используются сверхсекретные методы, может потребоваться санкция Совета по координации операций (на уровне заместителей министров), Совета национальной безопасности или самого Президента.
Поскольку психологические и полувоенные операции практически всегда означают вмешательство во внутренние дела иностранных держав, с которыми Соединенные Штаты поддерживают нормальные дипломатические отношения, они, разумеется, связаны со значительным риском. Если истинные вдохновители и руководители таких операций становятся известными, то серьезное дипломатическое осложнение неизбежно. По иному иностранные политические деятели реагируют на раскрытие тайны операций по сбору информации — как правило, они смотрят на них сквозь пальцы, ибо такие операции считаются традиционными для любой разведывательной службы.
Таким образом, кардинальным принципом в отношении всех психологических и полувоенных операций является благовидное отрицание и возможность такого отрицания, то есть возможность свалить вину на других, предусматривается в самом начале планирования любой такой операции.
Почти каждая резидентура ЦРУ за границей осуществляет непрерывную программу психологических и полувоенных операций с большим или меньшим акцентом на тот или иной их вид, исходя из конкретных местных условий. Психологическая война включает в себя пропагандистские акции, работу в молодежных и студенческих организациях, в трудовых, профессиональных и культурных организациях и в политических партиях. Полувоенные операции включают инфильтрацию в закрытые районы, диверсии, экономическую войну, запугивание населения, оказание поддержки воздушными и морскими путями, поставки оружия, обучение и снабжение небольших армий.
Пропагандистские операции
Роль ЦРУ в общей правительственной пропаганде США определяется официальным разделением ее на три категории: белую, серую и черную.
Белая пропаганда не скрывает своего подлинного источника — правительства США, и ею официально занимается Информационное агентство США.
Серая пропаганда ведется отдельными людьми и организациями, которые не ссылаются на правительство США как на источник их материалов, а выдают их за свои собственные.
Черная пропаганда — это или вообще анонимный материал, или материал, приписываемый несуществующему источнику, а иногда сфабрикованный материал, приписываемый реальному источнику. ЦРУ — единственный правительственный орган США, которому разрешено заниматься черной пропагандой, но оно ответственно и за серую пропаганду наряду с другими организациями типа Информационного агентства США. Однако в соответствии с «серым законом», изложенным в одной из директив по разведке Совета национальной безопасности, другие американские учреждения должны получить предварительное одобрение ЦРУ на осуществление мероприятий, связанных с серой пропагандой.
Агентура, действующая в сфере серой и черной пропаганды, может и не быть осведомлена о том, что ей покровительствуют ЦРУ или правительство США. Отчасти это приносит больший эффект, отчасти позволяет сократить число лиц, знающих о сущности операций, и тем самым уменьшить опасность разоблачения подлинных инициаторов. Таким образом, издатели, политические деятели, бизнесмены и другие могут участвовать в пропаганде даже за деньги, не имея представления, кто является их подлинным хозяином. Но некоторым из них хозяин бывает известен; по терминологии ЦРУ они подразделяются на осведомленных и неосведомленных агентов.
Согласно существующим в ЦРУ правилам обеспечения безопасности, в пропагандистских акциях, так же как и во всех других психологических и полувоенных операциях, прямая передача денег местным агентам сотрудниками ЦРУ, пользующимися такими, например, официальными прикрытиями, как государственный департамент, строго запрещается. Это правило обеспечивает возможность благовидного отрицания и рассчитано на то, чтобы не поставить в затруднительное положение американское посольство в данной стране, если что-то станет известно местному правительству. Оплата в таких случаях производится сотрудниками ЦРУ под неофициальной крышей: бизнесменами, студентами, пенсионерами и другими.
Сотрудники под неофициальной крышей осуществляют почти все контакты с агентурой, чтобы обеспечить максимальную непричастность к этому сотрудников с официальным прикрытием. С этой же целью встречи между сотрудником с неофициальным прикрытием и сотрудником с официальной крышей должны происходить с соблюдением полной секретности. Всё это делается для того, чтобы отвести подозрения от американского посольства, а у агента создать впечатление, что деньги поступают от частного лица.
Наиболее важным аспектом пропагандистских операций является процесс создания в определенных странах желательного для США отношения к тем или иным важным событиям. Проблемам коммунистического влияния в одной стране можно придать, таким образом, международное звучание, пользуясь утверждением, что «угроза одному является угрозой всем». Так, резидентура ЦРУ в Каракасе может направить сообщение о тайном коммунистическом заговоре в Венесуэле резидентуре ЦРУ в Боготе, где при помощи местного агента по пропаганде оно «всплывет» приписанным некоему венесуэльскому правительственному чиновнику. Эта информация, после того как она появится в прессе Колумбии, передается резидентом ЦРУ в Боготе резидентам в Кито, Лиме, Ла-Пасе, Сантьяго и, возможно, в Бразилии. Спустя несколько дней в газетах этих городов появятся тревожные редакционные статьи и начнется усиленное давление на правительство Венесуэлы с требованием предпринять репрессивные меры против венесуэльских коммунистов.
Разумеется, существует и множество других целей, которым служит как черная, так и серая пропаганда, использующая книги, журналы, радио, телевидение, настенные надписи, листовки, церковные проповеди и политические речи, не говоря уже о ежедневной прессе.
ЦРУ проводит предвыборные операции, которыми охватываются целые политические партии и в ходе которых финансируются как осведомленные, так и неосведомленные кандидаты. Эти операции, на которые расходуются многие миллионы долларов, могут быть начаты за год до выборов и даже раньше и включают в себя широкие пропагандистские кампании, создание многообразных организаций фронта и механизмов финансирования (часто под крышей американского бизнесмена), проведение регулярных опросов мнения избирателей, сколачивание наемных хулиганствующих групп для запугивания оппозиции, а также устройство всякого рода провокаций и распространение слухов, дискредитирующих нежелательных кандидатов. Имеются фонды и для прямого подкупа голосующих и членов счетных комиссий.
Если желательную для США обстановку можно легче всего создать неконституционным или насильственным государственным переворотом, то политические акции могут быть направлены на достижение именно этой цели. Хотя антикоммунизм — это обычный козырь в руках ЦРУ для создания обстановки, ведущей к перевороту, слитки золота и мешки с ассигнациями часто оказываются столь же действенными. В некоторых случаях и в удачный момент весьма эффективными могут оказаться такие акции, как взрыв бомбы агентом резидентуры, затем массовые демонстрации и, наконец, вмешательство военных лидеров во имя восстановления порядка и национального единства. Государственные перевороты в Иране в 1953 году и в Судане в 1958 году были в значительной мере результатом именно таких политических операций ЦРУ. Но сами цэрэушники скромно говорят о себе: «Мы политику не делаем, мы только собираем факты»…
