— крупные газеты, издающиеся в Вашингтоне, Нью-Норке, Чикаго; — газеты, относящиеся к местной прессе, например «Los Angeles Free Press»;
— коммунистическую прессу
— «Worker», «Peoples World»;
— публикации различных организаций, таких, например, как «Черные пантеры»;
— все университетские газеты, которые служба могла достать и имела время прочитать;
— любые вырезки из прессы, представляющие интерес; — периодические издания информационного характера;
— книги и статьи вообще.
B этих материалах содержались сведения о мероприятиях и планах групп протеста, o руководителях и представителях этих групп и их передвижениях, об их умонастроениях и намерениях. Группа отдела безопасности, занимавшаяся в 1967 и 1968 годах контролем организаций протеста в районе Вашингтона, не оказывала или почти не оказывала помощи этой службе. Последняя не пользовалась такими методами, как проникновение, внедрение или подслушивание. Время от времени она запрашивала у офицеров разведки местных органов полиции информацию о деятельности движений протеста, и эти офицеры всегда охотно оказывали ей содействие.
Служба получала также протоколы совещаний офицеров разведки полиции вашингтонского района. Такие периодические совещания проводились для выработки методов действий во время демонстраций и для выявления угрозы возникновения бунтов. Наконец, служба постоянно получала отчеты ФБР о деятельности групп протеста и их активистов.
Каждую неделю служба выпускала специальные обобщенные сводки, именовавшиеся информационными сводками об обстановке (Situation Information Reports). Они обычно состояли из двух частей: анализа происшедших событий и календаря ожидаемых событий. Информационные сводки выходили еженедельно почти регулярно, но постоянным получателем их полного комплекта был только отдел безопасности. Регулярно в ЦРУ прибывал представитель американской секретной службы и получал там экземпляр календаря ожидаемых событий. Если данные о дне и часе события, приведенные в календаре, не совпадали со сведениями, которыми располагал этот представитель, проводились совещания работников службы с его участием.
B ФБР и в управления местной полиции информационные сводки не направлялись. Они также не передавались прессе и никоим образом не предавались гласности.
Поступавшие материалы использовались не только в информационных сводках, но и для различных других нужд:
1. Отдел безопасности получал возможность лучше узнать, что представляют собой группы протеста и их активисты. Он был в состоянии выявить некоторых лиц, участие которых в демонстрации указывало на то, что она может оказаться немирной. Он анализировал связи между отдельными лицами и группами, следил за изменениями и реорганизациями, происходящими в некоторых группах.
2. Отдел безопасности вел подробные досье на группы протеста и их руководителей. Эти досье, помимо прочего, должны были использоваться и при решении вопросов о выдаче (или невыдаче) свидетельств о благонадежности лицам, намеревающимся поступить на службу в ЦРУ. Однако следует заметить, что факт участия кандидата в прошлом в деятельности какой-либо организации протеста, в том числе прибегавшей к насильственным действиям, не обязательно означал автоматический отказ в приеме его на работу, даже когда считали, что это могло сказаться на его объективности и способности подчиниться требованиям безопасности и дисциплине ЦРУ.
3. Отдел безопасности получал информацию, позволявшую ему оценивать степень опасности, которой подвергались учреждения, вербовщики, агенты и внештатные сотрудники ЦРУ в связи с волной манифестаций и действиями организаций протеста.
ЦРУ в ходе своей программы «Chaos» («Хаос») c 1967 по 1974 год составило 10 тысяч досье на американцев, поставив на картотечный учет 300 тысяч имен. Главный учетно-справочный указатель ЦРУ в оперативном управлении содержит около 7,5 миллиона имен по сравнению c 15 миллионами имен, которые содержались в этом указателе несколько лет назад. B нем зарегистрировано также около 750 тысяч досье на отдельных лиц. Для сбора информации от американских источников внутри страны ЦРУ ведет другой учет, содержащий около 150 тысяч имен и приблизительно 50 тысяч досье на «активных» источников. Отдел безопасности ЦРУ имеет около 900 тысяч досье, почти все они заведены на конкретных лиц, включая членов конгресса. Он располагает также картотекой почти на 500 тысяч лиц, которые посетили здания ЦРУ, и до 1973 года содержал «обширные компьютерные списки приблизительно 300 тысяч лиц, арестованных по обвинению в гомосексуализме».
«Отдел-невидимка»
Закон 1947 года ограничивает сферу деятельности ЦРУ зарубежными странами, т. е. на территории самих Соединенных Штатов работа этого ведомства официально запрещена, и ни о каких изменениях в этом плане никогда официально не объявлялось. Тем не менее в 1964 году в составе ЦРУ был создан «Отдел по внутренним операциям» (Domestic Operation Division), прозванный сотрудниками управления «отделом-невидимкой».
C точки зрения некоторых мероприятий, теоретически входящих в компетенцию контрразведки, ЦРУ рассматривает территорию США как иностранное государство. Со всей строгостью применяются правила конспирации. Такие операции и проводятся отделом внутренних операций.
Отдел внутренних операций, численность персонала которого достигает нескольких сот человек, a годовой бюджет составляет $ 10 млн, является механизмом, прочно занявшим свое место в системе секретных служб. Административный центр этого отдела размещается не в Лэнгли (Langley), где находится штаб-квартира ЦРУ, a в отдельном здании в Вашингтоне на Пенсильвания-авеню, совсем рядом с Белым домом. Там же находится вашингтонское отделение, аналогичные отделения имеются в основных городах Америки. Этот отдел независим от других подразделений ЦРУ в вопросах подбора кадров и установления контактов с американскими гражданами, выезжающими за рубеж.
Человек или техника?
Технический прогресс привел к тому, что в XX веке всё большую часть разведывательной информации стали поставлять машины, и к середине 70-х годов стало очевидным преобладание в ЦРУ технических разведывательных программ. Помимо прочего были, например, разработаны портативные автономные устройства, которые позволяют на расстоянии снимать основные параметры техники или вооружения. Такие устройства тайно устанавливаются агентами вблизи военных объектов и маскируются подходящим к местности способом. Так, если местность усеяна валунами, то и устройство может иметь вид неприметного серого валуна, если же возле объекта произрастают кусты, то устройство может маскироваться под куст. B зависимости от конструкции устройство может снабжаться различными объективами (в том числе выдвижным перископом — телекамерой) или иными средствами слежения. B течение установленного времени оно записывает информацию, a затем либо агент лично приходит за собранными материалами, либо в определенный момент устройство автоматически само передает информацию в эфир (например, на спутник). Если радиопередача должна осуществляться на большое расстояние, то в устройстве предусматривается наличие наружной передающей антенны, которая размещена внутри корпуса, а в нужный момент выдвигается из него и раскладывается в рабочее положение и после окончания радиосеанса вновь сворачивается. Работа с выдвинутой антенной обычно осуществляется ночью.
Комиссия по расследованию структуры правительственных внешнеполитических органов США заявила в своем заключительном докладе в середине 1975 года: «Сегодня основной объем информации поступает из практически открытых источников: воздушной разведки, перехвата электронных сигналов и каналов связи и лишь небольшая, хотя, возможно, и решающая часть — из людских источников. Если считать в процентном отношении, то приблизительно 50 % разведывательных данных поступают из таких открытых источников как пресса, фильмы и выступления; источником 40 % являются технические средства, такие как космические аппараты (спутники), скоростные самолеты-шпионы, съемочная аппаратура, подслушивающие устройства и другая техника; остальные 10 % сведений добываются с помощью людей».[7]
Доклад сенатской комиссии конкретизирует материальную сторону дела: «Приблизительно 87 % ресурсов, предназначенных для сбора информации, расходуется на технические средства, а на HUMINT (традиционные секретные агенты и открытые источники информации) — 13 %».[8]
Конечно, существует масса способов получать нужную информацию, не прибегая к услугам агентов.
Известно, что программы воздушной разведки и другие технические операции по сбору информации, главным образом программы АНБ по перехвату и анализу каналов — связи и электронных излучений, — съедают львиную долю национального разведывательного бюджета.
