– Извини, – неожиданно для себя сказал Васин. – Просто не могу я так. Идиотом себя чувствую.
– Почему?!
– Потому что... Взрослый вроде человек, и неловко мне к бабам на улице приставать. Ну, ты понимаешь.
– Понимаю, – кивнул Иван. – Не грусти, я тебя научу. Это ведь не трудно. Смотри, вон еще идут. Их, правда, трое, но это не беда, доверься мне. Давай?
– Давай, но в другой раз, – окончательно смутился Васин. – Я сегодня не готов.
– Как хочешь. Но как только закончим дело – я от тебя не отстану. Так и знай, не дам тебе сгнить на этой проклятой работе. Какие планы на сегодня?
– Пожалуй, никаких. Пора посидеть над рапортами. Я для своего начальства буду писать – ты для своего.
Иван с досадой крякнул.
– Ох, не люблю бумажки!
– А зарплату получать любишь? Деньги – они ведь тоже на бумажках печатаются.
* * *
Составление бумаг заняло у Васина ни много, ни мало – около полутора часов. Во всем был виноват мающийся от безделья Никита. У Никиты была скверная привычка – перечитывать старые газеты, а самые интересные места декламировать вслух, мешая всем сосредоточиться. Так случилось и на этот раз.
Васин хотел было уйти в буфет, но он почему-то закрылся раньше времени. Пришлось писать, непрерывно отмахиваясь от навязчивого Никиты, который всякий раз говорил «все, молчу», а через пять минут шуршания газетой вновь начинал отвлекать от мыслей своей дурацкой декламацией.
Потом пришел Сливко. Он сразу же принялся шумно доказывать, что милицию пора переводить на короткоствольные автоматы под пистолетный патрон, потому что те не дают рикошета в закрытых помещениях. С автоматов разговор перешел на ножи, потом почему-то на удобрения, потом....
Васину захотелось вскочить, рявкнуть и потребовать хотя бы пять минут покоя, но все вдруг ушли сами собой. В наступившей тишине ему хватило пятнадцати минут, чтобы закончить рапорт.
Отложив ручку в сторону, Васин потянулся, сладко зевнул и вдруг услышал бумажный шорох в кармане куртки.
Ему захотелось больно стукнуть себе по лбу. Он совсем забыл, что в кармане ждет своей очереди выборка информационного центра по несчастным случаям, связанным с электричеством.
Васин торопливо разложил бумагу на столе, впился глазами в таблицу.
«Лукьянов В.П. 1953 г.р., электрик ГП «Металлист». Погиб 16.05 в результате э/травмы, полученной при попытке самостоятельно починить электрощит в поселке Клен...»
Не то. Дальше...
«Самков А.Г., 1945 г.р., водитель автобазы «Сельхозмонтаж». Погиб 1.07 в результате неосторожного обращения с электроудочкой.»
Снова не то...
«Гудков И.Э. 1967 г.р., частный предприниматель...»
Васин заерзал на стуле от возбуждения.
«Гудков И.Э. 1967 г.р., частный предприниматель. Погиб 19.06 в результате падения в н/состоянии на оголенный э/провод на берегу водохранилища Алешинское...»
Значит, оголенный провод? Надо будет проверить. Дальше...
«Мамедов Р.Т. Директор ТОО «Терек». Погиб 20.08. в подвале здания «ЛАДА-АВТОСЕРВИС» в результате замыкания электродрели...»
Есть!
Васин откинулся на спинку стула, хватаясь за сигарету. Ему незнаком был человек по фамилии Мамедов, но что такое «ЛАДА-АВТОСЕРВИС», он знал. Буквально перед отпуском он участвовал в плановом комплексном рейде, и одним из объектов проверки был тот самый автосервис. Он отчетливо помнил, что в подвальной мастерской было сыро, и инспектор из Управления пожарной охраны тщательно проверял вольтаж всех электролиний. Мамедова не могло убить электродрелью, поскольку весь ручной электроинструмент в мастерской работал от напряжения тридцать шесть вольт, которым не убьешь и крысу!
Васин снова взял список в руки и просмотрел графу «Характер повреждений». Так и есть: «Обширные зоны обугливания в районе груди, разрывы мышечной ткани, смещения суставов...» Руки бы оторвать тому, кто делал осмотр! Надо же, «зоны обугливания» от электродрели!
Тут некстати вернулся Никита.
– Ты знаешь, я только что прочитал, что у фригидных женщин бывает повышенная...
– Подожди! – оборвал его Васин. – Не сбивай с мысли...
Однако никаких особых мыслей у Васина пока и не было.
– Никита, – сказал он, – тебе знакома фамилия Мамедов?
– А кто это?
– Директор ТОО «Терек».
– Не знаю, – пожал плечами Никита. – Позвони нашим «колбасникам» или в налоговую полицию, у меня там есть ребята знакомые...
– Нет, с налоговой мы пока обождем, – проговорил Васин. – А вот насчет «колбасников» мысль правильная.
Память немедленно подсказала, что обратиться лучше к Кольцову – тому самому капитану из отдела по экономическим преступлениям, который подвозил их с Гириным на площадь Маркса.
Васин придвинул телефон, набрал номер.
– Здорово, капитан Кольцов, майор Васин тебя разбудил.
– Привет, майор Васин...
– Скажи, фамилия Мамедов о чем тебе говорит?
– Какой? Я троих Мамедовых знаю.
– Хозяин предприятия «Терек».
– А-а! – обрадовался Кольцов. – Рафик Мамедов. Этого знаю. Только он не хозяин. Он уже покойник.
– А что с ним? – спросил на всякий случай Васин.
– Он то ли в пожаре сгорел, то ли током убило. Но я его хорошо помню. Мы когда рейды проводили, всегда его навещали и обязательно что-нибудь интересное находили.
– Что у него было за предприятие?
– Он держал автосервис на Ворошилова, и еще у него было кафе «Терек». Ты наверняка видел – это на вокзале, прямо за сквером. Там раньше пельменная была...
– На вокзале?!
– Ага. Но оно теперь продано.
– Кому? – заволновался Васин. – Скажи, кому?
– Сейчас, – в трубке зашуршали бумаги. – А зачем тебе?
– Надо! Очень надо!
– Понимаю. А, вот нашел. Записывай: Коваль Максим Леонидович, семьдесят третьего года рождения.
– Ты о нем что-нибудь знаешь?
– Мало. Почти ничего. Мы туда редко ходим, там с новым хозяином порядка побольше стало. Знаю только, что купил он эту забегаловку по смешной цене. И еще одна интересная деталь: прибыль у него хорошая, а вот живет он скромненько. Ездит на подержанной «Тойоте», снимает хреновенькую квартирку где-то на окраине. Видимо, часть прибыли кому-то отстегивает.
– Конечно. «Крыше» и отстегивает.
– Не-ет. «Крыша» много брать не будет, иначе ее просто снесут. Видать, это не простая «крыша».
– Значит, на дядю работает.
– Может, и так. Только вот кто этот дядя? Больше ничего добавить не могу. Рад, если сумел тебе помочь.
Васин отодвинул телефон и возбужденно потер ладони. История с АОЗТ «Максимум» повторялась в точности.
Через пять минут он уже сидел в кабинете Михалыча и докладывал последние новости.
– И что ты ожидал от меня услышать? – спросил начальник.
– Я ожидал услышать: «Молодец, Васин, получай медаль «За сообразительность»!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
