Проснулась я в пять тридцать утра, как просыпалась все десять лет жизни до этого. В это время в больнице начинались утренние процедуры, и старую привычку не смогли исцелить ни новый мир, ни здоровое тело, ни Клавис. Освободила затекшую руку, придавленную собачкой и застыла. Собачка… немного выросла. Примерно вдвое. Цвет шерсти у нее стал насыщенного дымчатого цвета, а ушки словно заострились.
Я с трудом вытянула руку из-под одеяла и застыла в шоке. «Слежка» словно обуглилась и легко сломалась под пальцами, а один из моих собственных браслетов почернел, как тот, что спас мне жизни при нападении. Судя по всему, собака нашла способ питаться магией. Браслет было жаль, но зато одной проблемой стало меньше. Я убрала слежку и все-таки покормила песика.
Платье вейры Альене я оставила на кресле, и надела свое, которое вчера вполне удачно заштопала, взяла сонного щенка и тихо выскользнула за дверь. В такой час дом ещё спал, и я беспрепятственно прошла по коридорам. У меня появилась надежда на побег, особенно теперь, когда песик убрал слежку, а дом оказался почти пуст. Второй этаж я преодолела удачно, а вот на первом этаже меня остановил один из рыцарей-драдеров, которых обычно набирали в охрану сильных кланов. Он выглядел очень решительным и готовым выслужиться, хотя был откровенно молод.
— Вейра, вам не разрешено покидать дом.
— Вея. Вы хотите сказать, что мне запрещено покидать дом?
Рыцарь явно растерялся. Простоватое веснушчатое лицо напряглось в попытке выбраться из сложной ситуации.
Пока рыцарь напрягался, я, стараясь не вертеть головой, старательно осмотрелась, но из охраны был только он один. Наверное, вейр Винзо решил, что для меня будет достаточного одного охранника. Имей он дело с капризной драконицей, оказался бы прав, я бы плакала, кричала, грозилась своим высокопоставленным любовником и била фарфор. Во всяком случае, когда я огляделась, стало заметно, что вазы и статуэтки, запримеченные мной вчера, и в самом деле убраны. Наверное, Альене не давала братцу спуску.
— Нет, но…
— Я арестована? Тогда предъявите ордер или приказ на арест.
— Нет, но выпускать вас не велено, — верность перед кланом Винзо взяла верх перед моими детскими угрозами, и рыцарь плотно сжал губы.
— Тогда спросите своего вейра!
— Он… отсутствует, но скоро вернётся. К вечеру обязательно вернётся.
Все добрые чувства, которые я испытывала к спасшему меня дракониру испарились без следа. Конечно, он вернётся к вечеру. С Клависом.
Накатила темная, жаркая волна злости. Хотелось что-нибудь сломать. Закричать. Натравить своего песика на бестолкового рыцаря, который меня не выпускает, но… Не в моем положении ссориться с высокорожденными драконами.
Я пойду другим путем.
— Хорошо, — я сделала вид, что сдалась.
Развернулась и пошла обратно, демонстрируя всей спиной дурной нрав и согласие. Такой вариант я тоже предусмотрела, и была полна решимости выбраться на улицу.
В маленьком коридорчике, ведущем на кухню, уже начиналась обычная утренняя суета, и я осторожно просочилась на кухню. В кладовой слышалась легкая возня, из печной доносился слабый шум, но в самой кухне царили пустота и полумрак. Я осторожно исследуя периметр, приглядела довольно крупный чан с отходами, неустойчиво балансирующий на столе и идеально подходящий для моих целей. Оглядевшись, я с усилием толкнула его на пол и юркнула в маленькую коридорную нишу, ведущую из кухни обратно в холл.
По дому прокатился чудовищный грохот, и наивный рыцарь предсказуемо бросился на кухню, а я выскользнула из своего укрытия и бросилась на улицу.
Этот трюк был изучен в процессе многодневных больничных обследований, где на выходе всегда был только один охранник. Будь их двое могло бы и не сработать, но вейр меня явно недооценил. Ну да ничего, полетает с Клависом, развеется… Зато в другой раз не будет связываться с посторонними иномирянками.
На мое счастье, центральное крыльцо виллы выходило прямо в садовые цветочные заросли. И к моему сожалению, вилла оказалась Гнездом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я долго не могла привыкнуть к устройству мира драконов. Привыкнув к жизни в равнинных условиям с хорошей просматриваемостью, для меня было шоком обнаружить гористые поместья и города. Любой поход к город превращался в альпинистские приключения. Правда, в больших городах драдеры и веи предпочитали также жить на ровных открытых пространствах, но драконирам нравилась высота, и селиться они предпочитали на скалах или утесах, в крайнем случае высоких холмах. В таких городах можно было заблудится, потому что дорожки петляли, перекрещивались, ныряли в заросли, шли то вверх, то вниз, то в обрыв и тупик. И, похоже, вейр Винзо привез меня в свое родовое Гнездо, стоявшее в чаще высоченной скалы.
Единственный плюс, который мне удалось найти в этой ситуации, это отличный вид на город. Вон парк, вон торговые ряды, а вон и золотые шпили Академии. Наметив примерный маршрут, я покрепче перехватила ещё сонного щенка и двинулась в путь.
К тому моменту, как я добралась до Академии, солнце уже стояло в зените, а у меня кончились молитвы и проклятия. В академическом парке я молча отодвинула светловолосого вейра и припала к питьевому фонтану.
— Что за дурные манеры, вейра? — громко возмутился он.
Я покосилась на студентика и постаралась одними глазами объяснить, куда ему идти, чтобы не досаждать усталым путницам. К моему удивлению он прекрасно меня понял. Физиономия у него скривилась, и он начал пространный диалог на тему, как плохо нынче воспитывают юных вейр, как много им дозволяется, а вот раньше было хорошо. Дракон выбирал себе вейру по душе и цоп ее в пещеру, чтобы разместить в пределах кухни. Вейры должны помнить свое место.
К тому моменту я уже напилась и тихо отдыхала под однообразный монолог местного домостроевца, поглаживая песика. Около нас собралась толпа и уйти было бы невежливо, но… мне в Академию поступать надо.
— Вы абсолютно правы, — успела я вставить в короткую паузу.
Светловолосый вейр споткнулся и выкатил на меня голубые глаза.
— В каком смысле прав? — уточнил он подозрительно.
В толпе уже слышались смешки, и мне тут же захотелось уйти. Портить отношения с высокопоставленными драконами ещё до начала учебы не хотелось. Теперь, когда меня не мучала жажда, могильным камнем навалилось беспокойство. Что, если я не смогу поступить? На фоне моих проблем раненое самолюбие щеголеватого вейра казалось ерундой, так что щадить я его не собиралась.
— Абсолютно правы, — добила я нервного дракона. — Вейрам надо сидеть дома и вышивать крестиком.
— Чем вышивать? — растерянно спросила какая-то милая драконица из толпы.
Я пожала плечами и выбравшись из сборища народа, сурово зашагала к Академии. Это разряженные вейры приехали сдавать экзамен и заводить новые знакомства, а я шла на войну и собиралась ее выиграть. Последние дни я не использовала магию, как бы тяжело мне не приходилось, берегла каждую крупицу. Насколько мне было известно, даже суточная экономия пополняла магический резерв.
Но подгонял меня не столько воинственный настрой, сколько страх, что до меня доберется клан Тарвиш, за которым полетел мой хладнокровный спаситель. Надо успеть раньше. Использовать шанс, предоставленный судьбой, на все сто процентов.
Ориентируясь на рассказы Клависа об Академии, я немного потыкавшись вдоль левой стены нашла закуток для магических животных, которых нередко привозили с собой драконы. Один край был отделен для ездовых кайранов, которых я обошла тихо и по струнке, стараясь не совершать лишних движений. Жуткие они, вон как клювом щелкают. Но когда один из кайранов подошел вплотную к магической стенке, с явным намерением мной закусить, мой щеночек приоткрыл один глаз и глухо зарычал. Я с недоумением воззрилась, как кайраны попятились от меня, а самый активный, и вовсе отбежал.
— Ты мой хороший, — я растроганно поцеловала щенка в лобастую голову и с немыслимым облегчением положила его в правое отделение, где держали живность помельче.
