Над замком нависла тьма. Ночь дышала холодом и запахами Леса. Виндраум мог спокойно предаваться любимому занятию - пировать по случаю успешно собранной дани, угощая старост и наместников, прибывших выразить свою преданность повелителю аустрманнов, которые были одним из самых больших осколков империи Готтхарда Кровавого, величайшего правителя Закатных Земель после Владана, отца теудов, пришедшего из Степи через земли Арьяварты со своим диким и безжалостным племенем Ясов. О Виндрауме шла слава настоящего полководца, ибо он не раз побеждал превосходящего врага благодаря различным тактическим хитростям. Однако ныне рядом с ним была лишь часть его дружины, ибо прочие профессиональные воины находились на Закатной Границе, где не так давно произошла кровавая стычка с туатами, грозившая перерости в войну. Да и зачем было райксу держать войско в центре собственных владений? Кто мог угрожать ему здесь?
Первыми заметили опасность дозорные. Из дремучего леса, отделенного от поселения широкой полосой очищенной земли, выползал туман. Причем это были не отдельные седые клочья, которые быстро исчезают в порывах ветра, а сплошное облако, в котором трудно было что-то разглядеть. Затем еще два таких облака появились еще с двух сторон. Один из сторожей поспешно стал спускаться с дозорной башни, чтобы предупредить райкса.
Между тем Виндраум одним духом опорожнил гигантскую чашу и с силой припечатал ее к столу:
- Да поможет наш отец Владан в любом нашем начинании!
Слова вождя были поддержаны нестройным, но искренним ревом дружины и гостей, взметнувших к потолку чаши и оружие. По тогдашним обычаям, такие пиры в кругу своих не сопровождались всеобщим разоружением, ибо каждый воин был обязан иметь при себе хоть какое-то оружие. Если же райкса убивали изменники, то это воспринималось вполне естественным: что же это за правитель, который проглядел измену? Древнюю простоту и суровость уже начинала разъедать темная магия ведьмы Гулльвейг, Жажда Золота, и удачливый предатель вполне мог стать новым райксом взамен убитого его же руками господина…
Виндраум благостно наслаждался воинственными криками подгулявших гостей, как вдруг они начали смолкать один за другим, а в воздухе повис один, режущий уши, жуткий и настолько неуместный, что райкс даже сразу и не понял, что это такое.
Выла собака.
Огромный волкодав в шипастом ошейнике задрал морду к потолку и весь как-то вытянулся, надрываясь в полуплаче - полустоне, напоминавшем волчий. Так скорбят о покойнике…
Райкс вскочил с места, охваченный непонятным страхом, подскочил к псу и дернул того за ошейник:
- Ты, видно, от старости спятил?!
Видя, что волкодав не успокоился, Виндраум пнул его сапогом. Пес не взвизгнул и даже не дернулся. Он только повернул задранную кверху морду и взглянул хозяину прямо в глаза. Во взоре собаки застыли настоящие слезы и немой вопрос: "Что же ты, хозяин? Неужели не понимаешь, неужели не хочешь понять того, о чем хочу я тебя предупредить?"
Райкс прошептал ругательство и выпрямился, выпустив ошейник. В ту же секунду дверь, ведущая в длинный коридор, сообщающийся с кладовыми и сторожевой башней, распахнулась, и вбежавший дозорный на одном духе выкрикнул:
- Беда, райкс!
- Что случилось?!
- Туман… Какой-то странный туман окружает с трех сторон замок. Похоже, вместе с ним движется еще что-то.
- Колдовство? Пойдем на башню вместе, я хочу видеть сам!
Райкс стремительно прошел вслед за дозорным через зал с перешептывающимися гостями, через полутемный коридор и почти взбежал по узкой лесенке. Второй страж, все это время остававшийся на верху, поднял факел:
- Дело нечисто, райкс. Смотри!
Да, туман медленно, но верно приближался к поселению. Виллены еще ничего не почувствовали, они спали в своих домах, и странные звуки, наполнявшие ночь, явно шли не от деревни. От тумана?
Слитные шаги многих тысяч ног. Какие-то шепоты, изредка - постукивание.
Райкс на секунду задумался, а затем произнес:
- Какой бы ни была эта неведомая опасность, мы встретим ее так, как всегда умели встречать врага аустрманны! Скорее трубите в рога! К оружию!
Недаром Виндраум гордился своей дружиной - в считанные минуты веселые гуляки райксова застолья превратились в хладнокровных воинов, плечом к плечу идущих навстречу ползущему туману. Впрочем, теперь уже ясно были видны скрывающиеся в нем фигуры.
У крайних домов деревни воины райкса и таинственные существа встретились и остановились на расстоянии в самое большее двенадцать шагов. Райкс сделал шаг вперед, держа руку на мече. Что бы ни случилось, он готов встретить свою судьбу. Два других отряда воинов идут навстречу другим облакам странного тумана. И они будут сражаться за своего райкса!
- Кто бы вы ни были, если вы пришли с добром - я приветствую вас на земле аустрманнов!
Ответом Виндрауму было молчание. Он сощурился, вглядываясь в лица тех, кто стоял там, за пеленой тумана - и успел только выхватить из ножен меч с криком:
- Отходите к воротам!
Ибо столь страшным было зрелище, открывшееся его взору, что даже сердце старого полководца содрогнулось. Те, кто пришел в эту ночь к его замку, были больше, чем врагами - их трудно было назвать людьми. Чудовищные, заросшие волосами, покрытые грязью и остатками одежды, существа, вооруженные дубинами, уродливыми копьями и каменными молотами, с горящими ненавистью глазами…И Виндраум понял, что даже в этом облаке тумана их больше, чем его воинов, а ведь враги движутся еще с двух сторон.
Слитный, рвущий ночь вой вырвался из множества жаждущих крови глоток, и страшная армия бросилась в атаку. По сравнению с закованными в доспехи защитниками поселения каждый из нападающих был куда более уязвим, не имея доспех и металлического оружия, но врагов было слишком много. И их ярость не поддавалась описанию.
- Во славу Владана! - С боевым кличем рода теудов Виндраум с размаху наискось рубанул бросившегося к нему врага, потрясавшего какой-то дубиной. Пораженный рухнул к его ногам с почти перерубленной шеей, но тут же попытался подняться. Райкс содрогнулся от отвращения и ненависти и новым ударом отсек ему голову напрочь. Итак, эти неведомые твари еще и слишком живучие. Райкс схватился с новым противником, несколько раз отбил тяжелый, грубо скрепленный, молот из камня, и рассек тому грудь. Краем глаза он успел заметить, как один из его воинов пропустил удар по шлему, зашатался - и исчез под дубинами кинувшихся к нему врагов. Еще один попытался натянуть тетиву лука, но метко брошенный камень попал ему в лицо, и он выпустил оружие, вскинув руки и обливаясь кровью.
