— Я припоминаю этот магазин. Его нет уже несколько лет, так?
— Да. Бабушка умерла пять лет назад, и моя семья продала магазин под булочную.
— А что с вашими родителями?
— Мои родители живут в Лондоне. Отец пишет пьесы. Кроме того, он подрабатывает в лондонском порту.
Я посмотрела на Ивана, и наши взгляды встретились. По моей спине пробежали мурашки.
Нам предстояло ехать около получаса. Я заказал столик на восемь. Мне нужен был запас времени, на случай если я собьюсь с дороги.
Я попросил Пэш подсказывать мне, куда сворачивать. Без ее помощи я мог бы заблудиться. По дороге мы разговорились. В машине играла заранее подобранная мной легкая музыка. Я рассказал Пэш, как познакомился со Стивом и как оказался на его ферме.
Потом я спросил, когда она переехала жить в эти края. Это был подходящий вопрос, потому что она говорила несколько минут подряд. Я заметил, что все время, пока она говорила, в машине словно возникал электрический заряд, а почему это происходит, я не мог объяснить.
Ее близость не могла не действовать на меня. Я пытался бороться со своим неимоверным возбуждением, повторяя про себя: «Ну, опускайся же, дружок, еще не время».
К счастью, в этот момент закончилась пленка, и это дало мне возможность отвлечься.
Пленка закончилась, и я знала, что мы почти приехали. Я поняла, что правильно угадала с гостиницей, когда мы начали двигаться в этом направлении. Иван протянул мне карту, попросив, чтобы я подсказывала, куда сворачивать.
После нескольких поворотов мы увидели гостиницу — это было уединенное местечко, здание пряталось в тени деревьев. Сделав вид, что мне необходимо рассмотреть дорожный знак, я обернулась, чтобы взглянуть, не лежит ли на заднем сиденье что-нибудь, что свидетельствовало бы о его намерениях провести здесь ночь. Но там было пусто. Однако я знала, что Гвен провела здесь ночь со Стивом. «Итак, место действия известно, — подумала я. — Что ж, посмотрим, что из этого выйдет».
Сделав последний поворот, я увидел гостиницу и понял, почему это место считается таким романтичным. Вряд ли сюда можно было попасть случайно.
Стив рассказывал мне о нескольких незабываемых ночах, проведенных здесь, — и, должен заметить, довольно подробно. До этого вечера мне ни разу не представилась возможность разведать здесь обстановку. Странно, что я не захватил с собой сумку с вещами для ночевки, — у меня ведь было твердое намерение провести эту ночь с Пэш. Но, так как она об этом еще не догадывалась, было бы по меньшей мере опрометчиво бросить в машине на виду мои бритвенные принадлежности и зубную щетку.
Так как день был будний, нам достался уютный столик в углу. Должно быть, здесь часто имеют дело с подобными заказами — расположение столика как нельзя лучше подходило для интимной беседы. Гигантские растения и высокие вазы с цветами были искусно расставлены по всему залу ресторана, отделяя столики один от другого.
Отведенный нам столик был почти не виден за живым деревом, увешанным гирляндами огней, что создавало исключительно романтическое настроение. Пианист что-то наигрывал, словно напоминая о том, что скоро начнутся танцы. Должно быть, я не ошибся в выборе — и моя новая пассия, и это место были созданы для романтических отношений.
Иван обошел вокруг машины, чтобы открыть дверцу с моей стороны и помочь мне выйти. Я расправила платье, надеясь, что не слишком измяла его, пока мы ехали. Он взял меня за руку, и мы вошли. На входе он сказал метрдотелю:
— Для нас заказан столик на восемь — на имя Козак.
У меня чуть сердце не выпрыгнуло из груди, когда этот джентльмен произнес официальным тоном:
— Конечно, доктор Козак, прошу вас следовать за мной.
Наш столик ждал нас. Пока мы шли к нему, я успела осмотреться. Все было, как в сказке, повсюду цветы и деревья. На некоторых деревьях светились крохотные белые огоньки. Наш столик скрывался как раз за одним из таких деревьев. Теперь я понимала, почему Гвен в таком восторге от этого места. Сидя напротив Ивана, я чувствовала себя Золушкой, увидевшей на балу своего принца.
Я продолжала тихо сидеть, пока Иван изучал карту вин.
— Какое вино вы предпочитаете, Пэш: красное или белое?
— Белое, пожалуйста. Бокал шардоне будет весьма кстати.
Он не ограничился одним бокалом, а заказал целую бутылку шардоне. Для себя он выбрал коктейль, от которого я отказалась. У меня и так кружилась голова, и я подумала, что вина будет вполне достаточно.
Цены в меню указаны не были, из чего можно было сделать вывод, что ресторан рассчитан на солидных гостей. Я заказала семгу, надеясь, что это утолит мой голод, но не станет серьезным испытанием для моего желудка.
Я наблюдала за тем, как Иван заказывает себе бифштекс с тем же спокойствием и уверенностью, какие он продемонстрировал мне во время нашей прогулки верхом; он давал официанту четкие указания по его приготовлению. Здесь он смотрелся так же естественно, как и в конюшне в день нашего знакомства. Стараясь не разглядывать его слишком пристально, я все удивлялась тому, что судьба свела меня с ним.
За ужином мы продолжили наш разговор. Вокруг нас возник такой же электрический заряд, какой я ощущал в машине во время пути. И тут я с удивлением понял, что это ощущение у меня внутри. Мне чертовски нравилась Пэш. Я был просто без ума от нее. Каким исключительным удовольствием было общаться с ней! Оказалось, что у нее чудесный голос, и она говорила довольно быстро.
В какой-то момент я прервал ее, мне показалось, я узнал кого-то в зале.
— Видите вон того парня? Мне кажется, я его знаю. Думаю, я встречал его в одном из магазинов.
— Я тоже узнала его, когда мы вошли. Он работает в аптеке.
— Верно, теперь я припоминаю, что видел его там.
Я чуть было не поперхнулся, когда она произнесла:
— Как-то я спрашивала Гвен о нем. Это было после того, как он шлепнул меня по заднице и предложил звонить ему в любое время. Гвен сказала, что он женат. Должно быть, он не скучает дома в одиночестве, пока его жена в командировке.
— Черта с два, Шерлок!
— Действительно черта с два!
Я просто не мог не похлопать ее по плечу.
— Так вы позвонили ему?
— Бог мой, конечно нет!
Мой вопрос ошеломил ее. А эта рыженькая та еще штучка! Черт, мне действительно нравилось общаться с ней!
Наверное, за ужином я слишком много болтала, но никак не могла остановиться. Видимо, Иван ничего не имел против, потому что почти все это время он улыбался и даже смеялся. Когда он спросил меня, звонила ли я этому аптекарю, я чуть было не запаниковала. Я испугалась, что он может бог знает что подумать. Какой-то аптекарь заигрывал со мной! Я не хотела, чтобы Иван решил, будто у меня с ним что-то было.
