— Маринка… это? — спросила, хотя уже догадываясь об ответе на этот вопрос.
— Жена его покойная, — резко ответила Алиса. — С нами училась. Нравилась всем, — скучающим тоном произнесла она. — Но выбрала Мишку.
Я смотрела в одну точку перед собой и мне от слов Алисы стало безумно тоскливо. Это совершенно не мой человек, зачем его отец настаивает на этом браке?
— А что случилось с ними? — спросила я, глядя на сестру. — Я имею в виду трагедию… Как это произошло?
— Как… как… — с цинизмом, цокнув, ответила она. — Как это обычно бывает? — издав смешок, Алиса замолчала. — Папашка накосячил, а сын с семьей оказался не в том месте не в то время. Кажется, их загородный дом изрешетили.
Мороз пробежал по коже, стоило представить все это. Я обняла себя за плечи. У них же был совсем маленький ребенок… Нет, я никогда не поверю в слухи, что Альберт Михайлович сделал это собственноручно, лишь бы подставить своих врагов. Не может же быть человек настолько жесток по отношению к собственной семье?
— Так жаль их, — вслух произнесла я, сдерживая слезы.
Вдруг подобное коснется и меня? Хотя, куда уже хуже.
— Жаль? — изумилась сестра. — Нечего жалеть, — Алиса выдохнула. Помолчав несколько минут, она продолжила: — Так ты не хочешь за него замуж?
— Конечно не хочу, — возмутилась я, глядя на сестру с недоумением. — Что за вопрос? — осекшись, продолжила я: — Только не поднимай эту тему при папе.
— Разумеется не подниму, — она покачала головой в знак согласия. — Глупостей натворит, — констатировала она. — Он и так хорошо знает, что ты это делаешь ради семьи. Умница. — Алиса улыбнулась. — Мне хорошо известно, что Соколовские только язык оружий и кулаков знают.
Признаться, я очень ждала от нее совсем другой поддержки. Ее холодный расчет в этот раз вынуждал мое сердце кровоточить. Видимо, когда подобное коснулось меня — мне очень захотелось иных эмоций от сестры.
— Рейс Агаты задерживается, — я посмотрела на часы на телефоне. — Ты же останешься сегодня у нас на ночь?
Мы с Агатой и Алисой родные только по отцу: мама моих сестер умерла, когда им было по шесть и десять лет от тяжелой болезни, и в отличии от меня, они успели провести с ней хоть какой-то время в детстве. Да и у них обеих было больше свободы, а отец трясся надо мной, слишком сильно оберегая. Видимо для того, чтобы передать в итоге в руки какому-то чудовищу.
Алиса с сожалением покачала головой.
— Ну пожалуйста, — попросила я. — Мне будет очень хорошо, если мы будем вместе втроем.
— У меня персональная тренировка через пару часов, — она посмотрела на часы на запястье, досадно выдыхая. — Но завтра, обещаю, мы проведем весь день вместе.
Я помогла Варваре Степановне накрыть стол к ужину. Папы еще не было дома, и он сообщил, что задержится, потому что поехал в аэропорт за Агатой. Замечательная новость заставила меня улыбнуться. Мне не лез кусок в горло, как и Алисе, поэтому переместившись на диван, мы стали смиренно ждать остальных членов семьи.
Когда я увидела Агату, я не смогла сдержать своих слез снова. Тихо заплакав, я уткнулась сестре в грудь. Я слышала, как вибрировал ее голос, но она тоже сдерживалась при папе. Нацеловавшись и наигравшись с племянниками вдоволь, я почти забыла о своей проблеме.
— Алешка так вырос, — улыбнулась, махая ладонью племяннику, который был на руках у отца.
Папа и Роберт покинули гостиную и забрали с собой детей, оставляя нас с сестрами в одиночестве и тишине.
— Алис, твой Женька что говорит по этому поводу? — дрожащим голосом спросила Агата.
Я с надеждой снова посмотрела на старшую сестру.
— Мы уже предлагали свою помощь папе, но там сумма… — Алиса демонстративно округлила глаза, намекая на большие цифры. Это всем было известно.
— Настюш, — со страхом, тихо обратилась Агата. — Это все уже окончательно, да?
— Завтра едем выбирать платье, — монотонно ответила я.
— Понимаю, это ужасно эгоистично с моей стороны, — сказала сестра. — Но я не переживу, если с папой что-то случится…
— Ничего не случится, — заверила ее я, успокаивая. И пусть мне сейчас было намного хуже, ведь фактически, в жертву приношу себя я. — Агата, ты ведь сама говорила, что Соколовские своих слов на ветер не бросают. Альберт Михайлович мне обещал, что все будет хорошо.
Алиса громко и демонстративно прочистила горло, обращая наше внимание в свою сторону.
— Ей Богу, что вы обе как маленькие? — произнесла она голосом с ехидцей. — Сделали из мухи слона, — обомлев от тона старшей сестры, я чуть было не разинула рот. Ну что она себе позволяет? — Ладно она глупая еще, а ты-то что, Агат?
— Почему ты так говоришь? — пораженно ответила Агата. — Ты можешь хоть сегодня быть не настолько бесчувственной?
— Я тут думала весь вечер, — усмехнулась Алиса. — Радоваться надо, — сестра сделала глоток сока и поставила стакан на стол.
— К чему ты клонишь? — недоумевающим тоном спросила Агата. У меня не было слов — настолько ошеломила фраза старшей сестры.
