шее, по груди и по платью. — Простите! Я такая неуклюжая! Простите!
Она сделала вид, будто ей очень, очень жаль.
— Ну ты и криворукая! — Прикрикнула мадам Фея. — Иди, переодевайся сейчас же! Виолетта, помоги!
— Я помогу. — Вдруг сказал господин Жмот и встал с кресла. Обратился к мадам Фее. — Если и правда нетронутая, заплачу сполна.
— Конечно, господин Мартыненко, всё как я говорю! Не спешите, наслаждайтесь, за ней никто не придёт. Бродяжка, никто даже и не хватится!
У Дэи дух перехватило, но господин Мартыненко уже схватил её за плечо, сжал его так, что Дэя вскрикнула и потащил к повозке мадам Фее. А когда Дэя чуть замедлилась, сжал плечо ещё сильнее.
— Шевелись.
И он обозвал её таким словом, которое Дэе будто глаза открыла.
Дура, что сказать… Как же она сразу не поняла? Это же публичный дом! Продажные девки!
И она — одинокая бродяжка, которую потеряли и даже если ищут, то поди попробуй её найди! Она же сама как на духу выложила, что идёт в деревню, где ни разу не была и никого не знает! И её никто не знает.
А ещё в платье откровенное вырядили… коньяком подпоили…
Мадам может продать её… что, видимо, и сделала, а потом хоть в поле на обочине бросить. Всем будет плевать на бродяжку, которая сама во всём виновата.
Кровь в теле Дэи кипела от адреналина и ярости.
Господин Мартыненко дотащил её до лестницы в повозку и, легко приподняв, толкнул в проход. Дэя не успела толком на ноги встать, как он вошёл следом и снова толкнул её дальше, к кровати. Надо же, толстый, а двигается как быстро.
Змея!
Дэя судорожно зашарила по бедру и поняла, что кармана со змеёй нет. Она оставила её, свою драгоценную Сольте, в старом платье! Как какой-то ненужный хлам! Бросила!
Это коньяк на неё так подействовал, совсем мозги запудрил.
— Платье тебе идёт. — Вдруг прохрипел господин Мартыненко. Снова схватил за плечо, развернул к себе и вдруг вцепился второй рукой ей в грудь. Сжал сосок, да так неожиданно и больно, что слёзы из глаз просто брызнули!
Убедившись, что Дэя это прочувствовала, он улыбнулся своими губами-колбасками — жирными и бледными, отпустил грудь и теперь схватился за вырез, дёрнул со всей силы.
— Будешь молчать и не дёргаться, плохо не сделаю. — Пообещал господин Мартыненко. — Ласковый буду. Может, к себе возьму. Сытая будешь.
Дэя знала, что может его убить. И похоже, это придётся сделать.
В голове вдруг стало холодно и пусто. Он дорывал вырез платья, а она молча строила план, что делать. Она его убьёт. А потом… придётся как-то вылезти с другой стороны повозки, чтобы не увидели от костра. Вскоре стемнеет, она сможет уйти так, чтобы её не заметили.
Она посмотрела этому мерзкому мужику в глаза и улыбнулась. Скоро он сдохнет и никогда больше не сможет обидеть беззащитную девушку. Страшно представить, что случилось бы, будь на месте Дэи настоящая потеряшка. Что бы с ней сделали…
Дэи подняла руку и скрутила свои волосы в жгут. Локоны были тугими, поэтому легко сцепились и крепко держались. И хотя это была не коса, но уже и не распущенные волосы, а скорее, довольно плотная верёвка. Она тут же принялась за дело и обвилась у господина Мартыненко вокруг горла.
Тот не сразу понял, что происходит нечто непредвиденное. Сначала нахмурил свои кустистые брови, потом его ноздри задрожали. Господин Жмот и Насильник резко отпустил Дэю и отшатнулся… Вернее, попытался отшатнуться, но волосы опутали шею и не позволили ему этого.
Дэя и сама удивлялась, как они так себя ведут. Она не отдавала им мысленной команды, не направляла, ничего такого. Просто в голове проскальзывал образ того, чего бы она хотела… он даже не всегда толком успевал формироваться, как коса делала своё дело.
Господин хрипел. Он попытался пнуть Дэю, а потом ударить кулаком, но не смог дотянуться. Ей хватило ума отойти от него как можно дальше, насколько позволила длина волос.
Она его убьёт. За попытку покушения на невинность беззащитной девушки. За намерение изнасиловать. Он заслужил.
Внутри что-то дрожало и всхлипывало. Несмотря ни на что, Дэя не хотела убивать человека. Это всё равно что испачкаться и потом хоть до конца жизни доказывай себе, что выхода другого не было, всё равно этот поступок навечно с тобой.
Но он уже увидел, что Дэя умеет. И если оставить его в живых, её начнут преследовать.
Это было правильно решение… но Дэя всё равно колебалась. И была слишком сосредоточена на его краснеющей физиономии и сиплом хрипе, наверное, поэтому не сразу поняла — что-то не то.
За спиной хлопнуло. Очень неожиданно, громко и звук не мог быть ни от подушки, упавшей на пол, ни от дверцы шкафа. Хлопок был такой, будто лопнул огромный воздушный шаг, её даже воздухом окатило.
Дэя отпрянула к стене, не отпуская господина, и обернулась.
Над кроватью раскрылся портал.
Глава 3. Жених
Порталы из Питомника выглядели словно овал из прозрачного дрожащего воздуха. А этот — как глубокая тёмная вода. Он шуршал… шумел, плескался, и Дэя с удовольствием позаглядывала бы туда, но она же душила человека!
Господин Жмот и Насильник, казалось, испугался ещё больше. По крайней мере перестал пытаться ударить Дэю, а взамен этого рванулся из последних сил к выходу, как будто хотел убежать.
Конечно, никто ему этого не позволил.
Дэя отвлеклась всего на секунду, а когда вернула господина на место, на кровать из портала ступил… ступил не человек.
Он был очень похож на ту девушку из сна. И на тех, кого описывала Лантана. Серая, или скорее, серебристая кожа, высокий рост, узкое лицо и длинные светлые волосы. Одежда выглядела непривычно, но шикарно — длинный камзол с вышивкой, узкие брюки и развевающийся за спиной чёрный плащ.
Пришелец был один, иначе Дэя не знала бы, что бы сделала. А так она не сделала ничего. Попросту не успела. Он за секунду огляделся, оценил обстановку и спрыгнул с кровати. Длинный плащ взметнулся за его спиной, как крылья птицы. Взмахнул рукой… Ещё через мгновение господин Жмот и Насильник плашмя упал на пол, а волосы Дэи успокоились и вернулись на место, улеглись, как ни в чём не бывало ей на плечи.
Вначале она подумала, что пришелец убил этого невезучего господина. Сделал то, к чему она стремилась, но так и не смогла закончить.
Но пришелец тут же ткнул лежачего в
